Отрасль сельского хозяйства и изменение климата взаимосвязаны: изменение климата угрожает сельскому хозяйству и продовольственной безопасности, а сельское хозяйство в свою очередь способствует изменению климата. Однако большинство российских сельхозпроизводителей отрицают собственное воздействие на изменение климата. Эти и другие выводы содержатся в новом исследовании Сбера «Мифы и реальность об изменении климата и сельском хозяйстве».
Как отмечают эксперты, сельское хозяйство занимает третье место по объёму выбросов парниковых газов в России. При этом потери от влияния изменения климата на сельское хозяйство страны к 2030 году могут достичь 1–2% ВВП в год. С другой стороны, при оперативном реагировании на риски и максимальном использовании возможностей климатические изменения могут принести значительную выгоду для российской отрасли. Для этого агропроизводители должны научиться действовать проактивно, точно оценивать климатические риски и возможности, разрабатывать климатические стратегии.
В России за 10 лет потеплело на 0,47 градуса Цельсия, а в мире — на 0,18 градуса. Подобные изменения расширяют площадь земель, пригодных для сельского хозяйства. Например, в России появился новый винодельческий регион — Нижняя Волга в Волгоградской области, где ещё 20 лет было слишком холодно для промышленного виноградарства. По прогнозам, к 2050 году в регионах с умеренным климатом производство сельхозпродукции вырастет (в России — на 0,9%). Однако в большинстве регионов страны климатические изменения неблагоприятны для сельского хозяйства, поскольку увеличивают частоту и продолжительность засух и избыточных осадков. Ведь уже сейчас сельхозпроизводители всё чаще теряют урожай из-за нестабильных и непредсказуемых погодных условий, и в будущем этот тренд будет только нарастать.
Чтобы минимизировать негативные последствия климатических изменений для экономики, стартовала разработка отраслевых и региональных планов адаптации. В 2022 году такие планы были утверждены для Республики Крым, Белгородской, Волгоградской, Вологодской, Кемеровской, Курской и Пензенской областей. Разрабатываются отраслевые планы для агропрома и рыболовства.
Значительная часть российского экспорта сельхозпродукции поступает в страны Азиатско-Тихоокеанского региона и Ближнего Востока, прежде всего в Турцию, Китай, Республику Корея и Египет (на эти четыре страны приходится 33% всего отраслевого экспорта). Многие государства разрабатывают собственные климатические политики: цели по углеродной нейтральности приняты в Китае, Японии, Индии, Республике Корея. Меры по климатическому регулированию распространяются на компании этих стран и в перспективе, вероятнее всего, будут распространяться и на экспортёров. Россия также следует данному тренду и заявила о цели по достижению углеродной нейтральности не позднее 2060 года.
Татьяна Завьялова, старший вице-президент по ESG Сбербанка:
«Климатическая повестка содержит большие вызовы для мирового сообщества, для сельхозпроизводителей природно-климатические риски выходят на первое место: управлять ими крайне тяжело, а ущерб может оказаться неконтролируемым. Некоторые отечественные компании уже приступили к оценке подобных рисков, делают это и крупнейшие банки.
Так, Сбер помогает агропроизводителям оценивать своё воздействие на окружающую среду. В 2022 году велась доработка нового отраслевого инструмента оценки ESG-риска в кредитном процессе (ESG Handbook), который позволит лучше управлять специфичными отраслевыми рисками. Один из параметров отраслевого риска — это выбросы парниковых газов и изменение климата, а одна из фокусных макроотраслей — сельское хозяйство. Ведь по оценке экспертов, к 2030 году эмиссия от сельскохозяйственной отрасли составит 49% всех выбросов парниковых газов в мире».
Исследование «Мифы и реальность об изменении климата и сельском хозяйстве» размещено в открытом доступе.
