- Родилась в д. Кокшамары в 1966 году.
- В 1988 году окончила Марийский пединститут (филфак).
- В 1992 году перешла в среднюю школу п. Новый.
- С 2007 года и по сей день – директор школы.
- Замужем, сын, внуки.
В детстве мы с сестрой играли только в школу. В игре чаще всего учителем была сестра, она старше на два года. Я не знаю, почему мы не играли в другие игры. Может, потому, что был пример дедушки, который работал учителем. Когда соседок на улице встречала, а жили мы в Кокшамарах Звениговского района, они всегда здоровались и говорили: «Внучка Григория Григорьевича». Мне было это приятно слышать, и я старалась соответствовать. Когда сестра пошла в подготовительный класс, с ней вместе отправили и меня, оставлять было не на кого. Так в четыре года я начала читать, что люблю делать до сих пор. Когда сама пошла в подготовительный класс, кто-то из взрослых пошутил, что в первый день надо быть пораньше, занимать парту, иначе не достанется и в школу не возьмут. Как же страшно я переживала! Прямо на линейке подошла к учительнице и поинтересовалась, сколько в наличии школьной мебели.
Со студенческих лет не люблю картошку. Началось все с того, что у нас тяжело заболела мама. Сестра на тот момент уже перешла на III курс педагогического института, а мне папа сказал, что я после школы должна работать, один он двух студенток не потянет. Я уехала в Йошкар-Олу, будто бы устраиваться на работу, а сама сдала экзамены в пединститут. Отцу сказала, что в сентябре велели выходить, а летом работы и в деревне хватит. Но такой страх во мне сидел: как же это наперекор родителям пойти? В сентябре поехала в город с твердым намерением забрать из вуза документы. Декан филфака Загайнов посмотрел мое сочинение и уговорил остаться: «Вам суждено стать языковедом». Я вернулась домой, собралась с духом и рассказала обо всем отцу. Папа ответил: «Твое дело, решай сама, но жить будешь на одну стипендию, помочь я не смогу». Не помню, чтобы учиться было тяжело, но вот картошки наелась на всю жизнь, потому что утром картошка, днем и вечером. Но главным было то, что я на первой же практике, когда вошла в класс к взрослым детям, поняла, что это мое.
В первые трудовые годы пришлось преподавать марийский, русский языки, литературу, еще и биологию, и анатомию! Я работала в Нужъяльской основной школе, она малокомплектная. В Медведевский район попала, потому что замуж вышла, а муж там жил. А через пять лет в поселке Новый освободилось место языковеда, с тех пор я здесь и работаю. Жили мы тогда в деревне Ельняги, до школы полтора километра пешком. Все деревенские ребятишки собирались и гуськом за мной на учебу шли. После уроков дожидались, когда работу закончу, и обратно также гурьбой. По дороге, помню, если наизусть было задано, стихи у детей принимаю. В школе уже только отметки в журнал ставлю. Сын у меня иногда обижался, что не разрешаю ему так стихи сдавать.
Я каждого ребенка знаю по имени, а учится у нас 255 детей. Уже и имена первоклассников всех помню. Когда в 2007 году назначали директором, отбрыкивалась долго, ссылаясь на то, что опыта маловато, но сложнее всего оказалось остаться без детей, своего класса. Все мысли, конечно, заняты работой. «Школа – это большой дом, мы семья», – даже когда линейки провожу, так говорю. Мы должны ее беречь. Я всегда думаю – это моя школа, мои дети, мои родители, мои учителя. Обстановка у нас, конечно, домашняя. Хотя мы рядом с Йошкар-Олой, все равно такое ощущение, что далеко от города. Тут все про всех знают. Мои двери открыты для любого ученика, могут ворваться иногда в соплях-слезах: «Марина Валентиновна! Товарищ директор!».
Бывало, что и ночами плакала, в первое время на директорском месте сложности были в составлении документов. Я просто порой не знала, за что браться. Знакомых среди директоров особо не было, чтобы посоветоваться. Ехала в РОНО – кто-то объяснял, кто-то отмахивался. А еще приступила к работе в тот год, когда летом в школе были украдены все компьютеры. Первые месяцы все приказы писала от руки. Сейчас у нас все хорошо, поспеваем за современностью, есть компьютерный класс, у учителей - ноутбуки. В нашей школе хороший бассейн, есть зал бокса с настоящим рингом, тренажерный и спортивный залы. Вообще мы заточены на спорт, семь детских секций у нас, и все бесплатные.
Не представляю себя на другом месте, работа возвращает мне жизнь. Был такой период шесть лет назад, когда очень тяжело заболела и девять месяцев провела на больничном. Первое время вообще потерялась, шок от диагноза, перестройка мышления, отношения к жизни, когда человек находится на грани. Благодарю своего доктора Людмилу Ивановну Гитман, которая заставила меня подумать о том, что меня на земле держит. Я обожаю свою семью, но почему-то ответила ей: «Работа». Она сказала: «Так иди». И я ежедневно стала приходить на работу. Шла очень долго, садилась на свое место ненадолго, буквально минут на 15, и тихонько возвращалась домой. Буквально через неделю я поняла, что прибавляется энергии, желания жить. В эти пятнадцать минут подходят с вопросами завучи, учителя, кто-то из родителей заглянет. Начинаешь решать какие-то вопросы, помогаешь, постепенно втягиваешься в этот круговорот и выздоравливаешь. Я не представляю своей жизни без школы. Когда проводим профориентацию в старших классах, я всегда говорю: «Выбирайте, дети, такую работу, чтобы была любимою. Если работа любима, то она приносит удовлетворение, радость, счастье. Это же замечательно - проснуться и с радостью бежать на работу».
