Устами младенца: жители Марий Эл поделились забавными историями о своих детях

Сегодня во всей России отмечается День защиты детей – светлый праздник детства, времени, когда хочется узнавать мир и делать его чуточку лучше. Специально для «Марийской правды» жители Марий Эл рассказали о смешных и добрых случаях, произошедших в их семьях.

Лариса Лоскутова:

‒ Не знаю, будет ли это интересно другим, потому что случаи милы и понятны, в первую очередь, родным. Мой старший сын в этом учебном году пойдет в 11 класс, но когда он закончил 1 класс, он пришел домой и сказал: «Все, я закончил школу». Как у всех маленьких детей, есть интересные случаи со словами, вот и томатный сок у нас был автоматный. А однажды, в деревне у бабушки, сын помогал в обустройстве грядок и на следующий день спрашивает нас, когда мы займемся больничными грядками, что вызвало у нас недоумение. Мы долго думали и спрашивали, что это может быть, оказалась, что это стационарные грядки.

Могу про себя рассказать. В детском садике у нас был конкурс, кто дольше проходит в одном платьишке, наверное, хотели родителям помочь. В садике я не любила пенку от молока, гороховую кашу и винегрет, но из-за стола нас не выпускали до тех пор, пока все не съедим, несмотря на то, что родители пришли. И вот, я, чтобы поскорее уйти домой, складывала все в карман, а дома вешала на стульчик, чтобы на следующий день идти в нем в садик. Моя мама каждый вечер, после того как я засыпала, стирала, рано утром гладила платье, и я счастливая шла в садик, не задумываясь, куда делась каша. Конкурс я выиграла, спасибо мамочке!

Юлия Охотникова:

‒ Второй сын, Григорий, когда был маленький, имел привычку открывать холодильник несколько раз в поисках вкусненького. И вот однажды вечером, когда он так делал, смотрит: стоят сковородки, кастрюли. Я спрашиваю: «Сыночек, ты хочешь кушать?». Он поворачивается и практически со слезами на глазах говорит: «Ну посмотрите, там же ничего нет!» В его понимании ‒ нет конфет и шоколадок. Нас это тогда очень повеселило.

Мы снимали картину для «ИЗОизоляции» на конкурс, там была история с кошкой. Изображенный мальчишка, который лежит, кудрявенький. А у нас сын Платон кудрявый. Я делаю декорации дома, готовимся фотографировать, с сыном все обговорила. Он посмотрел, запомнил и побежал играть. В этот момент подходит сын Саша и говорит: «Мама, я тоже хочу!». А я отвечаю ему, что с ним сделаем другую, потому что так и так, уже решили. Он, ничего не говоря, убегает в ванную, а потом прибегает с намоченными закудрявленными волосами. Ну что поделать, сделали несколько фото!

Мы всегда очень дружно празднуем дни рождения детей - с родными, друзьями. И был такой случай (Платону на тот момент было 3 или 4 года, а Саша его на полтора года младше) У Платона день рождения, вынесли торт, Саша стоит рядом с именинником, чтобы помочь задуть свечи. Платон задул, а Саша не успел. И он, расстраиваясь, что Платон его не дождался, лег на пол и начал кататься. Фотограф сделал снимки, где видно: вот ребенок есть, он стоит, и где нет. Уморительная была история!

Ульяна Орешникова:

‒ Мой сын Ярослав, когда был маленький, говорил, что он Якикек. Дочь Маша, когда ее ругают: улыбается и делает вид, что это не она нашкодила. Она постоянно меряет мои туфли на каблуках и, деловая, идет нам демонстрировать. Они вместе смешно танцуют и надевают на голову шапки, шарфы. А однажды я оставила Машеньку с братом, а сама ушла в другую комнату поработать. И вот он стучится ко мне и говорит: что-то с детками не то. Я подхожу, и оказывается, что дочка лежит на полу и ничего не делает. А сын, заглядывая мне в глаза, спрашивает: что с ней? Как ей помочь? А потом мы узнали, что это она так на него обиделась.

Марина Метелева:

‒ Как-то раз собирались с детьми выходить из дома. Младший (тогда ему было почти полтора года) баловался, капризничал. Я ему с досады: "Коля только папу слушается, маму не слушается!" Старшая (3 года) отвечает на это: "Мама, не плачь. Я тоже только папу слушаюсь".

Однажды я готовила на кухне. Дочка была в садике, а сынишка дома со мной. Обычно у нас шумно, а тут сын притих. Я уже в испуге иду его проверять. А он в туалете вычерпывает мыльницей воду из унитаза и переливает ее в раковину.

Ещё был случай. Слышу детский гомон из комнаты. Захожу посмотреть, во что они играют. А в это время дочь кидает палку, командует: "Апорт!", и сын бежит на четвереньках за этой палкой, берет ее в руки (ладно, не зубы) и возвращает сестре. Они так играли, пока не устали.

Светлана Архонт:

‒ О влиянии телевидения на детей: стою на кухне, мою посуду. Сзади с топотом подбегает дочь Варвара и встает за моей спиной (задумала, наверное, что-то нашкодить).

Я (шутливо): Кто это ко мне подкрался?

Варя: Это я, грибок стопы!

Занавес.

По телевизору тогда показывали рекламу про средство от грибка.

Александр Акилбаев:

− Иногда мне кажется, что наши семейные путешествия вызывают больше эмоций у меня с супругой, нежели у детей. Сегодня у них и без них хватает новых открытий и эмоций каждый день. Поэтому поездки мы рассматриваем как вклад в их будущее, в формирование мировоззрения, мы хотим, чтобы во взрослой жизни их детство ассоциировалось с безграничной любовью к себе и к окружающему миру, чтобы они видели и понимали окружающую красоту. Соответственно, когда они будут на природе во взрослой жизни, ассоциативный ряд их приведет в прошлое, в прекрасное время, когда они путешествовали с родителями и я надеюсь, эти светлые воспоминания помогут им достойно справляться со всеми жизненными ситуациями. Сейчас у старшего сына такой период, когда он все постоянно спрашивает: почему? а зачем? а что это значит? Самое крутое ‒ отвечать на все эти вопросы, сидя у костра, под стрекотание насекомых, когда солнце уже скрылось за горизонт, а небо еще не остыло. Сейчас они перенимают каждое мое движение, каждый шаг, каждое слово. Старший постоянно говорит: «Папа, зачем ты материшься, я же научусь и тоже буду материться!». И вот, в одну из таких костровых посиделок он мне сказал: «Папа, все, я запомнил это слово! Я теперь буду так ругаться!». Оказалось, это было слово «Эчпочмак». Он, не зная значения слова, вырвав его из контекста, решил, что я ругаюсь!