Многие из самых глубин российских рвутся в Москву. Меньше тех, кто рискует мечту осуществить, и лишь единицы смогли не сгинуть в этом гигантском муравейнике. Лана, в миру Руслана Еремеева-Борзова, в 90-х ярко начинала карьеру певицы в Йошкар-Оле. Слишком ярко для нас - и в 94-м, окончив 11-й класс, отправилась покорять столицу. Поступила в Гнесинку и... осталась в Москве. У нее был период работы в девичьей группе “Армия”, а затем она предпочла стать Музой и супругой рок-певца Найка Борзова. И вот сейчас, после пяти лет молчания, готовится к выходу ее первый альбом “Волшебство”.
На днях Лана побывала с дочкой у матушки в Йошкар-Оле, нашла время и для “МП”.
- Руслана, когда ждать твое музыкальное “дитя”?
- Думаю, мой альбом появится к Новому году. До этого у меня выходил лишь сингл, тогда, кстати, я была на седьмом месяце беременности. Так что диск “Волшебство” - мой первенец.
- Найк в одном журнале назвал песни с этого альбома “эталоном качественной поп-музыки, какую еще никто в нашей стране не делал”. Это он серьезно?
- Качество на самом деле очень хорошее, мы бьемся над ним уже второй год. Перепробовали несколько студий. Сначала выбрали ту, где пишутся Сплин, Би-2, записали ритм-секцию, сейчас заканчиваем работу на студии, где записывались Алсу, Валерия.
- Это - звук. А содержание?
- Песни я пишу сама. Относительно “европейского” качества моих песен умолчу хотя бы потому, что они на русском языке. Но это поп-музыка в любом случае.
- Ты начинала, исполняя песни с налетом джаза...
- Да, раньше я сильно увлекалась джазом, но сейчас пережила этот период. Даже джазовая гармония, импровизация - это тоже рамки. И через какое-то время джаз перестает быть интересным. Современность дала так много новых технических возможностей, звук можно делать намного интереснее.
- А сейчас какая музыка тебе интересна?
- У меня огромная фонотека. Понравилась Глен Стефани из “Но даут”. Простая музыка, но любопытны исполнение, образ. Мне интересна не только мелодия, но и творческая единица, персонаж. Певец выходит на сцену и - его приятно слушать, на него здорово смотреть. В этом отношении мне нравится “Молоко”. Конечно, Мадонна. Это не обсуждается. “Радиохэд” для меня классика. А недавно я открыла для себя Вертинского.
- Любовь к ребенку - это работа...
- Да, эмоциональный и физический труд 24 часа в сутки, отнимающий много сил, энергии, мыслей. Но это - замечательно! Тем более, что Виктория, а ей еще нет и двух лет, теперь мне все помогает делать: гладим мы вместе, убираемся вместе, вместе ходим в магазин, и все это становится игрой.
- Что читаешь?
- К стыду своему, только недавно прочла “Москва и москвичи”, это история столицы - от самых черных ее кварталов до высшего света. Прочитав эту книгу, живешь уже в другом, в СВОЕМ городе. С удовольствием прочла “Код да Винчи”. Католическая церковь запретила эту книгу и призвала всех католиков ее не читать...
- ...Сделав ей сильнейший пиар.
- Да. Рекомендую. В книге много небылиц, но и множество вопросов к религии, она побуждает мыслить. Люблю русскую классику. Если мне хочется уюта, открываю Толстого, Тургенева, Чехова. Я человек поэтичный, мне всегда нравился Лермонтов, в детстве наизусть знала “Демона”, “Мцыри”. Знаете, все люди делятся на две половины: одним нравится Пушкин, другим - Лермонтов. Вторые, как правило, более трагичны в своем мировоззрении. Пушкин более легкий поэт, светский, а Лермонтов - человек Кавказа, причем русского взгляда на Кавказ. В свое время его выгнали из МГУ. За то, что был слишком умным.
- За это выгоняют?
- Еще как. Лермонтов получил шикарное образование от няни и знал какие-то вещи лучше преподавателей. Найка, кстати, тоже за это чуть не выгнали из университета. Найк тоже дворянских кровей, у его предков был особняк на Старом Арбате.
- Как вы познакомились?
- Десять лет назад Найк впервые увидел меня на студии, где я записывалась. И... все. Стал заходить всегда, когда у меня была запись. Он был хорошенький, искренний очень, песни красивые писал, посвящал их мне.
- Судя по его песням, Найк тоже “лермонтовец”?
- Еще больший, чем я! Он смотрит одни фильмы ужасов, все время.
- Те, кто уезжает в Москву, обратно возвращаются редко. Йошкар-Ола после столицы скучна?
- Вернуться я бы не смогла, просто мне здесь нечего делать. Хотя наш город я очень люблю и приезжаю сюда при первой же возможности. Я считаю Йошкар-Олу своим городом. Как и Москву.
- А как тебе люди? Москвичи говорят, что мы даже по улицам ходим как-то медленно.
- Да, а те, кто приезжает в Москву, удивляются: боже, как там можно жить - суета, все носятся. А по-другому и нельзя, город огромный, и чтобы что-то успеть, нужно либо очень быстро гонять на машине, либо очень быстро бегать.
- Не утомляет?
- Это мой ритм. Жить по-другому я уже не могу. Обожаю Москву за то, что могу в три часа ночи поехать в ресторан. Здесь мне этого сейчас не хватает.
- Демобилизовавшись из “Армии”, ты ушла со сцены вообще. Почему?
- Группа “Армия”, по-моему, изжила себя, хотя и существует, кажется, до сих пор. Кроме того, моя помощь понадобилась Найку - присутствие близкого человека. Мы только поженились, и я всюду с ним моталась, по всем гастролям, тусовкам. Но это не было временем безделья, в этот период я написала много песен. А теперь из них создается альбом. И, оказывается, этот альбом многие ждут, судя по отзывам на сайте Найка, по звонкам журналистов. Мы выкладывали песни в Интернете, и их успели оценить.
- Живя в Москве, я бросился смотреть рок-н-ролл вживую, пересмотрел массу концертов, понравились... “Тигровые лилии”. Иноземцы. Выкладывались так, будто завтра - расстрел. А наши... Такое чувство, что мы, зрители, их так доста-а-али.
- Я объясню. У нас нет нормального шоу-бизнеса. Наши музыканты вынуждены зарабатывать себе на жизнь концертами, что в корне неправильно. Во всем мире музыканты зарабатывают пластинками, авторскими отчислениями. А Россию заполонили пираты, и от авторских остается мизер. Приходится делать “чес”, череду концертов, а от них устает любой человек, иногда приходится работать в совершенно ужасных клубах, на заказных вечеринках. Надеюсь, со временем все изменится.
- А ты смогла бы петь на корпоративной вечеринке?
- Почему нет?! Это даже здорово: люди пьяные, веселые, довольные, они пригласили тебя в гости, они тебя слушают, танцуют с тобой, общаются - и счастливы. Намного хуже петь где-нибудь в дорогом, пафосном ресторане, где люди сидят за столиками, жуют, болтают, а ты, певица, для них как фон.
- Как тебе нравы пресловутого шоу-бизнеса? Это правда банка со скорпионами, как пишем мы, щелкоперы?
- На самом деле, то, что вы пишете, иногда смешно. В одной из газет вышла статья, будто я бросила Найка и ушла к Олегу Нестерову, Олег тоже бросил свою семью, и мы живем, снимая квартиру где-то в Бирюлево. При этом мы об этой статье долго не знали, друзья боялись показать ее Олегу, он стопроцентный семьянин... Хотя труд журналистов такой же проклятый, как труд милиционеров и артистов. Ты стараешься-работаешь, а тебя в итоге все время ругают, все равно ты кому-то не угодишь.
А шоу-бизнес... Один из рок-гуру назвал его ездой на крокодиле: неизвестно, когда он тебя сожрет. Есть обойма артистов, которых мы с утра до ночи смотрим по главным каналам страны. За очень большие деньги. А есть и другая сторона музыки: Найк, Дельфин, Чичерина. Мы все очень дружим, общаемся, никто и никому не ставит подножек. С Дельфином дружим семьями. С Юлькой Чичериной познакомились на фестивале в Батуми, сидели ночью и пели друг дружке песни.
- Певцы и на отдыхе поют?!
- Что делать, мы поем всегда. Все зависит от человека: если ты хочешь лезть в эту мясорубку шоу-бизнеса, пожалуйста. А есть люди, которые предпочитают в это время заниматься делом.
- Руслана, судя по всему, природа на вас с Найком не отдыхает. А вы - на природе?
- Бывали в Египте, Индии, мне нравится драйв: пустыни, джунгли. Но сейчас отдыхать почти не получается: Найк пишет свой альбом, я - свой. А сейчас я в Йошкар-Оле из-за дочери, вывезла ее из Москвы, чтобы она здесь подышала воздухом.
- Горький устами Сатина говорил: “Когда работа - удовольствие, жизнь - счастье”. А ты говоришь - работа проклятая...
- Ничем другим я больше заниматься не смогла бы, этим я живу, дышу. Если ты однажды взялся за это, то уже никогда не бросишь. Ты вкусил это яблоко. И счастлив этим!
