7-8 июня того года Казанский окружной суд проводил свое заседание в Козьмодемьянске по делу купца Семена Степановича Замятнина. В нем приняли участие звезды тогдашней российской адвокатуры - Николай Петрович Шубинский и Федор Никифорович Плевако.
Замятнин был крестьянином из села Арда Козьмодемьянского уезда. Но после женитьбы на купеческой вдове Марии Алексеевне Зубковой "приписался" во временные купцы. Благодаря соединению денежных средств  - собственных и новоиспеченной жены - ему удалось значительно поправить свои дела. Построил два лесопильных завода и один паркетный. А на Набережной улице в Козьмодемьянске появилась усадьба с красивым двух-
этажным каменным домом, складами с глубокими подвалами и полукаменным флигелем. В 1899 году Семен Степанович перечисляется уже в купцы 2-й гильдии.
А что же представляла собой Мария Алексеевна Зубкова (урожденная Рябова).
Она была из состоятельной купеческой семьи города Воротынца Нижегородской губернии. Сначала вышла замуж за козьмодемьянского купеческого сына Петра Матвеевича Зубкова и родила четверых детей. Муж в возрасте 35 лет умер. И осталась Мария одна с детьми на руках. Но дела умело повела сама. Стала постоянно общаться с казанскими и нижегородскими купцами. Особенно близко познакомилась с богатым пароходчиком Устином Саввичем Курбатовым. В это время ему было 50 лет, а ей только 32. Не устоял он перед красотой и молодостью Марии, стал частенько заезжать в Козьмодемьянск. Да и она бывала в Нижнем. Там ухажер вывозил ее в театр, на различные приемы.
Роман длился четыре года. Но под венец Марию Курбатов так и не повел. И тогда в 1877 году она решила выйти замуж за Семена Замятнина, своего доверенного. Курбатов деловые связи с Замятниными не прервал, и его пароходы по-прежнему загружались у них в Козьмодемьянске дровами.
13 марта 1881 года Устин Саввич заехал к ним в гости. Посидели в гостиной за чайком, а потом хозяин Семен Степанович пригласил гостя в соседнюю комнату для конфиденциального разговора. Там он неожиданно достал пистолет и потребовал у Курбатова подписать векселя на 100 тысяч рублей в качестве оплаты за некогда близкие отношения с его женой. Замятнин рассчитывал, что Курбатов обязательно подпишет и будет молчать, опасаясь огласки своих отношений с Марией. Гость действительно подписал векселя и уехал в Нижний, где заявил прокурору о случившемся, и началось расследование.
Дело вызвало большой интерес в обществе. Судебный процесс даже освещался центральной прессой. Интересы Курбатова представлял знаменитый адвокат Плевако, а Замятниных - Шубинский, муж актрисы Ермоловой. Один из современников о них писал так: "Известность Н.П.Шубинского как присяжного поверенного была в Москве огромна. Он шел вторым номером за Плевако, причем оба друг друга терпеть не могли... До Плевако Шубинскому было далеко, но делец он был ловкий, изворотливый, говорил превосходно, владел искусством меткой иронии - вообще своей репутации первоклассного адвоката был вполне достоин. Но в то время как победоносному сопернику его Москва любовно прощала все человеческие слабости и прегрешения, Шубинскому она не извиняла ни одного ложного шага, а он был на них весьма способен и усерден".
На заседании суда Мария Алексеевна заявила, что ей эти векселя подарил Устин Саввич в то время, когда она еще не была замужем, и ежегодно их восполнял до 100 тысяч рублей. После замужества Зубкова обо всем рассказала мужу, а тот предложил Курбатову заплатить эти деньги. А он якобы заявил, что денег с собой у него нет, поэтому выписал новые векселя. Заявление самого Курбатова о том, что он подписал их под дулом пистолета, Замятнин в суде назвал ложью.
Речь Плевако была выстроена настолько своеобразно, что она даже вошла в книгу избранных его выступлений. Он заявил, что "пришел к искреннему убеждению, что подарка в 100 тысяч рублей не было, что никаких векселей не было и что 13 марта они произошли насильственно", а Замятнин решился "торговать позором своей жены".
Адвокат отверг и возможную ревность Семена Степановича, сказав: "Ревнивец не скажет жене: я за твой позор удовлетворен векселями...Он не будет ценить честь жены на деньги!".
Далее Плевако сказал: Мария Алексеевна, желая помочь мужу, говорит неправду, что ей векселя дал сам Курбатов. "И это ей нельзя ставить в вину, ибо все знают, какие муки видеть, когда пропадает близкий человек. А Курбатов денег не мог ей дать, т. к. она лучше тех женщин, которым платят деньги". Суд присяжных оправдал Замятниных, а векселя было предложено уничтожить.
Суд стал тяжелым испытанием для купеческой семьи. Когда в прессе появились статьи о нем, Семен Степанович поехал в Казань, где скупил газеты и уничтожил их. А Мария Алексеевна стала затворницей и редко выходила за ворота усадьбы. Но жизнь продолжалась. У них родились шестеро детей, которые стали вполне преуспевающими людьми и в купеческих, и в других делах.
А в городе на улице Набережной (ныне - Ленина) до сих пор стоит дом Замятниных, украшенный балконом, с которого хозяева когда-то могли полюбоваться Волгой. В последние годы здание принадлежало известной страховой фирме, но сейчас продается. Хорошо бы, если оно попало в надежные руки, способные сохранить его для истории.
 
(г.Козьмодемьянск).