Эти дни - стремительные стрелы -
Зазвенят роскошным опереньем,
И страда, вся бронзовая телом,
Нас насквозь пронижет напряженьем.

Ты прости, держу пока я в тайне,
Что живет в душе моей забота,
Как бы с братом старшим на комбайне
Хоть одну неделю поработать.

Чтобы пропылиться до печенок,
Чтобы от усталости свалиться!
Ты ведь знаешь, мама, это словно
Умереть и заново родиться.

Как впервые на ноги подняться,
Задержав дыханье на мгновенье,
И шагнуть, и звонко рассмеяться,
К жизни преисполнясь уваженьем.

*   *   *
Иду заросшею низиною
И над собой иронизирую:
Снялись надежды оголтелые
И растворились в небеси.
Зато листва - такая чистая,
Зато вода сверкает искрами,
И у березки на пригорочке
Прощенья можно попросить.

Я обрываю вздох нечаянный,
В глазах - ни капельки отчаянья,
Саму себя стегаю прутиком -
Сбиваю легонькую грусть.
Ах, боже мой! Живу и радуюсь,
С небес на землю больно падаю,
Встаю, ушибы потираючи,
Ходить по-новому учусь.
*   *   *
Здесь место теперь невеселое,
Стареют и чахнут сады,
В пыли на дороге проселочной
Случайны ребячьи следы.

Здесь почта бывает с оказией,
А весточку ждут старики,
И скоро лишь лужицы грязные
Останутся в русле реки.

Хватает за душу тоскливая
Незрячесть заброшенных изб,
И буйствует племя крапивное,
По склону ползущее вниз.

*   *   *
Когда во времени исчезнут очертанья
Былых сомнений и былых надежд,
И замолчат подавленно желанья,
Хоть сотни весен буйствуют окрест,

И посреди веселого цветенья
Наступит миг душой осознавать
Теченье жизни, бытия мгновенья,
Печалей человечьих благодать,

Наступит миг заметить изумленно,
Как дорог каждый уходящий день,
Листвы июньской говорок зеленый,
Неистовая белая сирень;

Понять, что сердце стало терпеливей,
Душа мудрей, трудней и круче путь,
Глаза печальней, мысли торопливей,
И строже мир, и обнаженней суть.