Зимняя сказка

Жили мы в Таганах: мы с женой и Ирина с братишкой Ростиком. И вот еще с осени затеяли шубу шить для Ирины. Из кроличьих шкурок. Красивая такая шуба у нас получилась: мех белый, пушистый, и капюшон тоже белый, пушистый. Приложит его Иринка к щекам, завернется в него, как Снегурочка, целый день бы смотрел - такая красивая девочка. Постоит она так, постоит, вздохнет украдкой, да и положит опять недошитую шубу на место. Не хватало нам на рукава двух больших шкурок. Были у нас еще белые кролики, да ведь все малышня. Жалко было у них шубки отбирать. Оно бы нехитро: когда малышня разгуляется, так жарко становится, что они шубки скинут, повесят на стенки и носятся как угорелые из одной комнатки в другую. У нас для таких малышей клетки сделаны семикомнатные: одна комната как спортзал, а остальные - поменьше - как спаленки. Ну так вот, и не стали мы шубки у них забирать. Заболеют еще, думаем - вдруг мороз нападет.
И правильно сделали - через день такой мороз на деревню напал, что мы даже и не поверили. Вначале деревья вокруг нашего дома потрескивать начали. “Что это такое? - не поняли мы, когда первый раз треск услышали. - Неужели кто печку на улице затопил?” Вроде некому. Посмотрели в окно - небо красное, и дым за рекой подымается. “А-а, - догадалась Иринка, - Мороз печку свою затопил”.
Затрещали сырые деревья в Морозовой печке - в нашей сухие так весело не трещат. Мы вначале нисколько не испугались: потрещат, да и перестанут, крепче будут. А потом будто война началась: ба-ба-бах, как из пушек, тра-та-та, как из пулеметов. Кто в кого - неизвестно. А на другой день еще провода на столбах загудели: “У-у-ууу”, словно волки. Ростик и говорит: “Мультик, что ли, по телевизору показывают? Надо включить, давно что-то мультиков про волков не показывали”. Включили ему телевизор: пять лет Ростику - что с ним будешь скандалить? Пускай смотрит. Посмотрел он, посмотрел, как два дяденьки между собой разговаривают, и выключил: у нас на завалинках старики летом так беседуют...
Непонятно: все выключил, а мультик слыхать.
- Пойду-ка я к другу Сашке, наверное, по другому каналу идет. У них оба показывают, - сказал Ростик, оделся и вышел на улицу. Мы с Иринкой за ним. Смотрим: Сашка с Ростиком возле горки стоят, разговаривают. Говорят:
- Надо горку полить, а то плохо катится.
- А что, - спрашиваем, - мультик не смотрите?
- А-а, - говорят, - провода ремонтируют, вот они и гудят. Нету мультиков.
Взяли мы ведра, пошли поливать горку, ничего не получается. Просто беда какая-то: пока от колодца до горки ведро донесем, у нас вся вода в нем замерзнет. Начнем выливать - у нас ведрышки ледяные выкатываются. Посмотрели на нас Ростик с Сашкой и говорят: “Вы нам всю горку испортили, давайте устраивайте”. А у самих, когда говорят, изо рта шарики разноцветные появляются и лопаются. Иринка и спрашивает: “Рось, ты где жвачку взял? У тебя надувательная давно кончилась. Опять у меня стащил?” И пока она все это выговаривала, у нее у самой изо рта целых пять шариков выскочило.
- Никакую жвачку твою я не брал. Ты сама ее в рот положила и не заметила. Посмотри, сколько шариков понадувала! - сказал Ростик.
И начали мы шарики надувать. Рот откроем пошире и выдохнем: пар как вылетит, так и замерзнет - вот и шарик, красивый и легкий, почти как новогодний. У нас и елка рядом стояла, только без игрушек. Ну, мы взяли да шариками ее всю нарядили.
Посмотрела мама в окошко и говорит:
- Это кто же нам елку-то нарядил?
А мы отвечаем:
- Это мы нарядили. А то жалко, все шарики растеряются. Пусть на елке висят.
- Ну, - говорит, - молодцы. Очень даже красиво!
Порадовались мы, что мама нас похвалила, и что с Морозом у нас так удачно все вышло, и сели обедать. Только Мороз, который напал тогда на нашу деревню, такой большой оказался, что мы и не видели. Бывало раньше: придет к нам Мороз, да мы сами его в плен и возьмем, затащим в избу, а он от нас - деру. Посмотришь, а его уж и след простыл. Лишь на окнах от валенок отпечатки остались.
В этот раз по-другому все вышло: Мороз нас в плен взял, а не мы его. Хотели мы выйти на улицу - двери не открываются. Замерз воздух. Пока мы его от дверей оттолкали, замучались. Снег, и тот легче отпихивать. Оттолкнешь его, он и лежит, где лопатой пристукнешь. А Мороз ты куда денешь? Его не перетолкаешь. Пришлось в рот набирать да глотать. Еле-еле дорогу проели - на улицу выбрались. Посмотрели: дым кольцами из трубы подымается и замерзает, и над трубой целая гора этих колец скопилась, скоро дыму идти будет некуда.
Взял тогда я лопату, полез эти кольца замерзшие разгребать. Немного разгреб, пошел дым из трубы. Сел тогда я в кольцо, словно в кресло, и решил передохнуть. Только кресло на месте стоит, на полу, а кольцо в воздухе. Ну и поехало потихонечку. Хорошо, что за дерево зацепилось, а то бы совсем неизвестно куда унесло. Пришлось мне по дереву, словно белке, на землю спускаться. И вот тут, как про белок мы вспомнили, так и решили идти в лес: посмотреть, что там Мороз делает. Взяли топорик, прошли мимо горки, потом мимо бревен, потом переправились через речку - вот и в лесу.
И вот только тогда, наконец, поняли, какой большой Мороз напал на всех нас. Птицы, белки висели, застыв в воздухе. Лоси, волки и лисы, словно в музее, стояли замерзшие между деревьев. Зайцы, кто куда прыгнул, тот там и остался - кто за кустиком, кто над полянкой: висят, ждут, когда Мороз кончится и можно будет дальше бежать.
Лисы, волки - те нам ни к чему были. А вот парочку зайцев, которые побелее, я на веревочку привязал, да и повел за собой, как воздушные шарики, а веревочку сзади, к ремню приспособил, чтобы идти не мешала.
- Вот, - говорю, - Ирина, тебе рукава к шубе будут.
- Ладно, папа, - говорит, - молодец. Ты шагай, не оглядывайся.
- Шагаю, шагаю, а как там Ростик? Наверное, руки замерзли?
- Не замерзли. Ты, папа, шагай.
- Все шагай да шагай, уж и так тороплюсь, а вы все подгоняете!
Пришли мы домой, посмотрел я, а зайцев-то - нет.
- Как же так, - говорю, - а где же зайцы?
- Улетели, - Иринка мне с Ростиком отвечают.
- А веревочку кто перегрыз?
- Так они и перегрызли. Перегрызли и улетели.
- Ну, дело ихнее. Только шубу тебе нынче мы не дошьем, не хватает двух шкурок на рукава. Улетели, - сказал я Иринке, а она мне в ответ:
- Ладно, ты не расстраивайся, на будущий год дошьем. Нынче я так похожу. Мороз-то кончается.
В самом деле - Мороз кончился. Вначале на нас сверху упала лопата, которую я забыл, когда слазил с кольца; потом сквозь туман выглянуло солнышко, оттаяли и полетели по воздуху птицы, и, наконец, повалил мягкий снежок. Ребятишки стояли поодаль и разговаривали.
- Ты, Ростик, топорик всегда с собой бери. Когда путешествуешь, всякое может случиться. Вдруг опять папа придумает зайцев ловить?
- Я, Иринка, всегда его буду брать, пока шубу тебе не сошьем, - сказал Ростик.

Анатолий Скала