Хотя на государственной службе уже пятнадцать лет, меня сейчас больше знают как руководителя Йошкар-Олинского клуба любителей бега «Айвика». Бегом увлёкся 20 лет назад, когда накануне своего 30-летия пробежал «Малый марафон «Молодежного курьера». С тех пор в этом традиционном забеге участвую ежегодно, в последние время стало интересно ездить в другие города, чтобы «марафонить» на классической 42-километровой дистанции. Результат для меня не особенно важен, скорее интересны организация бегового мероприятия, достопримечательности трассы и люди, бегущие рядом со мной.
Члены клуба «Айвика» сейчас постоянно выезжают на марафоны, и это замечательно. В клубе уже более 50 человек. Мы организуем для любителей бега свои спортивные мероприятия, помогаем администрации города проводить «Йошкар-Олинский полумарафон». В детских забегах, которые мы проводим, с удовольствием участвуют мои двое детей.
Родители у меня из служащих, но при этом люди творческие и очень любят путешествовать. Мама в молодости танцевала, теперь поет в хоре. Отец пишет стихи, ездит на поэтические фестивали. В детстве я всегда был в гуще событий культурной жизни. Мы постоянно ходили в театр, в кино, не пропускали концерты. Сейчас понимаю, что отчасти благодаря этому я и оказался в министерстве культуры. В юные годы импульс был дан такой, что мне до сих пор искренне интересна вся культурная жизнь.
Но сначала из-за любви к музыке я попал в журналистику. Однажды меня попросили написать несколько строчек о джазовом концерте. Несколько строчек не получилось, увлекся настолько, что подготовил большой добротный материал. Потом появился целый цикл статей о джазе в Марий Эл, начал писать и на другие темы.
Парадоксально, но в министерство культуры я пришел из «оппозиционной» финно-угорской газеты «Кудо-Коду». То есть сначала это был госкомитет по печати и информации. Затем его присоединили к министерству. А потом в структуре министерства появилось управление по делам архивов, где я сегодня и работаю. Что касается газеты «Кудо-Коду», на неё навесили ярлык такой, поскольку издание не являлось государственным. Фактически, это была независимая газета о финно-угорской культуре. Но время тогда было политизированное, нужно было какую-то позицию занимать. Все это не помешало мне перейти на работу в пресс-службу госкомпечати. Я не расценивал это как переход в «противоположный лагерь», и отношения с главным редактором Владимиром Козловым сохранились дружеские.
Превратившись из журналиста в пресс-службиста и сравнивая свою новую работу с настоящей журналистикой, я потом несколько лет внутренне страдал от того, что в моей работе стало меньше творчества. Каждое 13 января (День российской печати – прим. ред.) страшно переживал, что не имею права считать себя полноценным журналистом. Что я какой-то «недожурналист». Однако после перехода в министерство культуры перестал чувствовать себя «микроскопом, которым забивают гвозди».
По своему темпераменту и своей ментальности я готов к самоограничениям, связанным с государственной службой. Внешне, по крайней мере, я – неэмоциональный человек. Спокойный, аккуратный, педантичный, даже излишне, наверное. Добросовестный служака, что называется. Иногда мне даже мешает этот перфекционизм, стремление очень качественно выполнять поручаемую работу.
Предрасположенность к чиновничьей, канцелярской работе у меня тоже с детства. В школьные годы много переписывался с зарубежными школьниками, опять же благодаря родителям. У меня были целые папки с письмами и открытками из Болгарии, Германии, Канады, с Кипра, откуда-то еще. Это все скрупулезно подшивалось и хранилось. Склонность к систематизации вполне логично обернулась тем, что жизненный путь привел в стены архива.
В годы юности много рисовал, участвовал в выставках и даже иллюстрировал книги Марийского книжного издательства. Постепенно с чистой фигуративной графики перешел к мэйл-арту. Это современное направление в искусстве, предполагающее применение почтовых технологий для создания визуальных произведений. Последнее, что сделал как график – обложка и шмуцтитулы для сборника стихов Александра Коковихина «Отдайте планету поэту». Просто я, наверное, переболел уже этим. Болезнь была долгой и мучительной, ведь мнил себя серьезным художником. Моя мама же считает, что с помощью рисования я просто боролся со своими комплексами. Если художник пишет не по заказу, а по наитию, значит, отпускает то, что его мучает.
Не хотел пока говорить, но признаюсь… Начал ходить на репетиции камерного хора. Он существует в ПГТУ уже более 15 лет. Давно мечтал петь в хоре, и вот уже около месяца по вечерам два-три раза в неделю пою по нотам. После того как в этом году мне исполнилось 50 лет, я вдруг осознал, что уже не надо ничего откладывать на будущее, пора реализовывать то, о чем мечталось.
Убежден, что жить становится интереснее только после того, как усилием воли заставишь себя выйти за рамки обыденности, из зоны комфорта. Наверное, привычно и уютно приходить каждый день в одно и то же время домой, ужинать и садиться перед телевизором. Но у меня дома уже лет двадцать вообще нет телевизора. Мы с супругой решили, что телевизионная информация, вся эта реклама и пропаганда нам не нужна, она просто отнимает наше время. На самом деле жизнь дает очень много возможностей, надо только себя подпинывать, не позволяя скучать и лениться.
