Прославление настоятеля Предтеченской церкви села Оршанка протоиерея Сергия Стрельникова, причисленного Русской православной церковью к лику святых, состоялось в понедельник в Ежово-Мироносицком монастыре. По словам родственников святого, приехавших в республику, в смерть Сергия, арестованного сотрудниками НКВД, они не верили до последнего. С “вестями от него”, якобы из мест заключения, неизвестные личности приходили даже после смерти Сталина примерно в середине
50-х годов. Хотя, как выяснилось намного позже, расстрелян он был почти сразу после ареста, в августе 1937-го.
В семье Стрельниковых было трое дочерей и один сын. Судьба разбросала их по разным уголкам Советского Союза - после ареста отца их жизнь в республике стала невыносимой. Как стало известно, наследник Сергия погиб на фронте во время Великой Отечественной войны. Дочь Сергия Галина уехала под Тулу, но вместе с матерью продолжала поиски, посылала запросы. Спустя десятилетия о.Сергия признали невиновным, а вынесенный “тройкой” НКВД приговор - незаконным. Однако вся правда о судьбе святого открылась далеко не сразу.
Место, где похоронен святой, удалось найти лишь в начале 90-х годов прошлого века, благодаря поисковой работе марийского общества “Мемориал” и помощи республиканских властей. До этого времени судьба Сергия была покрыта плотным туманом официальной и неофициальной лжи. Похоже, некоторые, зная, что родственники продолжают искать Стрельникова, пользовались их чувствами. Впрочем, как считают потомки святого, слухи о том, что Сергий жив, могли распространять и палачи священника.
- Помню, к нам неоднократно приходили незнакомые люди, - рассказывает внучка святого Алла Смирнова, - говорили, что сидели в лагере вместе с Сергеем, мол, просил передать, что жив, здоров, поседел только сильно и постарел. Говорят, что так НКВД поддерживал у родственников веру в то, что их близкие не расстреляны, а находятся в заключении. Особенно запомнился один странный и угрюмый, страшного вида человек с черной бородой, будто бы сидевший вместе с дедом. В дом мужчину привела бабушка. Родители его боялись, но дали и деньги, и одежду, оставили на ночь. Потом он ушел, и больше мы его не видели.
Наверное, это можно назвать беспечностью, но горечь потери близкого человека толкает на самые необдуманные действия, лишь бы хоть как-то, пусть через других людей, “прикоснуться” к родному человеку, узнать что-то о нем. Мама рассказывала, что Сергей был прекрасным отцом, никогда не повышал голоса. Всегда разговаривал тепло, ровно, спокойно, умел ладить со всеми. Никогда дедушка не отказывал людям, которые приходили к нему с просьбами. К тому же человек он был очень энергичный, совершено не склонный к унынию, хотя жить ему пришлось в тяжелое время.
Как рассказал нам внук Сергия Стрельникова (сын Галины Сергеевны) Сергей Смирнов, об арестованном родственнике в семье всегда помнили и часто рассказывали. Родился он в 1946 году и с пятилетнего возраста был в курсе поисков бабушки Анны Николаевны (жены Сергия) и мамы, которые после ареста деда вынуждены были покинуть марийскую землю.
- Здесь, в Оршанке и республике, их называли “дети лишенца”, - объясняет Сергей Борисович. - Они не имели права ни получить образование, ни устроиться на нормальную работу. Даже на танцах в колхозном клубе, куда они иногда приходили, всегда звучало предупреждение: ЧеСэИРы (ЧСИР - члены семей изменников Родины) - покинуть танцплощадку! Хотя ни дед, ни моя мама, ни тети не были виноваты перед Родиной ни в чем.
Когда бабушка узнала, что дед погиб (сначала представители госбезопасности сообщили, что Сергей Стрельников умер в лагере от болезни), она потеряла интерес и к Оршанке, и к жизни. В 59-м году Анна Николаевна уехала к своей старшей дочери в Чимкент и там, в возрасте 92 лет, умерла. К сожалению, о том, что ее отец, которого она безумно любила, причислен к лику святых, не узнала и моя мать - она умерла 4 года назад, наверное, так до конца и не поверив, что жизнь родного человека имела такой страшный мученический финал.
Как признался Сергей Борисович, для него самого известие о том, что дед причислен к лику святых, было совершено неожиданным и заставило изменить отношение к православию.
- Наверное, я в большей степени был агностиком, человеком, верующим в то, что есть что-то высшее, сверхъестественное. Строгих правил не придерживаюсь, хотя и крещеный, а дома у меня большой иконостас - собираю иконы, есть и XVIII-XIX веков. Жена тоже верит в Бога, а сын с невесткой даже соблюдают все посты. Но когда узнал, что церковь разыскала нас, чтобы рассказать, каким был наш дед, многое в моем отношении к религии и церкви изменилось. Пожалуй, это одна из немногих организаций, которую действительно интересуют судьбы живых и ушедших из жизни людей.
Мне уже звонили знакомые, говорили: вот тебе повезло, у тебя есть защитник, святой... Конечно, мы это очень ценим и очень горды тем, что наш дед не отказался от своей веры, до конца остался верен людям и Богу, принял мученическую смерть и за это прославлен церковью. Но сами мы к его духовному подвигу рук не приложили, и нашей заслуги в этом нет. Мы просто внуки человека, причисленного к лику святых.
После Ежово-Мироносицкого монастыря родственники святого и представители марийского православного духовенства побывали у братской могилы на Мендурском полигоне смерти, где похоронен Сергий. О судьбах репрессированных, о том, какие пытки им пришлось вынести перед смертью, рассказал председатель марийского правозащитного общества “Мемориал” Николай Аракчеев.
P.S. По стопам святого из известных “МП” потомков Сергия Стрельникова не пошел никто. Сергей Борисович - предприниматель, директор фирмы в Ростове-на-Дону. Алла Борисовна отдала жизнь лесной промышленности, живет в Москве. Елена Борисовна - санитарный фельдшер областной тульской санэпидстанции, ее сын Виктор трудится в отделе снабжения тульской строительной фирмы.
Василий ЗОЛОТОВ.
(Марий Эл).
