Вообще-то это парадокс — нас, «гомо сапиенс», государство пересчитывает всего один раз в 10 лет, проводя Всероссийские переписи, а вот лесных обитателей берут на карандаш каждый год. Все, наверное, слышали о так называемом зимнем маршрутном учете, но, оказывается, лесных бродяг считают не только зимой, а практически в течение всего года. О значении арифметики в деле сохранения животного мира мы беседуем с заместителем министра лесного и охотничьего хозяйства Марий Эл Николаем Шурковым.
- Николай Иванович, для чего нужна такая скрупулезность в подсчетах зайцев, кабанов и прочей лесной братвы?
- Чтобы дров не наломать, раньше на такие вещи смотрели сквозь пальцы, и в результате в некоторых регионах, в том числе в соседней Чувашии, до сих пор не могут восстановить поголовье лосей, охота на них там закрыта. Стреляли и стреляли, не имея реальной картины численности поголовья, в результате оказались у разбитого корыта. Как можно устанавливать нормы изъятия (добычи) промысловых животных, если нет реальной картины их численности?
Мы же к этому относимся очень серьезно, если какое-то хозяйство не провело учет животных, то охоту там вообще не открываем. Как говорится, закон суров, но он закон. Нормы изъятия, то есть сколько зверей того или иного вида можно добыть без вреда для популяции, напрямую зависят от данных учетов.
Выберите на инфографике интересующую вас популяцию животных в Марий Эл
- Насколько объективны данные лесной переписи, ведь звери не люди, их не опросишь?
- По каждому виду животных ученые разработали специальные методики учета, точность полученных результатов колеблется в пределах 10%, то есть, если все делать грамотно, итоги учетов вполне сопоставимы с реальной численностью промысловых животных. Разумеется, мы работаем с этими данными, анализируем динамику, если нужно, принимаем решения.
Еще одним критерием точности проведенных учетов является процент освоения выделенных лимитов изъятия. Если перепись проведена добросовестно, то охотники выберут выделенные лимиты, а если цифры «липовые», «дутые», а на самом деле зверья в лесу нет, то и добыть они никого не смогут. Кстати, в нашей республике в разрезе регионов Российской Федерации один из самых высоких показателей освоения лимитов. Так что, судите сами.
- Как я понимаю, самым массовым является все-таки зимний маршрутный учет?
- Да, всех животных, которые в зимнее время активны, не ложатся в спячку, мы считаем зимой. По снегу делать это очень удобно, но учеты наши специалисты и актив ведут и в другие времена года. После ЗМУ на подкормочных площадках считаем кабанов и оленей, весной на токах - глухарей и тетеревов. Это непростая работа, как правило, учетчики прибывают на тока еще с вечера, и, несмотря на погоду, находятся там до утра, записывают время токования, рисуют схемы тока, подсчитывают петухов. Все видишь: игрища, бои, сильные самцы заводят себе гаремы по шесть-семь особей женского пола.
Весной же на перелетах ведем наблюдение за мигрирующими гусями, утками: куда, когда, на какой высоте и, главное, сколько.
- Лето, очевидно, тоже рабочий период для лесной переписи?
- Холостого времени года у нас нет вообще, а лето это время учета болотно-луговой и полевой дичи. Рябчиков подсчитываем с манком, идет учетчик посвистывает, они отзываются, каждого берут на карандаш. Этот учет проводится, можно сказать в два этапа, потому что в июле делаем еще учеты по выводкам. Закладывается маршрут, скажем километров 10, человек идет, птица вспорхнула с гнезда вместе с птенцами, посчитал выводок, записал данные и дальше.
- Николай Иванович, а как считают медведей, которые, зимой, как известно, сосут лапу в берлоге?
- Медведей тоже считаем летом, для этого выбирается такая влажная местность, где хорошо отпечатываются следы их лап, там и прокладывается маршрут. Чтобы не было накладок, размер следов, (если быть точным, то ширина ступни) замеряется. Разумеется, для чистоты исследования выбираем время, когда зверь держится оседло. Кстати, средний ареал обитания одного мишки составляет порядка 800-1000 гектаров. Если проводить учеты, скажем, во время гона, то получить точную картину нереально — топтыгины в это время очень мобильны и много передвигаются. Поэтому сроки для нас значат очень много.
- А как посчитать скрытных обитателей нор?
- Тут есть разные подходы, численность сурков-байбаков определяется визуально, причем, делаем это в июле-августе, когда подрастает молодежь. По утрам семейства выходят кормиться, переписчик наблюдает за ними в бинокль и ведет записи. Поголовье барсуков и енотовидных собак определяют по норам. Обычно это происходит в сентябре. Тут главное, уметь отличить их жилище от лисьих нор, барсуки очень чистоплотны, перед тем как залечь на зимовку, они тщательно прибираются, а потом законопачивают вход в свои норы. Енотовидные собаки тоже имеют свойство впадать зимой в спячку.
Осенью, как правило, в октябре, проводится учет бобров и ондатр. Норок и выдр считают по первому снегу - переписчики проходят вдоль береговой линии и заносят в блокнот данные об обнаруженных следах этих обладателей меховых шуб. Кстати, европейской норки у нас практически не осталось — ее почти полностью вытеснила американская.
