Вообще, как журналист я всегда иронично улыбаюсь, встретив в материале коллег какую-либо избитую фразу. Но сейчас, сама просто не могу этим не «согрешить», поскольку моя сегодняшняя героиня, действительно, женщина из русского селенья, способная «и коня на скаку остановить, и в горящую избу войти». Начнем с того, что среди членов 23 добровольных пожарных команд и 968 дружин республики сложно встретить женщину. А чтобы она еще и руководила мужским коллективом добровольцев… Такого, по словам людей знающих, нет вообще больше нигде.
- Вообще-то я работаю в сельской администрации военным инструктором, - охотно разговорилась молодая женщина. - Мне частенько односельчане звонят, когда что-то в деревне происходит. Вот и тогда, в 2010 году, когда Марий Эл полыхала все лето, мне позвонила женщина-пастух и сообщила по телефону, что из леса, что неподалеку от села, дым поднимается. Мимо нашего дома в это время как раз пятиместный уазик ехал. Заскочила я в него, а по дороге мы с водителем еще 11 человек собрали с лопатами и ведрами. По пути народ обзвонили по телефону, все на помощь сбежались. Справились тогда с возгоранием быстро. С тех пор народ, не сговариваясь, принял решение, что доверить командование добровольцами следует мне. А я не отказалась в память о своем отце Александре, его нет с нами уже больше 12 лет, но всю жизнь он работал огнеборцем. Глава у нас тогда в отпуске была. А я по телевизору увидела примеры, как по России в деревнях и селах, расположенных среди лесов, люди организовали круглосуточные дежурства. Вот и мы с нашим председателем собрания депутатов пошли по деревне. Встретились с жителями, объяснили, как действовать в случае беды, а через два дня вокруг и загорелось – пригодились наши беседы.
Помимо потомственных корней, помогающих Марине руководить борьбой с огнем, есть у нее и профессиональные организаторские способности – в свое время окончила университет в Чувашии по специальности «менеджмент организации».
- В деревне у нас около тысячи человек живет, примерно восемьсот дворов, - продолжает моя собеседница. - Если тот злосчастный десятый год вспоминать, можно сказать, вся деревня на защиту от огня встала. Рядом с нами везде тогда горело: и Сидельниково, и Уржумка…Те, кто и до этого был членом ДПК, ни днем, ни ночью с поста не уходили. Помню в августе горело совсем рядом - на болоте. Тогда вся деревня стала добровольной пожарной командой. Пожар переходил уже в верховой, но мы его сбить сумели, не допустили до жилых домов. Люди прибежали с вениками и лопатами, это бы, конечно, делу не помогло. Зато очень выручила пожарная машина, которую удалось сохранить в целости силами населения и местной администрации после банкротства местного колхоза. Жители много лет ежегодно собирали по 100 рублей с каждого хозяйства на ее содержание и обслуживание.
После горячего лета десятого года Марина уже не ушла из добровольцев. Сегодня у нее четверо детей - старшему сынишке 11 лет, младшей дочке полтора годика. Ее добровольные подчиненные редко тревожат женщину по ночам, говорят, сами все опытные. Обычно дежурит один водитель, а члены команды, так удачно вышло, в основном живут рядом с частью. Поэтому на сборы уходит минимальное количество времени.
- А вот моя главная забота, чтобы у ребят пожарная машина всегда была на ходу – исправна и заправлена, - поясняет командир. – Хотя, я редко дома могу усидеть, обязательно вскакиваю в любую темную ночь следом за мужем на пожар, он то у меня тоже из нашей команды. За детишками всегда готова присмотреть соседка, за что спасибо ей огромное! Кстати, в семи населенных пунктах сельского поселения у нас есть по мотопомпе. Кокшамарская стоит у нас во дворе, в случае пожара мы подсоединяем ее к собственному уазику и выезжаем. Могу и сама за его руль сесть. Главное, подоспеть на помощь людям вовремя.
