На вопрос, что будет с фестивалем "Воды текут...", великий музыкант иронично ответил: "Пути Господни неисповедимы. Что может быть дальше, не скажет никто, но то, что фестиваль состоялся - это замечательно. Он состоялся в знаменательное время, потому что небесам надо было проверить нас: выдержим ли мы +43 градуса на солнце и +38 в тени. Тент не спасал оркестр от жары, но музыканты под руководством Ивана Егорова сыграли блистательно. Симфонический оркестр на открытом воздухе - это прекрасно. Отлично выступили хор и все ансамбли. Я волновался за артистов: как можно выдержать такую ужасную жару? Нам было ниспослано испытание, и мы его выдержали. Конечно, хорошо бы, чтобы это мероприятие повторялось".
Андрей Яковлевич сказал, что фестиваль стал для него сюрпризом. "Это была замечательная идея, - пожал он руку сидевшему рядом заместителю главы правительства, министру культуры Михаилу Васютину. - Ваше министерство отлично осуществило ее. Жизнь коротка, но она вечна. Мы стояли на земле наших отцов, дедов, прадедов. Невозможно выразить словами ощущение, которое испытываешь, когда ходишь там, где до тебя ходили все твои пращуры. У марийского народа не было своей письменности. Но все пели. У песни, давшей название фестивалю, потрясающие слова: "Воды текут - берега остаются, листья осыпаются - деревья остаются, птицы улетают - гнезда остаются, мы уходим - вы остаетесь....". И я ощутил это: мы уходим, вы остаетесь. Бюст моего отца выполнен просто замечательно. Вместе со мной покрывало снимали мой младший сын Андрей и внук Валентин. Непередаваемы чувства, охватившие меня в этот момент. Было ощущение, что мы все вместе. Мы были с теми, кто уже ушел: с Яковом Андреевичем Эшпаем, с Иваном Степановичем Ключниковым-Палантаем".