”Много лет назад у коллеги-журналистки родился очень больной ребенок. Она ходила по редакционным кабинетам и просила: “Пожалуйста, сдайте кровь для моего сына!”
Откликнулись многие, в том числе и я. Но поглядев на мою худосочность (49 килограммов веса!) и уровень гемоглобина, врач на станции переливания меня как донора забраковал.
Именно тогда, пожалуй, во мне родилось бесконечное уважение к людям, бескорыстно отдающим кровь для тех, кому она помогает выжить. Не ради денег (60 рублей компенсации на питание не покроют даже стоимости приличного обеда), не ради льгот (500 рублей, заменяющие их - просто курам на смех!), не ради престижа (где он - тот прежний, “советский” пиетет перед донорами?), а по какому-то внутреннему убеждению: я могу, значит, должен.
Татьяна Калмыкова,
укладчица хлебозавода №1
г.Йошкар-Олы:
- Первый раз сдала кровь в 1979 году для больной женщины с нашего завода. Приятно было сознавать, что хоть чем-то смогла ей помочь. Теперь я уже почетный донор, у меня 57 кроводач, и делиться кровью для меня - потребность души. Сын мой служил в Чечне, опасность рядом с ним ходила, и знаете - пока он там был, шла сдавать кровь с ощущением, что ему помогаю, беду от него отвожу. А вот другу его помочь не успели. Сын звонит в пятницу: “Витя в больнице без сознания, нужна кровь IV группы”. В понедельник, говорю, соберу всех, кто может сдать кровь, только б Витя дотянул. А он в воскресенье умер, не дождался.
Михаил Макаров,
крановщик:
- Семь лет назад работал в мостостроительном управлении, начальнику нашему тогда желудок оперировали, попросили сдать кровь. Вот и началось мое донорство, теперь уже 27 раз сдал кровь. Понимаю, что дело нужное, но былого уважения к донорам нет - на госпредприятии пока дают воспользоваться двумя “донорскими” выходными, а от частников такой щедрости не дождешься. Да и государство тоже сильно не раскошеливается.
Татьяна Мосунова,
дворник домоуправления №7:
- Сдаю кровь с 1973 года. Мне нравится! Весь организм обновляется. Не верите? А то, что моему старшему сыну 23 года, а младшему 3 года 7 месяцев, о чем-нибудь вам говорит? Донорство мне помогает оптимистично относиться к жизни. Кстати, у меня довольно редкая группа крови - четвертая. Всем говорю: что случится - зовите, рада буду поделиться кровью.
Зинаида Чернятьева,
пенсионерка:
- Много лет назад муж мой оказался в критическом положении - в аварию попал, потерял много крови. Вроде тогда я и в Бога не верила, а все молилась: “Господи, спаси его!” Он выжил, а я стала чувствовать, что будто должна кому-то за это отплатить. Вот и стала кровь сдавать, чтоб других она спасла.
Валерий Маклашин,
заместитель главного врача по хирургии Республиканской клинической больницы:
- Нашей больнице в год надо бы привлекать пять-шесть тысяч доноров, а удается привлечь только 3-3,5 тысячи, потому иногда из-за отсутствия крови нужной группы и необходимого резус-фактора приходится откладывать операции, ведь никогда точно не знаешь, сколько крови потребуется. К слову сказать, многие наши врачи являются почетными донорами, сдав кровь по сотне и больше раз: а где искать донора во время операции, когда пациент нуждается в крови, а ее нет? Доктор поневоле и становится донором. Неделю назад мужчине удаляли легкое и плевру из-за гангрены. Больному потребовалось при подготовке к операции перелить пол-литра крови, во время операции - литр, и в послеоперационный период еще переливали.
Мне как-то довелось оперировать мужчину, у которого были повреждены все сосуды ноги и почки. Он находился в городской больнице, и пока я из своей больницы минут 40 добирался на улицу Карла Либкнехта, больному пришлось перелить 13 литров крови! История, кстати, завершилась счастливо: ногу мы ему пришили, и через 29 дней он выписался и опять работает грузчиком. Человек живет благодаря умелым и быстрым действиям бригады “скорой помощи”, врачей горбольницы, бригады хирургов и, конечно, благодаря тем людям, которые когда-то сдали эти литры перелитой ему крови.
Пока не случилось в нашей жизни трагического события, пока не попали в беду наши близкие, чью судьбу решило переливание чужой крови, мы в полной мере, возможно, не осознаем всей важности донорства.
Медики говорят, что сегодня донорство держится на родственниках и сослуживцах больных - именно они сдают кровь по просьбе лечащих врачей.
Случается, люди приходят на станцию переливания, когда происходят техногенные катастрофы, теракты, стихийные бедствия с человеческими жертвами, или услышав объявление по радио: “Срочно требуется кровь...”
Но приметой времени в условиях сокращения числа доноров в России стала “коммерциализация” донорства: родственники попавшего в беду человека просто “покупают” донора - он сдает кровь для пострадавшего за кругленькую сумму. Мучает вопрос: а если у больного не окажется состоятельных родных, способных заплатить за “живую водицу”? Возьмет ли государство эти расходы на себя? Не дешевле ли поддерживать сегодня тех, кто сдает кровь безвозмездно? Ведь в сущности все они - альтруисты, которые многого и не просят.
Ольга БирюЧева.
