Знакомство с подопечными Веры Андреевны началось еще на лестничной клетке старой блочной пятиэтажки: между оконными рамами, свернувшись клубочком, сладко спала кошечка - довольно замурзанная, явно не домашняя. Тем не менее ложе ее было выстлано мягкими тряпками, а
рядом стояла плошка с едой.
- Да вот подбросили, - объяснила Вера
Андреевна. - Кормлю.
- Домой не возьмете? - поинтересовалась я и, как выяснилось, “наступила на самую
больную мозоль”.
- Эх, была б моя воля, я б и сотню кошек пригрела, - сокрушенно покачала головой хозяйка. - Да мы с мамой живем, она животных не жалует, и пятерых-то едва терпит. А я в прошлой жизни была, наверное, кошкой.
В молодости у Веры Андреевны было четыре страсти: книги, посуда, золото и кошки. Воспитывалась она у бабушки в деревне Княжна, и когда та, продав молоко, давала внучке денежку, Вера покупала книжку и просила почитать соседа - инвалида войны дядю Васю, пока сама не научилась читать.
И по сию пору книгам в доме отведено почетное место, как и красивой посуде, хотя нового ничего не покупается. К золоту страсть тоже давно прошла, и теперь ее единственной страстью остаются кошки. Не те - вальяжные породистые красавицы, а сирые, убогие, бездомные, до которых никому нет дела.
Бывали времена - в доме обитало до десятка кошек. Вначале она давала им имена - Соня, Алиса, Леся, Сима. А потом все животные стали “Мусики” и “Васики” в зависимости от пола. В самом деле - важна ж не кличка, не какие-то там сантименты и умиление, а кормежка да лечение.
Тех, кому требуется помощь, она берет в дом - отмывает, выводит глистов, клещей и блох, везет на консультацию к ветеринару, лечит и выхаживает, иногда - стерилизует, а порой и усыпляет (как, скажем, прожить ничейной кошке с выколотыми глазами?).
Если кошка здоровая и взять ее к себе нет возможности, Вера Андреевна кормит страдалицу на улице. Она может ехать на троллейбусе, увидеть из окна кошку на автобусной остановке, определить по виду ее неприкаянность и вернуться на ту остановку с едой для животного. И не важно, что сама обитает в Гомзове, а кошка бродяжничает в Сомбатхее - будет ездить в дальний район и кормить, будет пытаться пристроить животное.
Правда, взрослых четвероногих народ берет неохотно, с котятами проще: в сумку - и на рынок. Нет, не продавать, а дарить хорошим людям. Непременно телефон свой запишет новым хозяевам и убедительно попросит: если не подойдет котенок - не выбрасывайте, а позвоните, я заберу обратно.
Не все одобряют “кошачий маразм” (это сын так однажды выразился) Веры Андреевны. Многим соседским бабкам ее кошки - словно кость в горле: гадят, дескать, нечего их приваживать.
- А я им спуску не даю! - смеется хозяйка. - Двуногие “животные” больше моих кошек гадят. Откуда у старух такая злость? О душе думать надо, а не кошек гонять. Одна девка меня побила однажды. Прихожу на стройку кормить бездомную кошечку, а эта дура, прости Господи, в кошкину баночку написала. Я ей высказала, а она мне - в глаз.
На свою трехтысячную пенсию Вера Андреевна кормит кошек вкусно и сытно, им даже деликатес в виде “Фрискаса” перепадает, а также то, что каждая кошечка особенно любит: одна - курагу, другая - свежие огурцы, третья - изюм, четвертая - свежую картошку.
Много лет назад она подобрала на помойке тощую кошку. Принесла домой, накормила, а к вечеру выпустила на улицу. Ночью ее разбудило громкое мяуканье. Открыв дверь, Вера Андреевна увидела у порога ту самую кошку и трех маленьких котят - деток. Следующей ночью кошка притащила еще одного своего котенка.
Всех малышей удалось удачно устроить в добрые руки, но кошку Вера Андреевна оставить дома не могла - так складывались обстоятельства. И она отдала ее в машину, разъезжавшую по городу и собиравшую бродячих животных. До сих пор не может себе простить, хотя за свои 67 лет спасла от смерти уже столько кошек, что грех наверняка давно простился. Впрочем, она об этом и не думает - просто не может пройти мимо голодной больной кошки, у которой нет главного - любящего хозяина.
Ольга БИРЮЧЕВА.
