Мимолетное счастье
Карл и Альма Тэтэр были рижскими латышами, жившими в Ленинграде, растили двух дочек - Алиду и Людмилу. Альма умерла, когда младшей исполнилось четыре года, но какой цепкой может быть детская память! Да и как забыть огромные витрины, украшавшиеся на Новый год и Пасху? Или сверкающие елки, ставить которые большевики запретили на долгих десять лет? Неизгладимы в памяти и прогулки по Невскому проспекту и Летнему саду вместе с бонной-дамой строгой и требовательной...
Далее семья перебирается в Гжатск (Гагарин). Бонна остается в Ленинграде, а у девочек появляется новая мама - Галина, молодая, красивая женщина - со светлыми волосами и огромными голубыми глазами. Была она заядлой театралкой и модницей. За билетами на “Анну Каренину” с любимой артисткой в главной роли могла простоять всю ночь! Последние модные “штучки” всегда были на ней, например, только-только появившиеся босоножки или фельдеперсовые чулки.
Муж ее любил и баловал. Однажды даже заказал одному дипломату в Швейцарии маленькие изящные часики - большую по тем временам редкость! Провозить их через границу пришлось... за щекой. Каждый год Галина и Карл неизменно отдыхали на юге. Девочки писали им письма по разным адресам: Сочи, Ялта, Гурзуф, Батуми... Ездили только в международных вагонах, шикарно обставленных: красное дерево, зеркала, бархатные шторы. Карл Тэтэр мог себе это позволить, являясь начальником особого отдела Наркомзема. В свое время ему предлагали квартиру в знаменитом “Доме на набережной” - на улице Серафимовича, судьба жильцов которого печально известна. Но его Галочке жилье не понравилось: дом уже тогда показался мрачным...
Кремлевские звезды сквозь решетку
Статус обязывал чету Тэтэр бывать на кремлевских приемах. Много лет спустя, когда Галина Григорьевна наконец вернется в Москву, она будет рассказывать своей внучке Наташе “небылицы”: что Сталин был некрасивым, весь в оспинах, а Ворошилов - очень невоспитанным, этакий деревенский весельчак, даже прозвище имел - Колун, и как такового штурма Зимнего дворца не было... Карл Карлович, большевик с 1914 года, кстати, тоже брал Зимний, оставив себе на память об этом событии шесть маленьких рюмочек необычной формы. Две сохранились до сих пор.
“Приближался 1937 год. Ничто не предвещало беды, скорее наоборот, - пишет Людмила Карловна. - После долгих лет запрета на праздничные елки правительство разрешило проведение новогоднего праздника, и папа принес билеты в Колонный зал Дома Союзов”.
...Все лето 37-го года в доме, где жили Тэтэры, шли аресты. В последний день августа забрали и отца. Все благополучие семьи рухнуло в один момент. К чести Карла Тэтэра, он ни в чем не сознался и никого не предал. Расстреляли его в марте 1938 года. После ареста мужа Галина некоторое время скрывалась, но не могла же она не навещать девочек и двух старух - мать и тетку, живших с ними! Им, кстати, было велено “освободить помещение”, после чего они перебрались в подвал (потом уехали к родственникам). В одно из таких посещений женщина замешкалась, и ее забрали. Старшей Алиде в то время было 15, а если бы на год больше - ушла бы вместе с матерью. Девочек увезли в Даниловский детприемник.
...В тот год в честь 20-летия Октябрьской революции на башнях Кремля были установлены рубиновые звезды с мощными лампами внутри. Сестры увидели их через решетчатое окно “воронка”, увозившего их из Москвы в неведомую Чувашию.
Талант быть Учителем
Там, в Цивильском детдоме, началась другая жизнь юных москвичек. К слову, незадолго до них привезли детей из Йошкар-Олы, среди которых были Лиля Эшкинина и Владимир Янтимир. Удивительное это поколение! Как говорят дочери Алиды и Людмилы - Наталья Вениаминовна и Наталья Константиновна, - их матери никогда не жаловались на свою судьбу. Они пережили войну и другие трудности, но упорно учились, были прекрасными спортсменками и настоящими трудоголиками. Алида Карловна явно могла бы быть яркой актрисой, но стала, как и ее сестра, не менее талантливым педагогом.
И как хорошо, что судьба привела их именно в Йошкар-Олу! Алида Карловна учила малышей, Людмила Карловна - людей взрослых и серьезных - в вечерней школе. Обе были любимы и уважаемы своими учениками.
Любовь к профессии, словно по наследству, передалась их дочерям. Наталья Вениаминовна Щеглова преподает химию. Она - трижды соросовский лауреат. Наталья Константиновна Тэтэр учит детей русскому языку и литературе. Ее дочь Ирина Фроловна - тоже педагог, работает завучем в той же 28-й школе, где преподают мама и тетя. Даже брат, Александр Смирнов, журналист, трагически погибший у Белого дома, некоторое время тоже работал учителем. Алиды Карловны уже нет в живых, Людмиле Карловне -дай Бог здоровья!
Никогда не унывать!
Читатель может спросить: “А что же стало с красавицей Галиной?” После ареста ей дали восемь лет лагерей. Срок она отбыла в Караганде. Было нечеловечески тяжело, но она выжила. В одной из пересыльных тюрем встретила известную певицу Лидию Русланову, а в лагере сидела вместе с четырьмя(!) женами Тухачевского. До реабилитации Галина Григорьевна жила в маленьком провинциальном городке, работала в школе уборщицей.
В Москву вернулась постаревшей и совершенно больной. Вместо шести комнат, в которых жили когда-то Тэтэры, ей дали маленькую комнатушку. Плюс персональную пенсию и “прикрепили” к так называемой больнице старых большевиков. Ухаживала за ней внучка - Наталья Вениаминовна.
И опять же удивляет: женщина, чью жизнь в одночасье сломали, несмотря на болезни, совершенно не унывала и всегда была в хорошем настроении. Иначе в семье Тэтэр, видимо, не принято...
