В армию Сашу призвали в 1939 году сразу после учебы в Моркинском педагогическом училище. В июне 1941 года он окончил Астраханское стрелково-пулеметное училище и получил назначение в Киевский военный округ. После того последнего письма в ответ на папин запрос в конце сентября мы получили извещение о том, что лейтенант Александр Николаев пропал без вести. На второй запрос в феврале 1943 года родители получили извещение о гибели сына. Горе сковало всех нас, мама и папа долго не могли прийти в себя. Но я не верил в смерть брата. Будучи уже в это время сам на фронте, не раз размышлял, что могло случиться?
В октябре 1944 года получил письмо из г. Сквира Киевской области от незнакомой девушки: "Здравствуйте, Анатолий! Я - Лена Цымбалюк. Вы - брат Александра, поэтому пишу вам. Летом 1941 г. ваш брат в боях под Киевом был тяжело ранен и доставлен в госпиталь. Когда немцы заняли город, сердобольная санитарка увезла Саню к себе в село, тайком лечила, как могла. Потом прятали брата вашего Луцкие, порядочные советские граждане. Помогала поставить на ноги Саню и я. Понемногу стал поправляться мой "двоюродный брат", так представляли его соседям. Но немецкие полицаи выследили его, арестовали  и увезли под конвоем. Предположительно в Германию. Надеюсь, что Саня выдержит все испытания судьбы". Радость переполнила меня. Жив мой брат! Но тревога осталась. Плен - это новые страдания...
Только после окончания войны наши родители получили долгожданное письмо от старшего сына. В письме он описал свою горькую долю в плену. В начале 1942 года из оккупированной немцами Киевской области его вместе с другими военнопленными вывезли в концлагерь сначала в Германию, потом в Чехословакию, где он находился в ужасных условиях на каторжных работах. 2 мая 1945 года танкисты генерала Рыбалко, разгромив гарнизон лагеря ворвались на его территорию. После проверки Александр Николаев был зачислен в минометный полк и прослужил до ноября 1945 года.
После демобилизации он вернулся в родную деревню Дигино, грезившуюся ему в самых лучших снах семь долгих лет. Невозможно описать встречу с родителями и сестренкой - все плакали и смеялись одновременно.
Моя же встреча с братом состоялась только в мае 1946 года. На всю жизнь я запомнил, как колотилось сердце, когда шел в Весь-Шургинскую школу, где прежде мы учились с братом, а теперь он там работал учителем. С волнением и трепетом открываю дверь в учительскую, вижу брата за столом - и вот мы уже крепко сжимаем друг друга в объятиях. Вокруг нас тут же собрались учителя, аплодируют, поздравляют, у многих слезы на глазах.
Мы встретились через долгих семь лет разлуки, преодолев все преграды: тяжкие бои, ранения, колючую проволоку концлагерей и другие невзгоды.
Нашими верными помощниками были вера друг в друга, искренняя дружба, взаимное уважение. Я живу в Йошкар-Оле, мой брат - в Черкассах (Украина), но мы до сих встречаемся, несмотря на возраст и расстояние.