Так бы и посоветовал им вымыть рот с мылом, но ведь ответят той же нецензурщиной. И убегут - если помладше. Или начнут доказывать свою крутость - если постарше. И это лишнее доказательство того, что отсутствие тормозов в речи провоцирует и агрессивные действия. Многие ли из нас с вами рискнут прогуляться темным вечером в районе молодежных тусовок, где мат висит в воздухе, как дым в курилке?
Да что там агрессивные подростки? Типичная картинка с натуры - две донельзя гламурные, ухоженные девушки лет 18-20. И одеты со вкусом, и макияж безукоризненный, и глазки смышленые. Но все это до тех пор, пока не откроют рот... И право же - лучше бы они его не открывали! При этом у большинства населения использование матерных конструкций ограничивается унылым русским трехчленом ЕТМ. На Руси испокон веков так ругались только низшие социальные слои: извозчики, истопники, привратники в богатых доходных домах да каторжные конвойные, нахватавшиеся таких слов от своих "подопечных". В среде аристократии же считалось шиком завернуть многоэтажную конструкцию, где мата, как такового, практически не было - были талантливо составленные словосочетания, часто парадоксальные по смыслу и полные подлинного юмора. Примером может служить богатейший словарный запас боцманов на кораблях, командиров палубных команд и традиционно - старпомов, старших помощников капитана на судне. При этом интересно, что, аттестовавшись позже на капитана, вчерашний старпом уже не использует привычную в его прежней должности лексику - считается неуместным! Знаменитый дореволюционный "Словарь живого великорусского языка В.Даля" немалую часть своих страниц посвящал именно вот таким словесным конструкциям. Но то, что шокировало широкую публику сто лет назад, сегодня можно посчитать поистине детской шалостью. "Эволюционируем", братцы...
Дети подражают взрослым. Вообще воспитание - в самом широком смысле этого слова - является подражанием. А примеры - перед глазами. Если в семье с утра до вечера звучит "музыка", то странно было бы требовать от детишек "изящного штиля". И похожая на тургеневскую барышню девушка в троллейбусе уж никак не будет выражаться языком бедной Лизы. Она чего-нибудь загнет! Да так, что оказавшийся рядом зарубежный гость, учивший "великий и могучий" по романам Достоевского и Толстого, надолго впадет в ступор. А потом сделает правильный вывод.
Язык действительно является показателем нравственности общества. Твердые моральные устои, скажем, в дореволюционной деревне, базировались именно на неупотреблении бранных слов. Расспросите своих стареньких бабушек, и они вам расскажут, как наказывали даже за слово "черт", вырвавшееся в сердцах. "Обвал" произошел позже, когда "кто был ничем - стал всем" и притащил привычную на "хазах" и "малинах" ненормативную лексику во все сферы общественной жизни - от вузов до властных кабинетов.
Кстати, сейчас готовится законопроект, предусматривающий наказание за матерщину. Пока только для чиновников и политиков. Их будут крупно штрафовать за публичную нецензурщину. В Министерстве связи и массовых коммуникаций создана рабочая группа, которая попытается дать понятие самой нецензурной лексики. Но ведь существует Кодекс административных правонарушений, содержащий понятие "нецензурная брань", за которую предусмотрен не только штраф, но и арест до 15 суток. Так что за мат на улице можно наказывать уже и сейчас. Но кто из нас назовет наказанных?
Полностью, наверное, мат из нашего языка не уйдет никогда. Достаточно вспомнить самые смешные, самые "соленые" анекдоты, чтобы согласиться с этим. Попробуйте заменить в них "соль". А? То-то. Но мы говорим о культуре в самом широком смысле этого слова. В том числе и о культуре общения. О бережном отношении к своему родному языку. Послушайте россиян, для которых русский не является родным: для усиления смысла высказывания, для придания ему эмоциональной окраски нет-нет да мелькнет в незнакомой для нас речи такая родная, такая привычная словесная конструкция. Ура - патриоту это, может быть, и польстит. А мне вот - нет. Ведь такие вкрапления говорят о том, что свой родной язык эти народы берегут, не загрязняя его доморощенными аналогами нашего мата.
В такой сложной и, наверное, спорной теме нет ничего дороже, чем мнение специалиста, например, кандидата филологических наук, доцента кафедры русского языка МарГУ Надежды Молчановой:
- Язык - как живое существо. Он находится в постоянном развитии. Современные бранные слова два-три века назад вовсе не были бранными, они были неотъемлемой частью повседневной разговорной речи. Потом произошла трансформация смысла отдельных слов, и часто - в результате перехода из одной социальной среды в другую. Мат действительно очень экспрессивен, эмоционально окрашен, но только тогда, когда не становится частью повседневной речи. Попадая в нее, он делается скучным и отвратительным. И опасность его также в том, что он обедняет обычный разговорный язык, вытесняет не только литературно правильную, но и обычную, повседневную лексику. Вам не приходилось наблюдать картину, когда человек, попав в обстановку, в которой брань нельзя использовать ни при каких обстоятельствах, начинает, прищелкивая пальцами и морща лоб, мучительно вспоминать: "А какое же слово можно употребить вот сейчас, применительно к ситуации?" Видно же, что на язык просятся уже такие привычные крепкие выражения.
Радует, что в обществе хоть чуть-чуть, но наметился поворот к нетерпимости по отношению к нецензурщине. Кстати, в нашем городе были случаи, когда граждане подавали судебные иски за  матерные оскорбления в свой адрес. И выигрывали их! В обоих таких случаях наш вуз привлекался к лингвистической экспертизе. Должна заметить, что тезис о постоянном развитии языка тогда блестяще подтвердился - нам встретились  такие новые формы, что мы на некоторое время оказались в тупике. Но все же разобрались.