Строили на века
Снаружи деревянное здание музея выглядит вполне обычно, только желтая краска стен на солнце становится еще ярче, будто отдавая тепло прохожему.
А внутри напротив - молчаливая величавость высоченных потолков, сдержанность посеревшей древесины и любопытный, но холодный "взгляд" двухметровых оконных проемов.
Согласитесь, часто именно такое впечатление создает вековая мудрость. А ведь здание, где до 1981 года грызли гранит науки школяры, построили ровно сто лет назад. Умельцы из Казани возводили его по такой сложной технологии, что спустя десятилетия не каждый современный мастер сможет быстро и без проблем разобрать конструкцию.
- Заднее крыло постройки прогнило, поэтому пришлось его разбирать, - рассказывает Галина Климентьевна. - Крышу сняли, а дальше не знали, что делать. Как разбирать, с чего начинать, непонятно. Обычное сооружение уже само бы обвалилось, а это - все прогнило, но стоит. Долго голову ломали, пока наконец его разобрали. Вот такие умельцы были раньше!
 
От первых учителей
Немало из этих школьных стен вышло талантливых людей, прославивших свою малую родину: писателей, ученых, военных, священников. Педагоги других школ, где продолжали учиться ребята, окончив здесь четыре класса, не могли нарадоваться на уровень их подготовки. В добротно построенном здании получали и знания добротные - вот такой каламбур невольно родился.
Первым настоятелем построенной здесь несколькими годами раньше церкви был Н.П.Монастырский. Он же стал и первым учителем в новенькой школе, ведь в то время главным предметом считался Закон божий. Отличившимся ученикам вручали Библию в золоченом переплете. И первым, кто получил такой подарок, был Николай Беклемишев.
Позже, в 20-х годах прошлого века, Николай Николаевич вместе с супругой Ольгой Анемподистовной сам преподавал в родной школе. Среди селян об этом периоде в истории школы и о самих учителях осталась очень добрая память. В первое время им с четырьмя старшими детьми приходилось ютиться в одном из учебных классов, где для них огородили небольшой уголок за печкой. Позже недалеко от школы семья построила большой дом о шести углах, но власть посчитала его слишком роскошным, поэтому пришлось оставить четыре стены. А в 1937-м Беклемишева репрессировали и расстреляли. Такое было время.
Его супруга поднимала одна восьмерых детей, продолжая работать в школе. К счастью, она не ожесточилась, хотя многие в то время от нее отвернулись. И даже будучи уже в преклонном возрасте, она каждое 1 сентября надевала свое любимое черное платье с белыми манжетами и воротничком, садилась у окна и провожала взглядом деревенских ребят в школу, а вечером их так же встречала.
 
Народный поэт - этим все сказано
Ольга Анемподистовна была первой учительницей и народного поэта республики, лауреата Сталинской премии Николая (Миклая) Казакова, чьим именем и назван музей в Кутюк-Кинере. Так получилось, что как поэт своим землякам Николай Иванович открылся только с появлением музея. До этого его многие воспринимали приземленно - "писакой-выпивохой". Но большое, как известно, видится на расстоянии.
- На первом литературном вечере в день рождения поэта, который в музее проводится каждый год, пришла женщина, очень агрессивно настроенная, - вспоминает Галина Сошина. - Она сначала возмущалась тем, что в честь Казакова открыли музей, теперь еще и вечер проводят. Мол, кто он такой? Но осталась. Внимательно слушала воспоминания о его жизни, творчестве. Потом звучали стихи. Причем читались они настолько выразительно, проникновенно. В конце вечера женщина удивленно спросила: "И все это написал он?" Получила утвердительный ответ, и больше у нее вопросов не возникало.
В некоторых источниках пишут, что поэт родился в бедной крестьянской семье. Это, конечно, издержки советского времени. На самом деле его семья, по крайней мере, до смерти отца считалась вполне состоятельной, так вспоминают односельчане. Правда, сам отец был человеком очень суровым, особенно с Миклаем, которого называл незаконнорожденным.
Окончив семь классов, молодой человек поступил в Звениговское педучилище, но нужда заставляет его через год уехать в марийскую столицу, где он устраивается в редакцию пионерской газеты "Ямде лий". Николай Иванович вспоминал, что жить приходилось в самой редакции. На большом столе раскладывали газетные подшивки и на них спали. А в 1938 году вышел его первый поэтический сборник.
Армейская служба совпала с военными годами. В своем первом бою под Москвой Казакова тяжело ранили в ногу, и это ранение не давало ему покоя до конца дней. Поэт был трижды женат, но перед смертью остался практически один. Похоронили его на Туруновском кладбище, где долгое время за могилой никто не ухаживал.
- Надо было его в родной деревне похоронить, здесь бы мы его не оставили, - говорит сотрудница музея.
 
Копилка общей памяти
Книги, фотографии, письма, одежда и личные вещи не только Николая Казакова, а всех, кто оставил след в истории родного края, - по крупицам собирает Галина Климентьевна все это в копилку общей памяти. Старинная утварь крестьянских домов в музейном зале соседствует с портретом мальчика-вундеркинда тех далеких лет и первыми телевизорами, застрявшими где-то на рубеже старой и новой эпох. Чем дальше от нас уходит то время, тем ценнее становится каждый музейный экспонат.
Только бы сохранить все. И прежде всего, само вековое здание музея.
- Починить бы крышу и цоколь, и оно простоит еще долго, - считает Галина Сошина. - С нас всегда есть кому спрашивать, но наш самый строгий начальник - деревенский житель. Постоянно интересуются, что мы сделали за прошедший год для сохранения здания.
Еще бы, ведь односельчане так любят собираться здесь на литературные чтения, вечера памяти и встречи одноклассников. Вспоминают детство, школьные годы, первых учителей. Даже 80-летние бабушки и дедушки до сих пор помнят не только имена своих учителей, но и все их особенности, странности, любимые выражения и шутки, да что там - на таких встречах они вспоминают стихи из школьной программы и условия математических задач, которые решали, казалось бы, бесконечно давно.
А те, кто живет далеко от своей малой родины, приезжают каждый год на могилы родителей. У кого-то в селе уже и дома не осталось, поэтому собираются все после кладбища опять же в бывшей школе. Здесь, в архивах музея, находят свои детские фотографии, вспоминают, кто где сидел за партой, строгость учителей и шалости одноклассников. Вместе поплачут и посмеются и снова разлетятся по своим домам, увозя с собой частичку уже не существующего отчего дома до следующего года.
Только бы сохранить все...
 
Любопытно
В музее  хранится немало интересных писем. Одно из них, например, написано марийским поэтом Семеном Вишневским в 1944 году и адресовано писателю-баснописцу Мирону Большакову (он учился здесь же в Кутюк-Кинерской начальной школе и считал себя учеником М.Казакова). Письмо написано по-марийски. Переведем самый любопытный его отрывок: "Я сижу в блиндаже. Темно, ночь. Вспоминаю Йошкар-Олу. Это уже четвертая осень. Идет дождь, грязь. На фронте тишина. Вчера к нам приходили в гости летчики, воевавшие на стороне немцев, - солдаты и один финский офицер. Враг! Внутри меня все холодеет. Вчера еще стреляли друг в друга, а сегодня в гости ходят, угощают сигаретой. Оказывается, они такие же люди, как и мы".
 
 
(с.Кутюк-Кинер, Моркинский р-н).