Как так вышло, что в храмах Хабаровска и даже Владивостока находятся иконы, написанные в Царевококшайской иконописной мастерской Марий Эл, - об этом и многом другом рассказал ее руководитель член Союза художников России, заслуженный художник РМЭ Станислав Попов.
Реклама по сарафанному радио
- Станислав Валентинович, похоже, реклама – двигатель не только прогресса, но и такого старинного творчества как иконопись?
- В нашем случае эффективнее сарафанное радио – мнение людей, молва о качестве нашей работы. Поэтому я сам ценю и всем девчонкам (все художницы в мастерской – женщины, авт.) всегда говорю: качество - прежде всего! Если даже один раз соврешь, об этом все равно узнают. И маленькая ложь вернется к тебе отсутствием заказов. А то еще попросят, чтобы тому мастеру заказ не давали.
- Надо же!
- И это побуждает к большой ответственности. И радует, что труд не просто в туне проходит, а все-таки люди интересуются, сравнивают, ведь икона – это частичка художника. У нас десять иконописцев, и у каждого мастера своя очередь из заказов на несколько месяцев, а то и лет вперед.
- А заказчики, бывает, отказываются?
- В основном такого не происходит, но случалось, и именно из-за некачественной работы. Впрочем, считаю, щелчки по носу иногда необходимо получать, чтобы в тонусе себя держать.
Поделка - ложь
- Нередко иконы привозят из путешествий как сувениры, не вникая в суть их предназначения. Да и в церковных лавках такое большое разнообразие икон, признаться, обычным людям трудно разобраться в их качестве.
- Сама икона, действительно, очень разнообразна. Но при этом сегодня я наблюдаю некую утрату вкуса к иконе. Даже в московских лавках, на мой взгляд, примерно 70 процентов продающихся икон – просто в печку. К сожалению, это поделки, а не иконы.
- Что значит - поделка?
- Некачественно сделанная икона – это своего рода какая-то ложь, потому что она просуществует недолго из-за нарушения технологий и перекоса в сторону удешевления. Профессиональную беспомощность может выдать сам образ иконы, характер ее письма.
- Как же это понять непрофессионалам?
- Это не такая уж непостижимая наука. Ведь каждый человек может отличить хорошую музыку. Так и с иконой. Икона – предмет, создающийся для молитвы, соединения с Богом. И в этом человеку должен помогать качественный хороший образ, который будет «звучать» в унисон его душе, молитве, обращению к Богу.
Чем моложе, тем сложнее
- А старые иконы в мастерскую приносят?
- Конечно. У нас есть специалисты, которые занимаются реставрацией, потому что иконы болеют часто, много. Поверьте, уничтожением икон никто не занимается так профессионально и с благоговением, как наш брат православный.
- Каким образом сам верующий уничтожает икону?
- Всевозможным: начиная с протирки иконы сырой тряпкой, заканчивая разными причудами. Вот, например, в прошлом году на реставрацию принесли иконы, не так давно нами же написанные, а все потому, что один из служащих почему-то решил смазать их маслом. В итоге наши специалисты трудились два месяца, потому что реставрировать новодельные иконы сложнее старых.
- Почему у икон все наоборот?
- Старая икона уже устоялась, ее красочки окаменели – все процессы в ней прекратились. А новодельная, даже написанная пять лет назад, еще «мягкая», так как все краски еще свежие, потому что в них используется яичная темпера (с яичным желтком), которая со временем окаменевает и тем самым запечатывает пигменты краски навечно. Пока этого не произошло икону не надо тревожить, царапать, усиленно протирать тряпками. То есть она, как человек, должна войти в возраст, созреть, на это требуется десять-пятнадцать лет.
Просто чудо!
- Объясните, пожалуйста, отчего иконы мироточат?
- Это чудо Божье, больше никак не объяснить. В 90-е годы привозили несколько мироточащих икон - написанные, репродукции, вплоть до каких-то фотографий. То есть Дух Святой где хочет, там и дышит. Если Господу понравилась икона для явления чуда – чудо будет, даже с фотографией.
Хотя мне мироточащие иконы не попадались, зато попадались отразившиеся на стекле.
- Как иконы отражаются?
- Не знаю, как это происходит, но тогда, когда мы вынимали икону из киота, на стекле оставалось ее изображение во всех подробностях. И таких стекол шесть-семь у нас в республике.
А одна икона меня вообще удивила. Это был образ Господа Вседержителя, на иконе его одежды были утрачены. Художник, который назвался реставратором, хотя таковым не являлся, просто старый образ перемазал краской, оставив только лик и благословляющую руку. И что любопытно, когда мы с этого образа сняли первое стекло, то увидели, что на нем отобразилась только оригинальная живопись 19 века. Вся! И ничего из мазни «художника». Ну вот как это логически объяснить!?
- Мы привыкли читать про чудеса иного рода: больной, калека помолился, приложился и – встал, пошел. Это реально?
- Рассказы есть, конечно, даже о тех иконах, которые писались в нашей мастерской, но я при этом не присутствовал. В это верит человек, который рассказывает, он видел, при этом присутствовал, у меня нет причин ему не доверять. Я просто воспринимаю информацию.
- Вы как никто другой понимаете, икона – рукотворное произведение. Откуда что тогда берется?
- Мы иконы, как детей, создаем, растим и выпускаем в этот мир. Если еще лет 15 назад мы работали строго в каноне, то сейчас у нас есть уже и академическая иконопись, и фряжское, и греческое письмо. Каноническое – тоже разных стилей, например, традиционная школа XV-XVI веков, а также стилистика XVII века. То есть мы расширяем свой диапазон. Но в любом случае, наша задача – все сделать качественно, чтобы икона была молитвенным образом, чтобы технология не подвела.
А что с ней дальше произойдет, знает Господь.
Царевококшайская иконописная мастерская тесно связана с жизнью Йошкар-Олинской епархии, которая на днях отмечает 30-летие. Накануне архиепископ Иоанн рассказал о сделанном за эти годы.
