Дорога в деревню Мертвое поле – это просто испытание на прочность. Не успевает колесо выскочить из одной здоровой ямы, как сразу же попадает в другую – привет от лесовозов. Поэтому здесь никто не ездит, кроме охотников и лесорубов, да еще вот мой спутник Владимир Ильич Фоминых, но это особая история.
Тайна Мертвого поля
Он – коренной уроженец этой исчезнувшей с лица земли деревеньки с интригующим названием и последний хранитель ее памяти. Каких только легенд не существует вокруг названия Мертвого поля – что в древности здесь было сражение то ли с монголо-татарами, то ли царских солдат с пугачевцами. Сколько тут правды, сказать не берусь, но при распашке полей действительно находили оружие и человеческие кости.
– Сам был свидетелем такой находки, и дома у нас хранилось старинное копье с длинным древком, – подтверждает Владимир Ильич. – Эти легенды манят сюда искателей кладов.
Едем, кругом деревья. И вдруг Владимир Ильич говорит: вот тут начиналось Мертвое поле. Ни за что бы не догадался, потому что сейчас уже ничего не напоминает, что когда-то здесь жили люди, на месте бывших ободвориц стоит взрослый лес – последние жители ушли отсюда почти 60 лет назад. И никаких примет человеческих жилищ.
Электричества не дождались
– Справная была деревня, крепкая, – вспоминает Фоминых. – Свой колхоз «Сосновая роща», фермы, заливные луга, производство дегтя – кругом лес, грех не заниматься, все без исключения держали пчельники. Жили неплохо, правда, после войны осталось много вдов-солдаток. 24 мужика полегли тогда на чужой земле. Те, кто вернулся, заводили большие семьи – в каждой по шесть-семь детишек. Кругом поля, сеяли больше рожь, гречу, лен. Дороги хорошие, неизбитые, я пацаном, коль три копейки завелись, бегал в Куженер – там стоял автомат с газировкой.
Стал народ разъезжаться. Володя Фоминых ушел из деревни в большую жизнь прямо из девятого класса, говорит, не по душе мне тогда была учеба. Стал шахтером в городе Губаха далекого Пермского края.
– Жили там в основном ссыльные, много амнистированных власовцев, – вспоминает Владимир Ильич. – Запомнились мощеные камнем дороги – их строили военнопленные немцы. Тут встретил девушку, женился.
Притяжение родины
С нормальным жильем для молодой семьи дела не складывались и поехал Фоминых в поисках лучшей доли. Занесло его в Набережные Челны, где начиналось строительство автозавода КамАЗ. Определили его по кузнечной части. Долгие командировки на различные заводы – набирались опыта. Дали место в общежитии, жене тоже, но в другой общаге. Впрочем, долго мыкаться не пришлось, жилья тогда строили много, и семья получила свою квартиру.
Потом четверть века работал на Северах, ну и, наконец, пенсия, возвращение в Йошкар-Олу. Совсем без дела Владимир Ильич не сидел – купил «Газель», подрабатывал на грузоперевозках.
– Как-то решил навестить родную деревню, где не был без малого 60 лет, – говорит ветеран. Все, конечно, сильно изменилось, заросло, где лесом, где бурьяном. Но память у меня хорошая, по приметам нашел место родительского дома, яму, где у нас был погреб – ледник. И с той поры стало меня тянуть туда, хотя далеко и накладно. Специально для бездорожья «Ниву» купил.
Дубовая локация
Решил Владимир Ильич обозначить местоположение деревни, чтобы совсем не потерялась она в густом лесу – надумал посадить там дубовую аллею.
– У нас возле гаражей в Йошкар-Оле росло множество молоденьких самосевных дубков, – рассказывает Фоминых. – Накопаю их в ведра и везу на Мертвое поле. Сажу, поливаю. Бурьян выкашивал, но недавно триммер сломался.
Больше всего вреда доставляют лоси, которые обгрызают верхушки саженцев.
Противостояние человека с лесными великанами закончилось тем, что ветеран огородил жердями всю территорию посадок, а это уже очень приличная территория. Сколько тут точно дубков, он не знает, подсчет не ведет, но никак не меньше полутора сотен. Сажал больше, но не все прижились.
– С поливом много хлопот, воды на Мертвом поле нет, приходится в канистрах возить ее с пруда, купил для этого помпу, – рассказывает Владимир Ильич. – Испробовал разные системы полива, например, устанавливал баки с водой на специальные помосты. Многие меня не понимают, говорят ерундой занимаешься, зачем тебе эти хлопоты, а для меня это как долг перед родной землей.
жизнь с чистого листа
В конце концов, устал Владимир Ильич мотаться из Йошкар-Олы в Мертвое поле за сто с лишним километров по два раза в неделю. Решил осесть поближе к малой родине. В возрасте 75 лет(!) начал строиться в деревне Визимка. Сначала жил в вагончике, сейчас завершает строительство небольшого домика. Завел огород, теплички, пасеку, сеет медоносы, в планах пробурить скважину, ну и приглядывает за дубовой рощей. Городская квартира практически пустует.
– Я теперь постоянно здесь, – говорит ветеран. –Получается, вернулся на родину.
Ранее мы рассказывали, как молодежь Марий Эл хочет сохранить прошлое для будущего.
Фото Дмитрия Шахтарина.
