Город под обстрелом
Да не проблема! Главное, что теперь они в безопасности, считает йошкаролинка Елена Николаева. Еще зимой она начала уговаривать родных в Луганске вывезти в безопасное место хотя бы детей. Но и тогда, и сегодня они, как и многие горожане, считали, что все вот-вот образуется. И в их родной город вернется мирная жизнь.
- Сначала мы еще как обычно выходили с дочкой гулять на детскую площадку в парк, там у нее любимые качели и горка, - рассказывает Инна. - Но однажды началась военная тревога. Завыла сирена. Под звуки летящих бомбардировщиков все мамочки с детьми побежали по домам. Было очень страшно.
Потом им не раз приходилось прятаться в подвале своего частного дома. С весны самолеты стали летать чаще.
- Но в нашем микрорайоне было еще более-менее спокойно было. И сейчас, мама рассказывает, что пока обходится без взрывов поблизости, но вот на окраинах и ближе к центру... - продолжает молодая женщина.
- Я своими глазами видел, как город обстреливают. Страх пришел, когда на окраинах стали взрываться и дымиться дома, - добавляет ее муж Дмитрий и честно признается, - на работу еду и думаю, только бы вернуться домой живым.
Нет, даже в самых страшных снах наши бабушки и дедушки, пережившие Великую Отечественную войну, не могли предполагать, что почти через 70 лет после Победы их внукам и правнукам вновь придется вздрагивать от воя сирен, прятаться от бомб в подвалах и погребах, бежать из родных мест, спасая детей! Тем более верится в это с трудом, когда военные действия идут в отдельно взятом регионе. А совсем рядом, в нескольких часах езды, идет обычная нормальная жизнь, люди спокойно работают, по вечерам встречаются дома, ходят друг к другу в гости, планируют отпуска.
Самые смелые бабушки
Возможно, когда-нибудь историки разберутся во всех перипетиях нынешнего украинского конфликта, назовут виновных. Но вряд ли будет легче от этого тем, кто уже сегодня теряет близких, впопыхах налегке бежит из дома, только бы уберечь от гибели своих любимых.
- Большинство моих подруг уже тоже уехали, - рассказывает Инна. - В основном в Россию, хотя кто-то в Киев перебрался. Главное, подальше от боевых действий. Как люди держатся? Все по-разному. Я, вообще-то, очень эмоциональная, но во время стрельбы и налетов старалась не паниковать. Со мной же были дочка, родители. А что можно сделать, паникуя? Мне тоже было страшно, но старалась всех успокоить. Родителей жалко, в их-то возрасте переживать такие сильные потрясения... И родители мужа тоже сейчас в Луганске.
Как правило, остаются в городе те, кому некуда уезжать, или если не на кого оставить дом, хозяйство.
- Тетка мне рассказывала (мы по скайпу каждый день общаемся), как только в городе узнают, что семья выехала, все — от дома ничего не остается. Не спасают ни двери, ни замки, - вступает в разговор Елена.
- И магазины грабят, особенно ювелирные, - подтверждает Инна. - И с себя люди сами все ценное поснимали, тоже из боязни. Сумки вырывают из рук даже днем. Страшно.
Но при всем при этом горожане держатся. Работают детские сады и общественный транспорт. Правда, многие госучреждения закрыты, и магазины на замке.
- Продукты где покупаем? На рынке. Ой, у нас бабушки такие молодцы! Хоть и обстреливают, они все равно едут из районов в город торговать. На автобусах кое-как добираются. Жить-то надо, - продолжает Инна. - Люди хотят мирной жизни.
«Мы для них — нелюди!»
Обычное желание, согласитесь, сегодня приобретает особый смысл. Не зря в народе говорят: что имеем — не храним, потерявши — плачем. Многие жители Луганска сегодня стараются сохранить хотя бы то, что имеют. Именно поэтому предпочитают молчать, не высказывая своих взглядов на события в стране.
- Чтобы ни с кем не поссориться и не нажить себе врагов, - поясняет молодая женщина. - У всех разные мнения. Немало и тех, кто против России настроен, они считают, что и самолеты, и бомбежки — все с подачи России происходит. Некоторые тех, кто уехал в Россию, называют москалями. И, вообще, многие уже перессорились между собой — и друзья, и родственники.
Слишком уж противоречива информация, которая сегодня обрушилась на население. В Луганске работают все украинские телеканалы и один российский - «Россия-24». «Мы сами путались, кто с кем и кто на кого нападает», - признается моя собеседница.
- Я думаю, украинские войска пытаются просто зачистить, поубивать мирных жителей Донбасса, Донецка, Луганска, - более категоричен ее муж Дмитрий. - Идет настоящая зачистка территории: напугать, разогнать, поубивать. Мы для них — нелюди.
Но именно это свое мнение он также предпочитает держать при себе. Супруги настоятельно попросили не называть их фамилию и напрочь отказались фотографироваться — чтобы не навредить родным, которые остались в Луганске.
Кстати, сам Дмитрий рвется туда каждый день — там у него остался бизнес, который он начинал с нуля. И теперь, конечно, не хочет потерять все одним махом. Молодой мужчина и до этого долго не поддавался на уговоры жены и родственников уехать из города. Согласился съездить на десять дней на море, чтобы переждать. Но обратно они уже не вернулись. И родные, и друзья в один голос убеждали, возвращаться не следует. Дмитрий и Инна еще попытались остановиться в Ростове. В это же время сюда, спасая своих двоих детей, добралась и его сестра. Но найти пристанище и временное жилье они так и не смогли — город переполнен беженцами.
Тогда-то и было принято решение принять приглашение родных из Йошкар-Олы, куда супруги приехали вместе со старшим племянником, мама которого вынуждена была вернуться в Луганск, а потом уехать вглубь Украины.
И все же тянет домой
Сегодня они постоянно общаются с родственниками, оставшимися в Луганске и Украине. Их упорно уговаривают не возвращаться — не дай Бог, в армию «загремят», в Украине сегодня, говорят, мобилизация, под ружье ставят всех мужчин до 60 лет.
- С какими надеждами и перспективами приехали сюда? Честно говоря, все перспективы остались в Украине, где у меня свое производство, - рассказывает Дмитрий. - А здесь я пока не понимаю, кем могу быть. Документов, кроме паспортов, у нас с собой нет... Но я все умею делать: водить машину, грузить мешки, класть кладку, шлакоблоки - у меня руки есть. Но мы тут проконсультировались, на работу меня никто официально не трудоустроит. Хотя неофициально, уверен, смогу и здесь у вас заработать хорошие деньги на проживание и питание своей семьи. Но, конечно, есть большое желание вернуться. Там у нас дом, работа, родные... Некоторые из друзей, которые остались в Луганске, области, говорят, что пока живут, но сидят на чемоданах, кто-то планирует вообще уезжать из Украины. Хотя российское гражданство нам никто не обещает.
* * *
Мы еще долго беседовали на кухне обычной йошкар-олинской пятиэтажки, где, не отходя от мамы, шестилетняя девочка спокойно играла с кошкой. Она знает, что домой пока нельзя, так как там стреляют. Что это такое на самом деле, она, к счастью, еще не понимает. Возможно, когда вырастет, папа с мамой расскажут ей, как ехали до границы, стояли в длиннющей очереди, а «добрые дяди» пропускали побыстрее, без досмотра, машины с детьми, в одной из которых была и она — их дочка. Ради ее жизни родители бросили дом, работу и... У этой истории, я уверена, обязательно будет счастливое продолжение. Потому что когда-то же наконец политики должны одуматься и вернуть людям их право на мирную жизнь.
