Журналист Павел Булгаков говорил про него так:
 "Рабочая лошадка, таких в команде больше не было. Сам искал борьбу и лез в нее бесстрашно"...

"Он закончил играть  в 35 лет, что по меркам своего времени, когда провожать из футбола было принято сразу после тридцати, считалось фактом если не выдающимся, то явно нерядовым. Мог бы, пожалуй, продолжать и дальше: кондиции сохранил отличные, - но это стало бы явлением совсем уж вызывающим. Чтобы играть в Советском Союзе до сорока, надо было быть Львом Яшиным.

Удивительное дело: осталось впечатление, что он не доиграл. Наверное, потому, что его лучшие годы начались как раз после тридцати. Он остепенился, успокоился, избавился от чрезмерной горячности, нередко подводившей его по молодости. Нашел свое место на поле. И стал абсолютным авторитетом для партнеров, которые в игре доверяли ему безоговорочно...

Остался в истории один матч, сыгранный 28 августа 1976 года. Тогда на "Дружбе" удалось невероятным образом перевернуть матч против ставропольского "Динамо", лидера зонального турнира. После первого тайма йошкаролинцы проигрывали 0:3. Хоть вскоре после перерыва один мяч удалось отыграть, игра принципиально не изменилась: фаворит уверенно вел дело к победе. И когда все присутствовавшие на стадионе готовы были поверить, что ничего уже не изменится, слово взял Ильин. Его могучий удар не просто второй раз прошил редуты лидера - он поднял партнеров на штурм. В результате "Дружба" одержала феерическую победу со счетом 4:3, навсегда вошедшую в золотой фонд марийского футбола.

В том же 1976-м, последнем для него в качестве игрока, Ильин отметился в воротах Рината Дасаева, начинавшего свой путь в рядах "Волгаря".

Впрочем, свой главный гол Ильин забил намного раньше, 28 октября 1967 года. Это была третья игра знаменитой махачкалинской пульки, где решалась судьба путевки в класс "А". К перерыву счет не был открыт, и в раздевалке Дмитрий Смирнов сделал Ильину какое-то замечание. Тренерские слова показались игроку обидными, он вспыхнул и отказался выходить на второй тайм. "Спартак" ушел на поле вдесятером. Оставшись в раздевалке один, полузащитник остыл, понял, что погорячился. Через пару минут он уже вернулся в игру. Причем с такой страстью, что соперник тут же дрогнул: после прострела Ильина защитник срезал мяч в свои ворота. Выйдя вперед, "Спартак" словно скинул оковы. В итоге Ильин забил второй гол, йошкаролинцы выиграли 3:0 и продолжили свой теперь уже легендарный поход в класс "А"...

Да, его игра частенько зависела от настроения. Коренной йошкаролинец, он был патриотом в лучшем смысле этого слова. В 1969-м, когда условия в коллективе пытались диктовать "самарские", однажды даже был удален с поля за удар партнера. Вспыльчивость удивительным образом уживалась в нем со скромностью, трудолюбием и редкостным игровым вкусом.“
(Из очерков Андрея Колесникова).