За самый первый в его жизни бой в 43-м под Смоленском фельдшеру Виктору Казакову, вынесшему три десятка раненых, вручили орден Красной Звезды.
В 1942 году Виктор Казаков закончил Санчурскую фельдшерско-акушерскую школу и вернулся в свою деревню Юж-Озерный Оршанского района ждать повестку на фронт.
Пятого января 43-го года повестку молодому пареньку вручили, но, когда он прибыл еще с двумя фельдшерами в Оршанский военкомат, военком их огорошил:
- Отправляйтесь обратно, ждите другой повестки.
- Да ведь мы уже со всеми распрощались! - начал возражать Виктор. - Как теперь возвращаться?
- Не рассуждайте! Сейчас набрали команду на Дальний Восток, а вам там делать нечего, вы поедете на запад, на фронт.
Вторая повестка пришла 12 апреля, и Казакова, которому не исполнилось еще и 18 лет, отправили в Горьковскую область, в школу санинструкторов. Удивился, конечно: “Чему меня, фельдшера, будут здесь учить?” Ему объяснили: “Пройдете строевую подготовку. Если в бою командира ранят или убьют, вы возьмете командование на себя”.
Через четыре месяца Казаков уже был в Смоленской области на Западном фронте. Прибыл в кавалерийский полк. В штабе полка состоялся разговор:
- Направляетесь во второй эскадрон санинструктором.
- Но я же фельдшер!
- Очень хорошо, что фельдшер, значит, сможете лучше оказать помощь раненым. Там санинструктора убили, заменить его некем. Старший лейтенант Трегубов - командир первого эскадрона, направляется туда, пойдете с ним.
До передовой - километра полтора, место открытое, светло. Немцы видят в бинокль, как идут Трегубов с Казаковым, стреляют. Когда миновали треть пути, старший лейтенант скомандовал:
- А теперь по-пластунски! Иначе ухлопают, не дойдем!
Так и ползли на брюхе километр до передовой.
Зашел Казаков в блиндаж, доложил командиру эскадрона о прибытии. Тот окинул новичка взглядом и кивнул головой:
- Нейтральную полосу видишь? Там человек 30 наших раненых. Надо их вытащить. Опасно, конечно, до немцев метров 300...
Часа в три пополудни Казаков отправился на нейтралку. Добравшись до места, не смог сдержать эмоций: “О-ей!” - живые и мертвые солдаты лежали, как снопы, через два-три метра друг от друга.
Первым, кому оказал помощь, был полковой писарь с серьезным ранением в живот. И еще один солдат запомнился: Казаков хотел его дотащить до ямы, поднялся с ним почти во весь рост, а тут немец выстрелил в раненого, добив его. Одного за другим вытаскивал Казаков бойцов в безопасное место, перевязывал. И, странное дело, совсем не чувствовал страха, целиком полагаясь на судьбу: убьют, так убьют, пролетит пуля мимо, значит, еще поживем. А немцы за санинструктором охотились - пули свистели рядышком.
Когда стемнело, на помощь Виктору пришли санитары. Так постепенно на двух повозках вывезли раненых в санчасть, вытащили и убитых.
Через месяц, когда часть после кровопролитных боев вывели на пополнение, Виктору Казакову вручили орден Красной Звезды - за тот самый первый бой в первый день на передовой.
Еще полгода служил санинструктором, а потом начальник санитарной службы дивизии майор Сычев “повысил” его до старшего фельдшера кавалерийского полка. После Смоленска было еще много страшных боев. Его смерть обошла стороной. Вручили медаль “За отвагу” и орден Отечественной войны.
А 7 мая 1945 года в Чехословакии Казакова ранило - какой-то шальной осколок попал в левый глаз, и он на четыре месяца “загремел” в госпиталь.
После войны Виктор Емельянович Казаков устроился помощником эпидемиолога в Оршанскую санэпидстанцию, но проработал там недолго. В июле 49-го его вызвали в райком партии и предложили:
- Поезжай учиться в юридическую школу.
- Так у меня же есть одно среднее специальное образование!
- Ну и что. Ты пока холостой, семья тебя не держит - знай учись! Нам очень надо кого-то направить, а кандидатуру подобрать не можем. Соглашайся!
Вот так Казаков сменил профессию. Два года учился в Казани, вернулся, женился на умнице и красавице Аннушке из соседней деревни, потом работал адвокатом в Еласовском районе, адвокатом и следователем в Сотнуре, следователем в Морках. В 1960 году его избрали судьей, и с того времени 21 год и 4 месяца Виктор Емельянович находился на этой каверзной (по его выражению) работе, где всем хорош никогда не будешь - одна из сторон процесса всегда останется недовольна приговором.
Пять лет назад он потерял ногу - “проделки” сахарного диабета, передвигается сейчас на костылях. Немножко хуже стал слух, но память хранит многое, и среди прочих событий - во всех подробностях тот бой, за который он получил высокую награду.
Ольга БирюЧева.
