В 80-е годы прошлого столетия заработала тогда еще советско-эфиопская биологическая экспедиция Академии наук. Существует она и поныне, и вот уже 10 лет в ней принимает участие доцент кафедры зоологии МарГУ Ираида ВОРОБЬЕВА, которая поделилась с журналистом общими впечатлениями от экзотической страны Эфиопии и результатами проводимых там работ.
Улочки эфиопские…
Отношения России с Эфиопией сложились достаточно давно и всегда были очень дружескими. Тем более что эта страна считается единственной традиционно христианской на африканском континенте, и вплоть до начала ХХ века в вопросах, скажем, образования здесь доминировала Эфиопская православная церковь.
Добрые дипломатические традиции в советский период дополнило то, что наши вузы всегда охотно принимали эфиопских студентов, отчего в этой африканской стране среди местных жителей теперь нередко можно встретить говорящих по-русски. Есть даже улицы, связанные с Россией, например, Казачья, которая, правда, сегодня официально переименована на местный лад, но в народе так и осталось прежнее название. Другая особенность - торговые лавочки, которые почему-то зовутся «русскими братьями», хотя товары в них совершенно не нашего производства, но русскоговорящих там обслужат с большой любовью.
Тефово-эвкалиптовый рай
Главная составляющая эфиопской экономики – сельское хозяйство. В процентах, по данным «Википедии», это 85% работающих, 44% ВВП и 62% экспорта страны. Но при этом сельское хозяйство в Эфиопии, как указывает тот же источник, - «низкоприбыльное потребительское». Судите сами, мелкие фермеры и крестьяне до сих пор обрабатывают землю с помощью мотыг, кирки и волов в качестве тягловой силы.
В угоду сельскому хозяйству в Эфиопии нещадно вырубаются традиционные подокарповые и можжевеловые леса. Можжевельник к тому же отличное топливо, а в благодатном тропическом климате он представляет собой не привычные нам кустики, а целые деревья-исполины. Леса еще в XVIII-XIX веках занимали половину территории страны, но сегодня ландшафт ее разительно изменился, и на месте джунглей теперь повсюду застилают кругозор перепаханные или засеянные поля.
Выращивают в Эфиопии в основном пшеницу, кукурузу, бобовые (арахис), кофе, хлопок и сахарный тростник. А около трети всей пашни занимает тэф – национальный злак, богатый железом. Традиционные лепешки из тэфа – инджира – часто во время приема пищи заменяют столовые приборы и тарелки.
В последнее время на месте уничтожаемых ценных лесных культур в Эфиопии, как и во многих африканских странах, также появляется эвкалипт. Он растет невероятно быстро: к концу первого года высота дерева достигает полутора-двух метров, еще через три оно вырастает до 10 метров и так далее. Используют эвкалипт в качестве строительного материала, для производства различных жердей, шпал и даже как топливо, хотя в последнем он значительно уступает тому же можжевельнику.
Есть идея!
Как уже отмечалось, первые исследования наших ученых в Эфиопии начались еще в 80-е советские годы: велись научные изыскания флоры и фауны, археологии и палеонтологии страны. В 90-е годы этот процесс прервал государственный переворот и последовавшие за ним события. И только когда революционные отголоски утихли, экспедиция возобновилась.
С 2004 года в этих исследованиях принимает участие доцент МарГУ, кандидат биологических наук Ираида Воробьева, специализирующаяся на беспозвоночных (то есть моллюски, черви, насекомые и им подобные). Вместе с сотрудниками Института проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН Ираида Геннадьевна сначала изучала естественные экосистемы и влияние на них человека (в узких рамках почвенной зоологии). Например, та же вырубка лесов приводит не только к изменению ландшафта, но и уменьшению популяции животных.
Но вскоре возникло и другое направление исследований. О том, что каждое брошенное в землю семечко любит «хорошо поесть», известно и далеким от садово-огородной «науки». Известно это и эфиопам, только вот лишних быров (быр – национальная валюта) на минеральные удобрения у местных крестьян, как правило, нет, а другие, менее затратные, способы питания почвы в силу необразованности или чего-нибудь еще ими не применяются.
Так у наших ученых появилась идея внедрения в местных хозяйствах вермикультуры, то есть червей, которые могут перерабатывать различные отходы в компост. А отходов в Эфиопии более чем достаточно, например, без дела пропадают целые гурты кофейной шелухи. Базой для эксперимента стала станция по защите растений, которую в свое время построили советские ученые, в Амбо, небольшом городе в 120 километрах к западу от столицы Аддис-Абебы.
«Червивая» ферма
Сюда для размножения из России привезли калифорнийских червей, ближайших родственников дождевых. Конечно, в Эфиопии есть и свои черви, но относящиеся к другому семейству и совсем не приспособленные для вермикультуры. В качестве субстрата для выращивания брали ослиный навоз, самый доступный, так как ослики есть практически в каждом хозяйстве.
Когда на «червивой» ферме образовалось достаточно компоста, его стали вносить на поля, смотреть и сравнивать, какая культура даст хороший урожай: выращенная без подпитки, с использованием минеральных удобрений или с применением компостирования. Лучшие результаты, как и следовало ожидать, получились в последних двух случаях. Очевидно и то, что наши червячки помогут эфиопским фермерам не только повысить урожайность на полях, но и снизить расходы, а там, глядишь, и накопить на какой-нибудь более современный сельскохозяйственный инвентарь.
Теперь после успеха в Амбо работа по программе вермикомпостирования продолжится на севере страны, в городе Дэбрэ-Бырхан, расположенном в тех же 120 километрах, но к северо-востоку от столицы. Там относительно недавно открылся новый университет, который претендует на то, чтобы стать одним из ведущих в стране.
(Продолжение следует).
