Сцена театра оперы и балета им. Э. Сапаева уже 14 лет для нее – одно из главных мест в жизни, где день за днем, с каждой новой партией талант, как алмаз при гравировке, приобретает новые грани, а любовь к профессии, зрителям, оперному и драматическому искусствам становится сильнее, глубже, пронзительнее. Сегодня моя героиня – известная в Марий Эл оперная дива Эльвира Гурьева.
Поклонникам вокально-сценического жанра это имя хорошо знакомо. Услышав хотя бы один раз великолепное драматическое сопрано Эльвиры Гурьевой, забыть его невозможно. Ее мощный и одновременно очень подвижный, нежный, красивый голос позволяет без особых трудностей справляться с различными партиями, которые отличаются глубоким драматизмом и психологизмом. Татьяна в «Евгении Онегине», Аида в одноименной опере, Флория Тоска во «Флории Тоске», Чио-Чио сан в «Мадам Баттерфляй», Лиза в «Пиковой Даме», Эвика в «Акпатыре» и многие другие героини – женщины с разными судьбами, пришедшие к разному жизненному финалу, благодаря не только вокальному, но и актерскому таланту Эльвиры Гурьевой, каждый раз «оживают» на сцене и заставляют зрителей им искренне сопереживать. Но за всем этим стоит довольно долгий и совсем «неклассический» путь творческой личности.
Дар по наследству
Эльвира родилась в Йошкар-Оле в семье людей творчески одаренных, но не выбравших музыку профессией. Отец был самодеятельным музыкантом, писал песни, обладал тонким чутьем и прозорливостью, которые потом во многом и определили дальнейший путь дочери. Вокальный дар девочка получила от мамы, которая обладала хорошим голосом, да и вся родня по материнской линии имела почти идеальный музыкальный слух и умела играть на различных инструментах. Разумеется, Эля пела и танцевала с самого раннего детства. Видя по телевизору выступления Аллы Пугачевой, говорила всем, что обязательно будет артисткой, как она. Порой девочка с папой давали концерты, где благодарными зрителями становились соседи, но, несмотря на это, отец заставлял дочку беречь голос, опасаясь неизбежной мутации. Да, таким возрастным изменениям подвержены не только представители сильного пола.
– В детстве обычно все девочки говорят высоким голосом, «пищат», только потом «включается» средний регистр, а еще через несколько лет уже и грудной, – рассказывает собеседница. – Со мной именно так и произошло. Первая ломка случилась в 13 лет, а еще одна – в 17. Папа, предвидя это, не разрешал мне бездумно пользоваться голосовым аппаратом, поэтому в музыкальной школе я училась игре на аккордеоне, а после девятого класса поступила в Йошкар-Олинское музыкальное училище на факультет народных инструментов. Несмотря на то, что в юности меня как человека с врожденным чувством справедливости привлекала юриспруденция, я ни разу в жизни не пожалела о своем первом профессиональном образовании.
«Тебе петь надо!»
Но довольно скоро судьба решила вновь дать возможность девушке показать себя как вокалистку. На экзамене по дирижированию второкурсница Гурьева, оставшись без иллюстратора (вокалиста, помогающего студенту глубже понять специфику работы с голосом), вызвалась сама исполнить сцену у Канавки из партии Лизы в опере «Пиковая дама». Реакция педагога была неожиданной.
– Услышав, как я пою, мой преподаватель Александр Васильевич Мирошников вдруг воскликнул в сердцах: «Что ты тут делаешь?», – вспоминает с улыбкой певица. – Чуть не плача, отвечаю, что дирижирую. Тогда он еще более эмоционально повторяет вопрос: «Что ты делаешь на факультете народных инструментов? Тебе петь надо!».
Слова учителя Эльвире, конечно, запали в душу, но учебу она не бросила, хотя через непродолжительное время начала посещать факультативы по вокалу, а по окончании музучилища вновь поступила туда, теперь уже на вокальное отделение и сразу на второй курс. Многие дисциплины изучать ей было не нужно, поэтому она могла параллельно с учебой работать в хоре театра оперы и балета им. Э. Сапаева.
Мечты должны сбываться
До 24 лет голос у молодой певицы относился к лирико-колоратурному сопрано, сочетающему в себе легкость и насыщенность. Она могла похвастаться диапазоном в три(!) октавы: от «ля» малой октавы до «соль» третьей. Она тогда мечтала спеть партию Адели в «Летучей мыши», да и преподаватели подбирали такой репертуар, при котором нарабатывалась необходимая техника исполнения, а связки привыкали трудиться в заданном направлении. Возможно, все бы могло получиться наилучшим образом, но однажды, когда Эльвира Гурьева уже училась в Академии хорового искусства в Москве, педагог, готовя студентку в исполнительницы музыки эпохи барокко, дала ей выучить романс «То было раннею весной» и тем самым невольно изменила дальнейший ход событий.
– Я в фонотеке послушала этот романс в исполнении Галины Вишневской, – продолжает певица. – И произошло то, что нередко случается с вокалистами: мой голос начал перестраиваться. Такое бывает, когда его истинную природу «прижимают» и направляют в другое русло. Но тем не менее в академии я продолжала учиться петь, как раньше. Наш смешанный хор очень много ездил по стране, и в итоге после нескольких выступлений с больным горлом произошло несмыкание связок, я потеряла голос.
Академию Эльвире Гурьевой пришлось оставить, и она вернулась в Йошкар-Олу. Год интенсивно лечилась, много работала с детьми в качестве педагога по вокалу. Хотя голос постепенно к ней вернулся, о сцене она думать себе запретила. Даже пошла учиться на юриста. Но в 2008 году мою героиню пригласили работать в капеллу им. А. Искандарова. Четыре года она была солисткой старейшего музыкального коллектива Марий Эл, да только не мечтать об оперной сцене не получалось. А мечты должны сбываться.
«Всему свое время…»
Не по мановению волшебной палочки, но благодаря таланту и яркой индивидуальности с сентября 2012 года Эльвира Гурьева – солистка оперной труппы театра им. Э. Сапаева. Ее дебютом стала партия Иоланты в опере «Иоланта». Потом была Лиза в «Пиковой даме» и много других выразительных образов. По первым ролях стало понятно, что у новой солистки прекрасное драматическое сопрано, голос мощный, подвижный, отличающийся насыщенностью, густотой. Ей по силам исполнять самые сложные партии, виртуозно передавать самые драматические состояния героинь: страсть, отчаяние, героизм. Она не просто обладательница сильного и красивого голоса, она – отличная драматическая актриса, что не так часто встречается именно на оперной сцене.
В ее творческой «шкатулке» партии из лучших произведений мирового уровня, но особо любимой среди них нет.
– Для меня каждая роль – любимая, – говорит Эльвира Гурьева. – Это чистая правда. Другое дело, что далеко не со всеми героинями я себя ассоциирую. В этом смысле мне ближе всех Татьяна Ларина. Она – истинная русская душа! Для понимания ее характера и поступков никакого значения не имеет национальность исполнительницы. Я – марийка, но русский дух, заключенный в способности прощать, любить людей, как Татьяна, отзывается во мне, потому что это, мне кажется, часть нашего общего российского менталитета.
Помимо оперных спектаклей, Эльвира с удовольствием участвует в концертных программах, с успехом идущих и на сцене театра, и в Доме актера. «Для меня – это еще одна возможность самовыражения», – говорит актриса.
Она невероятно трудоспособна, лидер по натуре, но называет себя «одиночкой», умеющей работать в команде. Мечтает петь, играть, творить и совсем не жалеет, что ее карьера в театре началась в 37 лет.
– Всему свое время. Жизнь никому не дано переписать. Я долго шла к цели, и слава Богу, что все сложилось именно так, как сложилось, – подытожила Эльвира Гурьева наш разговор.
Фото Евгения Никифорова и предоставлены Эльвирой Гурьевой.
Ранее «Марийская правда» писала о том, что на фестивале-конференции «Майатул» покажут легендарные постановки Василия Пектеева.
