Без звезд «Мишлена»
Ресторан был продолжением протяженного здания гостиницы «Советская», открытой несколькими днями ранее, и обслуживал ее постояльцев. Гостиница первыми принимала знатных людей Марийской АССР – передовиков сельского хозяйства. Кормили в «Таире» сообразно вкусам людей труда – сытно и просто, опираясь на весьма популярную у нас в стране «Книгу о вкусной и здоровой пище».Оформление зала «Таира», который для наименования его рестораном, пожалуй, недотягивал по международным стандартам, и в знаменитый каталог «Мишлен» вряд ли бы попал, было минимально простым. Но все искупали изумительные котлеты, картошка во всех видах и наваристые супы, среди которых королем стола была уха. «Таир» облюбовали командированные из Москвы и других городов необъятного Союза, бывавшие в Йошкар-Оле по делам, связанным с оборонным производством. Как гласит молва, в веселые 1960-е годы они даже сочинили о гостеприимном «Таире» шуточную песню. Этот ресторан был весьма удобен для тех, у кого каждая копейка была на счету: пообедать здесь всего за три рубля было вполне реально. Для молодежи, в особенности для студентов, получавших в 1970-е стипендию 40 рублей в месяц, это было немалым плюсом.
«Таир» уходит
В перестроечное время меню «Таира» сделалось скуднее: сказались трудности со снабжением, да и советский рубль стал менее полновесным. Настоящим потрясением для ресторанов стали восьмидесятые. В 1983 году при новом генсеке Андропове по местам скопления людей в рабочее время ходили люди с красными повязками, заглядывали в кинотеатры, магазины, столовые и рестораны. Проверяли суровые люди даже бани и парикмахерские, выясняя, что могут там делать граждане, не находящиеся на рабочем месте. Борьба за дисциплину не прекращалась даже в предновогодние дни. Не приветствовались и корпоративы в ресторанах. Нарушителей распорядка могли ждать неприятности по службе.Горбачевская кампания против пьянства и алкоголизма обернулась ко всему прочему для советского общепита потерями в выручке и невыполнением плана по товарообороту. «Минеральный секретарь», как окрестил Михаила Сергеевича ядовитый на язык народ, в одночасье сделал «Таир» обычной столовой. К началу девяностых, когда все и вся стало уходить в частные руки, «Таир» превратился в «Тарелку». В перестроечно-кооперативное время в том же здании открыли ресторанчик грузинской кухни, который, однако, просуществовал недолго.
Ели мясо мужики…
О том, что место на углу Волкова и Институтской далеко не простое, покойный краевед Сергей Савинов, продолжительное время проработавший в КГБ, поведал автору этих строк. По его словам, в начале 20-х годов прошлого века здесь стоял деревянный постоялый двор, принадлежавший двум братьям, которые были связаны с местным преступным миром. Они были замечены чуть ли не в каннибализме, за которое их и расстреляли чекисты. Алчные хозяева корчмы на краю города продавали постояльцам блюда, в которые входило человеческое мясо. Савинов сказал, что об этом вопиющем случае писала «Марийская деревня» (одно из прежних названий газеты «Марийская правда» – прим.ред.), но вот он не помнит, в каком из номеров, и ищет упоминание о нем. Чем завершились его поиски, узнать так и не удалось. Вскоре после разговора Сергей Степанович скончался.Об этом, к счастью, ныне мало кому известно, так подобная «жесть» способна отбить аппетит. И здание, выполненное по проекту архитектора И.И.Виноградова, вызывает иные ассоциации. Москва и Ленинград будто рядом присутствуют, напоминая о Невском проспекте Питера и Театральной площади Москвы. И «Таир» вполне может сойти за подобие знаменитых столичных кафе. В памяти людей, когда-либо посещавших ресторан, он остался тем гостеприимным и добрым местом, которое, безусловно, хотелось бы вернуть в нашу пеструю жизнь из общего советского прошлого.
«Марийская правда» благодарит Сергея Куликова за помощь в подготовке публикации.
