9 июля. Жила два дня практически на одной воде. Съела полпачки творога и тем самым, видимо, спровоцировала приступ. Вызвала "скорую помощь", меня увезли в хирургическое отделение горбольницы. Врачи осмотрели, опять сказали, что живот мягкий. Взяли на анализ кровь и мочу. Оказалось, что повышенное содержание лейкоцитов. Оставили в стационаре. Назначили голодание. Ничего не ела, только пила воду.
11 июля. Врач Овик Володяевич на обходе сказал, что меня выписывают, аппендицита нет. При чем здесь аппендицит, если у меня все болит? Просила перевести меня в гастроотделение, чтобы обследовать и выяснить, что же все-таки у меня болит, но врач объяснил: у них нет основания переводить, поскольку нет диагноза. На мой вопрос, что же мне делать, доктор посоветовал идти в поликлинику к участковому терапевту. Больничный закрыли.
12 июля. Пошла на прием к врачу в поликлинику № 2. Там посмотрели результаты анализов, вызвали "скорую" и отправили меня в приемный покой хирургического корпуса Республиканской клинической больницы. Посмотрели хирурги, сказали, что резать меня еще рано, сделали обезболивающие уколы и посоветовали ложиться в гастроотделение горбольницы. Я спросила, примут ли меня туда, если я сейчас поеду. Врач ответил, что маловероятно. Забрала бумаги, пошла домой, потому что чувствовала себя очень плохо. Мало того, что самочувствие было ужасным, так еще я оказалась "прогульщицей" - полдня провела в поликлинике и в больнице, в результате в стационар не взяли, больничного нет. Чуть отлежалась, пошла снова в поликлинику. Там выдали больничный, выписали антибиотики, направили на анализы.
13 июля. Сдала анализы, прошла другие обследования. После приема антибиотика мне стало очень плохо - кишки как будто все переворачивались, боли ужасные. Видимо, так проявил себя гастрит. Больше таблетки пить не стала.
16 июля вечером начался приступ, который не снимался ничем. Что болит конкретно - не знаю. Промучилась до пяти часов утра.
17 июля. Пошла на прием к врачу в поликлинику. Провела там несколько часов - всюду очереди. Снова взяли анализы, сказали, что плохие, вызвали "скорую" и в 14 часов отвезли меня в приемный покой медсанчасти № 1. Там меня осмотрел врач, опять взяли анализы, снова сказали, что они плохие, и в 17 часов отправили на машине в приемный покой хирургического отделения Республиканской больницы. К тому времени боли усилились, я еле высидела два с лишним часа в ожидании дежурного врача. Наконец в половине девятого вечера появился тот же врач Поляков, который осматривал меня в первый раз 12 июля. Он снова осмотрел, снова сказал, что живот мягкий и резать не будут, и порекомендовал возвратиться в медсанчасть № 1. Ну почему же мне с моим "мягким животом" так плохо? Когда, наконец, хоть кто-то поставит мне диагноз и начнет лечить?! В десятом часу вечера я потащилась с сумками в медсанчасть, причем пришлось обходить кругом, потому что ворота госпиталя уже закрыли (через его территорию короче путь). В десять часов вечера меня наконец-то положили в гастроэнтерологическое отделение медсанчасти и начали лечить. Насколько я поняла, диагноз мне поставили "острый панкреатит". Говорят, это опасное заболевание, и лечить его надо срочно. Что же я столько мучилась? До сих пор не могу понять: или мне столько врачей больше недели не в силах поставить правильный диагноз, или сейчас у медиков такое сплошное равнодушие к страданиям больных?
Галина Щеголева.
(г.Йошкар-Ола).
