Остались самые крепкие
Сегодня о взрыве на атомной станции в некогда тихом украинском городке - Чернобыле мы обычно вспоминаем в памятный день и накануне. В остальное время о страшной техногенной катастрофе, разделившей историю человечества - до и после взрыва, когда считавшийся мирным атом вышел из-под контроля людей, нам напоминают редкие памятники, установленные в честь погибших и умерших ликвидаторов, или новые техногенные трагедии. Да еще нередко звучащее в иностранных фильмах слово "Чернобыль", обычно усиливающее трагичность сюжета. А может быть, это не так уж и плохо?
В бурные 90-е годы ликвидаторы аварии и жители пострадавших районов, впрочем, как и многие другие - шахтеры, пенсионеры, "афганцы", заставляли российское правительство обратить на себя внимание различными акциями. И мы разделяли их требования о достойной жизни, которую они заслужили своим мирным или ратным трудом.
- Тогда больше половины наших чернобыльцев прошли через суды, - вспоминает сегодня руководитель республиканской общественной организации Союз "Чернобыль" России Рудольф Костромитинов. - Больных вопросов было много. Мы добивались индексации выплат, предоставления жилья ликвидаторам, семьям умерших.
"Помоги моей жене, когда я умру. Больше некому", - нередко обращались к нему те, кто когда-то без раздумий подчинился приказу и изо дня в день разбирал завалы после взрыва, смывал радиационную "грязь" с каждой пяди земли, каждого сантиметра зданий самой станции и близлежащих сел и деревень. Оттуда они все вернулись с дозами облучения и без надежды на выздоровление. Кто-то "сломался". Признаемся честно, на наших глазах многие мужчины спивались и раньше отпущенного им срока уходили из жизни.
- Бывало, что по 28 человек умирали за год. Так что сегодня остались только более-менее крепкие или получившие меньшие дозы, - продолжает Рудольф Игоревич. - Пожалуй, можно смело сказать, что нам повезло. Сегодня надо признать: все меры социальной поддержки чернобыльцев, предусмотренные федеральным законодательством, государство полностью выполняет.
Жизнь подкидывает новые задачки
Что же, после "монетизации" льгот 2005 года, когда изменился сам принцип оказания поддержки отдельным категориям льготников, прошло почти восемь лет. За это время "утряслись" многие спорные вопросы. Но жизнь есть жизнь, и часто проблемы возникают там, где казалось бы их не должно быть.
Сегодня для большинства чернобыльцев, особенно инвалидов, вновь обострилась проблема с лекарствами. - Если раньше те, кто не отказался от соцпакета, получали бесплатно все необходимые хорошие медикаменты, как правило, импортного производства, то сегодня нам часто предлагают их отечественные аналоги. А они, к сожалению, менее эффективны. Поэтому многие вынуждены покупать жизненно необходимые лекарства на свои деньги, - рассказывает Рудольф Костромитинов. - К счастью, этой проблемы нет в стационаре ветеранов войн.
Изменились и возможности санаторно-курортного лечения чернобыльцев. Если раньше они могли отдыхать каждый год или получать компенсацию за неиспользованную путевку, то теперь, как все, примерно раз в три года. Впрочем, по соцпакету бесплатные путевки получают все, кто хочет.
- В последнее время у нас возникла проблема с постановкой в очередь на жилье, - продолжает председатель республиканской общественной организации Союза "Чернобыль". - Недавно из 23 остававшихся очередников местные власти оставили только пятерых, остальных исключили.
Суть проблемы в том, что в соответствии с действующим законодательством в очередь на улучшение жилищных условий должны ставить только малоимущих жителей республики. Но мало кто из чернобыльцев, получающих дополнительные выплаты, которые в первую очередь они тратят на поддержание собственного здоровья, подходят под эту категорию. Да им это и не нужно, потому что по "чернобыльскому" закону они имеют право на дополнительные квадратные метры, если имеющиеся у них меньше нормативной площади. Кстати, и Жилищный кодекс определяет, что нуждающимися могут быть как малоимущие, так и те, кто относится к определенной федеральным законом категории. Но местные власти трактуют эти положения по-своему, даже несмотря на результаты прокурорской проверки, поддержавшей чернобыльцев.
- Теперь мы снова будем обращаться в суд, - говорит Рудольф Костромитинов. - Надеюсь, мы выиграем его, как и многие другие.
Что же, справедливость должна в конце концов восторжествовать. Но неужели ценой здоровья людей, которым и без того дорог каждый день на этом свете?
Рудольф КОСТРОМИТИНОВ,
руководитель республиканской общественной организации
Союз "Чернобыль" России:
- Об этом страшно вспоминать даже сегодня. Знаете, как наши солдаты разбирали радиоактивные завалы? Полностью одетые в тяжелые свинцовые одежды, они укрывались за такой же защитной стеной и по очереди выбегали на участок, чтобы только один раз взмахнуть лопатой и сбросить содержимое с крыши. И - назад!
У меня был приятель, полковник Коля Степанов. Молодой здоровяк. Когда в октябре 1986 года ждали приезда Горбачева, то решили, что необходим флаг на трубе взорвавшегося энергоблока: мол, у нас все хорошо, мы работаем. А труба заражена страшно! Приказать никому не могли, требовались добровольцы. Коля вызвался поднять флаг. Его полностью свинцом укрыли, как могли. Он водрузил флаг. А через три месяца умер. Ему дали тогда премию 1000 рублей, наградили посмертно орденом Мужества. Но человека-то не вернешь...
СПРАВКА “МП”
- в ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС с апреля 1986 г. по декабрь 1990 г. участвовали: из СССР - 800 тысяч человек, из Российской Федерации - 250 тысяч человек, из Марий Эл - 1064 человека.
- Сегодня здравствуют: в Российской Федерации - около 200 тысяч ликвидаторов, из них инвалиды - 47 тысяч человек, в Марий Эл - 583 ликвидатора, из них инвалиды - 268 человек.
