"Перекресток" судеб
и языков
Некогда церковь Пресвятой Троицы стояла почти посередине  Мамсинера. Сегодня - на его окраине. Впрочем, храм, как и саму деревню, отдаленными можно назвать условно. Как говорит местный священник иерей Лев Федотов, налево пойдешь - в Кировcкую попадешь, прямо - в Татарию. С давних пор эти места являются "перекрестком", где бок о бок столетиями живут русские и марийцы, татары и удмурты. Поэтому нет ничего удивительного в том, что еще в прошлые века местным храмам рекомендовалось служить на языках народов, здесь живущих.
- И у нас это как-то само собой пошло, - рассказывает отец Лев, который сам отсюда родом. И места, и людей здешних он хорошо знает. - Родился в деревне Мари-Посенур, вырос в Карлыгане. Раньше на велике ездил на рыбалку - в Кировскую, в действующую церковь - в Ципью на границе с Татарией. А крестился в этом храме.
До сих пор с каким-то особым восхищением он вспоминает, как однажды в Пасху в возрожденной церкви певчие, а за ними и остальные верующие запели на удмуртском языке.
- Это было нечто! Весь храм "взорвался", аж душа подбрасывалась, - вспоминает батюшка, как всегда, открыто улыбаясь. - У нас же в церкви большинство удмуртов. Хотя в праздники сейчас и марийцев много. Есть и русские, и татары.
Как известно, со временем население деревень и сел компактного проживания представителей тех или иных национальностей "смешивается", и тем не менее "старожилы" составляют большинство. Поэтому неудивительно, что именно в этой части Марий Эл у православия в традиции - многоязычие. Верующие удмурты, марийцы, татары не только сохранили, но и возродили переводы молитв и песнопений.
- Еще до меня, а я пришел в этот храм в 1999 году, бабульки "Отче наш..." пели на этих языках. Откуда они взяли, не знаю, - продолжает отец Лев. - До того, как этот храм открылся, они собирались вместе и ездили в церкви Йошкар-Олы, Уржума, Ципьи. Видимо, запоминали, собирали, переписывали.
 
Батюшкины фокусы
Сам батюшка в марийских деревнях службы ведет на родном языке. В общем, старается по максимуму удовлетворить потребности в вере своих прихожан. И даже бывает в ближних деревнях соседнего Татарстана, куда его приглашают православные татары.
- Приходилось и дома освящать, и молебны служить, и отпевать, - рассказывает он. Что же, историю заново не перепишешь, в некоторых татарских деревнях, бывает, не только свои деревенские, но даже и родственники разной веры. И совместных браков немало. Православная церковь, к слову, им не противится, главное, чтобы супруги сохраняли свою веру.
- Мы здесь привыкли жить вместе. Вера для нас не является преградой, - объясняет священник. - Когда люди так долго живут бок о бок, они знают и уважают друг друга. У меня у самого есть друзья-мусульмане и язычники. И мы прекрасно общаемся. Господь говорит: относись к ближнему, как к себе самому. А ближним может быть любой человек, которому нужна твоя помощь.
И людям мы помогаем, несмотря на их верования. В большие праздники у нас стол ломится от приношений, бывает, на пол складываем. Но ничего себе не оставляем, все раздаем тем, кто плохо живет, неважно - верующие или неверующие. Как? Есть у нас такие "ответственные" люди из каждой деревни - сардаяльские, киселевские и другие, которые хорошо знают своих деревенских. Они и раздают им.
 
"Поговорить-то я люблю"...
С отцом Львом мы беседовали в небольшой трапезной, здесь же при храме. Почти все место в ней занимает стол с начищенным чайником  внушительных размеров. Вокруг него - две новенькие скамьи. Несмотря на толстые стены, церковь-то 1848 года (!), холодный ветер задувал в окно, снег, почти как дождь, стучал по стеклу. Кутаясь в пальто и отхлебывая горячий чай, который мне постоянно подливал батюшка, я настолько увлеклась разговором, что не заметила, как пролетело почти два часа.
Теперь-то я прекрасно понимаю, почему многих тянет сюда, особенно молодых людей, выросших на глазах отца Льва. Даже разъехавшись, они приезжают именно в Свято-Троицкую церковь венчаться и крестить детей, частенько звонят, спрашивают совета. И не потому, что, как он шутит над собой: "Поговорить-то я люблю". Скорее всего людей, подобно мне, увлекает беседа с умным и наблюдательным человеком, выросшим здесь же, имеющим определенный житейский опыт, но самое главное - стремящимся помочь каждому жить в мире и согласии с самим собой, семьей и окружающими.
После службы ли, крещения, причастия, венчания - как только чувствует необходимость, батюшка приглашает гостей почаевничать. За чашкой ведет разговор неторопливый, обстоятельный. И люди охотно откликаются, тем более что многие из них сами обращаются к нему за помощью в решении своих проблем: у кого-то семья на грани развала, у других дети от рук отбиваются, и так далее.
Как когда-то их бабки и деды спасались верой, так сегодня их внуки и правнуки ищут в ней опору в своей жизни. Тем более что в деревнях, в отличие от городов, православие так и не удалось искоренить подчистую. Проблема в другом.
- Зачастую люди ходят в церковь, крестят детей, а православие понимают неправильно. Кто-то считает, что достаточно поставить свечку, и проблемы решатся. Для кого-то она, как талисман, - продолжает батюшка. - А сколько суеверий!    
Чтобы развенчать их и обличить разного рода проходимцев, отцу Льву даже приходилось вспоминать школьные уроки и показывать фокусы старушкам, которые покупались на уловки заезжих мошенников, предлагавших почистить от нечистой силы их дома.
- Возьмут стакан воды, накроют листом бумаги и переворачивают, и вода не выливается. Они говорят старушке: "Вот видишь, какая нечисть у тебя дома сидит", - рассказывает батюшка. - Мы-то с вами проходили в школе про сжатый воздух, а бабки-то откуда знают?! Вот и причитают: "Ой-е-ей!".
Еще меньше знают о православии крещеные молодые люди и дети. Не зря беседы с ними отец Лев стал проводить еще до официального указания патриарха, в частности, перед крещением.
 
Жить в любви
и по совести
Частые гости здесь - выросшие деревенские ребята, которые в школьные годы занимались в секции рукопашного боя, организованной отцом Львом. Правда, одно время они "потерялись", но, вступив во взрослую жизнь, вернулись в церковь.
- И что интересно, не девчата, а большинство - парней. Из Москвы, Мурома, Йошкар-Олы привозят своих невест, и вместе мы беседуем о будущей семейной жизни, о ее подводных камнях, - рассказывает мой новый знакомый. - Мы не в раю живем, и нет идеальных семей. Перепалки, скандалы бывают, но надо не убегать от этих проблем, а их преодолевать, и в первую очередь в самом себе. Людям, особенно молодым, нужно уметь бороться со своими пристрастиями, греховными мыслями. Важно в каждом человеке пробудить нравственность, данную нам от рождения Богом.
Слушая батюшку, удивлялась, как он умеет по-житейски просто и доступно объяснять нашу жизнь: без громких слов и религиозного пафоса. И обычные в светском понимании вещи с православной точки зрения вдруг обретают иной, более разумный смысл. Нам всем - верующим и неверующим - изначально даны нравственность и совесть, любовь и свобода. Кем? Это уже зависит от мнения каждого. Но мы все стремимся жить, следуя им. Вот это, пожалуй, главное.  
 
*   *   *
Отец Лев провожал нас, выйдя на дорогу, где летом под фонарем он играет с местными мальчишками в футбол, стоит на воротах... Нет, все-таки не зря я проделала столь далекий путь в декабрьскую метель - стала богаче на еще одну незабываемую встречу.
 
(д.Мамсинер Мари-Турекского р-на).