Наш разговор эта 59-летняя женщина начала с теплого рассказа о своей матери, которая вырастила шестерых дочерей и двоих сыновей. Восемь детей в течение тридцати лет подряд один за другим учились в местной школе. Их мама была неизменным членом родительского комитета. Потому, когда речь зашла о судьбе самой Галины Андреевны, удивляться ее рассказу не пришлось. Она попросту оказалась достойной дочерью своей матери в самом хорошем смысле этого слова.
Поначалу у Галины складывалось все замечательно. Вышла замуж, родила, как и хотелось мужу, сына-первенца. Но через год на свет появилась дочка-инвалид. Девочке поставили неутешительный диагноз - детский церебральный паралич. До восьми лет Танечка не ходила вообще. Ее отец выдержал жизнь в семье с нездоровым ребенком только три года. Про это расставание Галина Андреевна предпочитает не вспоминать, тридцать лет прошло, а рана не заживает.
- Тогда Толику было четыре года, - говорит женщина. - А я не оставляла надежду поставить на ноги свою дочку. Мы по полгода жили с ней в Ленинграде. Танечку лечили в детском институте травматологии и ортопедии, а я тем временем была рядом и добывала себе средства на пропитание и проживание, не отказываясь от любой, даже самой непрестижной работы. В том числе и санитаркой, и нянечкой подрабатывала...
Когда Тане подошла пора учиться, благодаря маминой заботе и бесконечным физическим занятиям она уже могла передвигаться. Правда, не без помощи. Галина Андреевна успевала в перерывах между работой на местном заводе увозить дочку в школу и ставить на "школьную" пару костылей. А потом привозила обратно домой, где ее тоже ждали деревянные помощники для ходьбы.
- Надо отдать должное силе воли самой Татьяны, - уверена мама. - Дочка никогда не пыталась воспользоваться поблажками из-за своего недуга, не чуралась сверстников, не просила, чтобы ее обучали на дому. А потом появилась возможность отправить дочку в Казань, в специализированный интернат. Я согласилась, но, расставшись с нею, места себе не находила. Те несколько лет были для меня настоящей пыткой. Способ забыться все же нашла: начала заниматься с местными ребятишками рукоделием.
После окончания школы Таня вместе с мамой отважились учиться в Марийском государственном университете на очном отделении. И снова удалось. Потом были занятия пауэрлифтингом в одном йошкар-олинском клубе (куда Татьяна приезжала уже из Суслонгера) и победы в спортивных соревнованиях вместе с республиканской командой. Не так давно, правда, этот вид спорта пришлось оставить из-за дороговизны абонемента после смены собственника спортзала.
- Ничего, мы с мамой не отчаиваемся, - весело поддержала разговор Татьяна. - Я все равно никогда не оставлю свои упражнения, благодаря которым давно не нуждаюсь в инвалидной коляске. Кто бы поверил, что я до восьми лет не ходила. Спасибо моей мамочке!
Ирина Москвина.
(Звениговский р-н).
Поначалу у Галины складывалось все замечательно. Вышла замуж, родила, как и хотелось мужу, сына-первенца. Но через год на свет появилась дочка-инвалид. Девочке поставили неутешительный диагноз - детский церебральный паралич. До восьми лет Танечка не ходила вообще. Ее отец выдержал жизнь в семье с нездоровым ребенком только три года. Про это расставание Галина Андреевна предпочитает не вспоминать, тридцать лет прошло, а рана не заживает.
- Тогда Толику было четыре года, - говорит женщина. - А я не оставляла надежду поставить на ноги свою дочку. Мы по полгода жили с ней в Ленинграде. Танечку лечили в детском институте травматологии и ортопедии, а я тем временем была рядом и добывала себе средства на пропитание и проживание, не отказываясь от любой, даже самой непрестижной работы. В том числе и санитаркой, и нянечкой подрабатывала...
Когда Тане подошла пора учиться, благодаря маминой заботе и бесконечным физическим занятиям она уже могла передвигаться. Правда, не без помощи. Галина Андреевна успевала в перерывах между работой на местном заводе увозить дочку в школу и ставить на "школьную" пару костылей. А потом привозила обратно домой, где ее тоже ждали деревянные помощники для ходьбы.
- Надо отдать должное силе воли самой Татьяны, - уверена мама. - Дочка никогда не пыталась воспользоваться поблажками из-за своего недуга, не чуралась сверстников, не просила, чтобы ее обучали на дому. А потом появилась возможность отправить дочку в Казань, в специализированный интернат. Я согласилась, но, расставшись с нею, места себе не находила. Те несколько лет были для меня настоящей пыткой. Способ забыться все же нашла: начала заниматься с местными ребятишками рукоделием.
После окончания школы Таня вместе с мамой отважились учиться в Марийском государственном университете на очном отделении. И снова удалось. Потом были занятия пауэрлифтингом в одном йошкар-олинском клубе (куда Татьяна приезжала уже из Суслонгера) и победы в спортивных соревнованиях вместе с республиканской командой. Не так давно, правда, этот вид спорта пришлось оставить из-за дороговизны абонемента после смены собственника спортзала.
- Ничего, мы с мамой не отчаиваемся, - весело поддержала разговор Татьяна. - Я все равно никогда не оставлю свои упражнения, благодаря которым давно не нуждаюсь в инвалидной коляске. Кто бы поверил, что я до восьми лет не ходила. Спасибо моей мамочке!
Ирина Москвина.
(Звениговский р-н).
