Не­дав­но я по­лу­чил из­вес­тие, что хо­зяй­ки кор­до­на Клав­дии Ни­ко­ла­ев­ны Ба­би­ко­вой - ба­бы Кла­вы - не ста­ло. Сра­зу за­хо­те­лось уз­нать, как те­перь, без нее, уп­рав­ля­ет­ся Алек­сандр Фе­до­ро­вич. При сво­ей жиз­ни ба­ба Кла­ва шу­ти­ла, что в мо­ло­дос­ти “об­ма­ну­ла” Са­шу, как она на­зы­ва­ла му­жа, ски­нув се­бе це­лых пять лет (на столь­ко бы­ла стар­ше его). Са­ма ба­ба Кла­ва ро­ди­лась и вы­рос­ла на дру­гом кор­до­не, на ма­лень­кой реч­ке Ок­не по пра­во­му бе­ре­гу Вет­лу­ги. В го­лод­ное пос­ле­во­ен­ное вре­мя сы­той жиз­ни лес­ных ро­бин­зо­нов за­ви­до­ва­ли мно­гие. У ве­се­лой и кра­си­вой Кла­вы же­ни­хов из близ­ле­жа­щих де­ре­вень бы­ло хоть от­бав­ляй. Но выб­ра­ла она Са­шу.
На Вы­жум­с­кий кор­дон семья Ба­би­ко­вых пе­ре­е­ха­ла в 1973 го­ду. Тог­даш­ний ди­рек­тор Ко­зи­ков­с­ко­го ле­со­ком­би­на­та А.Лап­тев из нес­коль­ких пре­тен­ден­тов выб­рал имен­но Алек­сан­д­ра Фе­до­ро­ви­ча. Кор­дон имел стра­те­ги­чес­кое зна­че­ние: Вы­жум не за­мер­за­ет да­же в су­ро­вые зим­ние мо­ро­зы, а мост, де­ре­вян­ные сваи ко­то­ро­го до сих пор тор­чат из реч­ки, на­хо­дил­ся ря­дом с жиль­ем лес­ни­ка.
Ме­ня­лись наз­ва­ния лес­ных ве­домств и пред­п­ри­я­тий, в ко­то­рых слу­жил лес­ник Ба­би­ков, ме­ня­лись и их на­чаль­ни­ки. Теп­ло от­зы­ва­ет­ся Алек­сандр Фе­до­ро­вич о ди­рек­то­рах А.Лап­те­ве и В.Гра­на­то­ве, лес­ни­чем Лю­бо­ви Ка­за­ко­вой. Ред­ко про­ез­жа­ли они ми­мо кор­до­на, не по­ин­те­ре­со­вав­шись его жиз­нью, не спро­сив, чем мо­гут по­мочь. Нес­коль­ко раз по­бы­вал в гос­тях у Ба­би­ко­вых ви­це-пре­зи­дент рес­пуб­ли­ки Вик­тор Га­лав­те­ев. Бо­лее то­го, од­наж­ды ле­том при­вез он зна­ко­мых по служ­бе мос­к­ви­чей - му­жа и же­ну. Име­ни­тые гос­ти яви­лись с по­дар­ком - га­зо­вой пли­той и бал­ло­ном к ней. Од­на­ко гри­бы су­ши­ли в боль­шой рус­ской пе­чи, ко­то­рая дол­гое вре­мя сто­я­ла на лет­ней кух­не.
Сей­час, пос­ле смер­ти ба­бы Кла­вы, Алек­сандр Фе­до­ро­вич сох­ра­нил боль­шое до­маш­нее хо­зяй­с­т­во: кро­ме ко­ро­вы и те­лен­ка, дер­жит сви­ней, овец, гу­сей, уток, кур. На па­се­ке ос­та­лось че­ты­ре семьи пчел.
Я вспо­ми­наю: ког­да сни­мал­ся те­ле­фильм о жиз­ни кор­до­на, Алек­сандр Фе­до­ро­вич со сле­за­ми на гла­зах рас­ска­зы­вал, что по дру­гую сто­ро­ну ав­тот­рас­сы бра­конь­е­ры зас­т­ре­ли­ли их ко­ро­ву. Раз­де­лать до­бы­чу они не ус­пе­ли - ви­ди­мо, кто-то по­ме­шал. Че­рез нес­коль­ко дней ту­шу ко­ро­вы об­на­ру­жи­ли гриб­ни­ки и со­об­щи­ли хо­зя­е­вам.
До­маш­нее ста­до кор­до­на па­сет­ся са­мос­то­я­тель­но. Я об­ра­тил вни­ма­ние на ко­ро­ву, ко­то­рую Алек­сандр Фе­до­ро­вич дер­жит се­год­ня. Чем-то (воз­мож­но, ос­т­рым нас­то­ро­жен­ным взгля­дом) она на­по­ми­на­ет ло­ся. Ов­цы и, ес­тес­т­вен­но, те­ле­нок всег­да дер­жат­ся око­ло нее. Алек­сандр Фе­до­ро­вич рас­ска­зал, что ко­ро­ва и дру­гая жив­ность нуж­ны не толь­ко ра­ди мо­ло­ка и мя­са: бед­ные пес­ча­ные лес­ные поч­вы тре­бу­ют еже­год­ной до­бав­ки ор­га­ни­ки.
В сол­неч­ный ок­тяб­рь­с­кий день по­вел ме­ня Алек­сандр Фе­до­ро­вич на лу­га, где он пос­та­вил с по­мощ­ни­ка­ми че­ты­ре сто­га се­на. Вдоль до­ро­ги ва­ля­лись вер­ши­ны круп­ных со­сен с не­об­руб­лен­ны­ми сучь­я­ми. За­ме­тив мой не­до­у­мен­ный взгляд,  объ­яс­нил, что это ре­зуль­тат на­бе­га “чер­ных ле­со­ру­бов”. Ря­дом про­хо­дит ав­тот­рас­са. Но, ког­да ма­ши­на за­ез­жа­ет в лес, осо­бен­но ночью, нель­зя это­го не ус­лы­шать. А ког­да на зем­лю па­да­ет ствол круп­но­го де­ре­ва, сод­ро­га­ет­ся вся ок­ру­га. Вот и в пос­лед­ний раз, под­с­чи­тав про се­бя, сколь­ко де­ревь­ев по­ва­ли­ли бра­конь­е­ры, не вы­дер­жал, взял ружье и на крыль­це выс­т­ре­лил два ра­за в воз­дух. На боль­шее не ре­шил­ся.
На лу­гах, где за­го­тав­ли­ва­ет се­но, Алек­сандр Фе­до­ро­вич по­ка­зал на бе­ре­гах Вы­жу­ма плас­ты го­лу­бой гли­ны. По его сло­вам, она об­ла­да­ет про­ве­рен­ны­ми ле­чеб­ны­ми ка­чес­т­ва­ми. В этот свой при­езд поп­ро­бо­вал я на вкус и вы­жум­с­ко­го ель­ца, ко­то­рый, как из­вес­т­но, во­дит­ся в чис­той во­де.
Алек­сан­д­ру Фе­до­ро­ви­чу толь­ко что ис­пол­ни­лось 77 лет. Он, как и преж­де, бодр, ве­сел, лю­бит по­шу­тить над со­бой. Уже два го­да, как пе­ре­е­ха­ла к не­му на жи­тель­с­т­во стар­шая дочь Ра­и­са, у ко­то­рой в Юр­ки­не сго­рел дом. Жи­вет на кор­до­не и млад­ший сын Ра­и­сы Алек­сандр, наз­ван­ный в честь де­да. Час­то по­мо­га­ет по хо­зяй­с­т­ву и дру­гая дочь - Ва­лен­ти­на. Об­ща­ясь с Алек­сан­д­ром Фе­до­ро­ви­чем, я по­чув­с­т­во­вал вдруг, как ос­т­ро не хва­та­ет это­му лес­но­му тру­же­ни­ку ве­се­лой пе­вуньи ба­бы Кла­вы, быв­шей хо­зяй­ки все­го лес­но­го ук­ла­да...