А может, и правда, желаемое станет действительным! По крайней мере, мы с братом так подумали и решили, что больше откладывать не будем и сегодня же вывезем маму в свет. Пора ей показать все, что нам давно хотелось. Брат подъехал на своей машине ранним утром, и мы ее забрали...
... Да, мама, у твоего сына теперь есть своя машина. Конечно, живет он в той самой трехкомнатной квартире, ремонт сделал под "евро".
Ты спрашиваешь, что это значит? А это значит, что окна, двери, стены, ванная и вся кухня поменяны под новый стандарт: красиво, дорого и качественно - покажем потом.
Да не пьет он, давно завязал с этим делом, и вот - смотри результат - хорошо выглядит, и дома у него порядок.
Не надо, мам, плакать. Я знаю, что это ты плачешь от радости, но все равно...
Мы повезем тебя сейчас в Йошкар-Олу, и ты увидишь, как невероятно красиво она преобразилась.
На каком "рабочем поезде", мам?! Его давно уже нет. Конечно, состав ходит в город, но рабочие уже, как раньше, на нем не ездят.  На заработки молодые люди отправляются в Москву или еще куда, а если в Йошкар-Олу, то едут автобусом.
Да, кстати, мы покажем тебе сейчас новый вокзал, вместо той станции, где, помнишь, встречали и провожали поезда почти все жители нашего поселка.
Еще, вот, сбылась твоя мечта: у нас теперь есть своя церковь, где можно помолиться, заказать молебен и... Да, да, батюшка у нас тоже свой есть.
Все неузнаваемо? Конечно, конечно... Помнишь, как ты говорила: "Слава Богу, хоть хлеба едим досыта", а сейчас мы покажем тебе магазины, где ты от увиденного изобилия не так охать и ахать будешь. В общем, поехали в город!
Не узнаешь дорогу, по которой мы едем? Да нет же, это та самая трасса, только выполненная под "евро". Ну, значит, лучше, качественнее, двухполосная, просторная. Мы и сами не успеваем удивляться, и, знаешь, так хочется жить, жить долго, особенно когда представишь, что жизнь наша при всех сегодняшних проблемах становится все лучше и лучше.
По крайней мере, в это верится.
Куяр, говоришь, мало изменился? Да. Мало. Но обрати внимание, он стал намного больше.
Давай, брат, покажем маме набережную Брюгге!
Название, мам, дали такое всем постройкам в столице вдоль Малой Кокшаги, а вот почему "Брюгге"? Даже не знаю. Но смотри: такую красоту, наверное, по-другому и нельзя было назвать, тем более, что все построено в итальянском стиле.
Красиво, говоришь? А мы остановимся, чтобы осмотреть все получше.
Мы идем пешком под арку, и мама останавливается на каждом шагу, чтобы взяться за сердце, ей трудно понять, где она находится, ведь опять и опять она вспоминает ту Йошкар-Олу, которую она оставила много лет назад и где тогда всего-то хорошего было - улица Советская с ее "Детским миром", вокзалом, магазином "Восход", да еще парк, где она бывала давным-давно.
Мама приостанавливается и идет дальше в сторону Советской, чтобы посмотреть на милую сердцу улицу.
Вот она видит новый храм, молится и идет за оградку, мы не успеваем за ней, а она крестится, и на ее лице и в душе радость.
"Какие же вы счастливые!" - говорит она, - красота-то какая!"
Мосты через Кокшагу маму уже, похоже, не удивили, она приняла их как должное, и мы пытались угадать, что она захочет еще посмотреть.
Мама остановилась и долго-долго смотрела в сторону Вознесенской церкви, где крестила меня и брата, где с особой опаской в советское время неистово молилась за наше лучшее будущее, и, наверное, сейчас она твердо решила, что Господь Бог помог, и ее молитвы дошли до него.
Ты, наверное, устала, мама? Пора возвращаться?
Ведь ничего нет бесконечного в нашей жизни. Все в определенных рамках, и нужно скоро возвращаться туда, откуда мы тебя забрали.
Не будем утомлять тебя тем, чем мы очень недовольны в этой жизни.
Мы не скажем, что нам бы очень хотелось, чтобы не было коррупции и воровства во власти, чтобы в наших больницах навели порядок, чтобы не было такой резкой разницы между богатыми и бедными, чтобы мы могли на свою пенсию съездить посмотреть другой мир, а наши дети и внуки имели постоянную работу и не боялись ее потерять, и имели бы при этом достойный заработок.
Напоследок мы решили показать маме хоть один нынешний магазин и ...привезли ее в крупный супермаркет.
Нет, просто невозможно описать ее впечатления от увиденного изобилия продуктов. И снова мы слышали ее слова: "Какие же вы счастливые!" и "Как же я рада за вас!"
Мы довольны, мы смогли убедить нашу любимую мамочку в том, что у нас все хорошо, мы все живы и здоровы.
Неумолимо подошло время прощаться. Мы возвращаемся туда, откуда взяли нашу маму.
В последний раз смотрим на ее реакцию от увиденного там, откуда мы начали нашу экскурсию.
Снова слышим немой вопрос: "Кто это рядом со мной и вокруг меня?"
Здесь, мама, все, кто ушли вслед за тобой за эти 27 лет -  твои коллеги, родственники и бывшие твои друзья.
Мы видели, как по мере удаления от нас ее образ таял, исчезал и потом просто превратился в облако.
Наша встреча закончилась у кладбищенских ворот. Стало безумно горько, как будто мы только что ее потеряли.
А как бы хотелось и вправду вернуть всех тех, кто давным-давно ушел из этой жизни, чтобы хоть на мгновение увидеть их, показать им, как быстро все меняется. Взрослеют дети, растут внуки и правнуки, как преображается мир.

(п.Сурок).