Александра Колесникова в Арде очень уважают: человек мастеровой и безотказный. Соседи и знакомые убеждены: нет такого дела, которое бы в его руках не спорилось. Может быть, это умение у него от отца, мастерившего в молодости лодки и обучавшего ремеслу троих своих сыновей.

В свое время Александр окончил училище в Чебоксарах и работал в Козьмодемьянске на заводе “Копир” слесарем-инструментальщиком. Но однажды сестра Капа привезла с собой подружку Нину из Арды - погостить да помочь родителям окучить картошку. Нина, видать, так запала парню в душу, что он с легкостью поменял город на село: эта скромная учительница немецкого языка и стала его судьбой.
- Соседи как-то купили санки, я на них взглянул - некрасивые! - улыбается Александр Константинович. - Может, думаю, у меня лучше получится? А сам не только никогда санок не делал, но и не знал толком, с чего начинать.
- Ой, первые-то санки и у тебя были не больно хороши! - вступает в разговор жена Нина Николаевна.
- Но я же их усовершенствовал, - убеждает мастер. - Когда вторые сделал, соседи и знакомые стали просить: и нам сделай. Я вначале в бане работал. А там так парко! Это ж целый день надо дерево парить, чтобы его согнуть. Так и баню недолго испортить. Стал думать, как быть.
- Ночей не спал, - говорит Нина Николаевна. - Все конструкцию обмозговывал. Он у нас знаете какой? Все делает медленно, толково. Поторопишь его, а он в ответ: “Я делаю только один раз”. Вот уж правда - один раз и сразу качественно.
- Ну, в общем, придумал я заварить трубу, - Александр Константинович кивает на сооружение у заборчика. - Теперь парю дерево в этой трубе под открытым небом. Удобная штука получилась. Дальше задумался, как полозья гнуть. Вначале к дереву привязывал - видите, у забора растет? Потом сварганил специальное приспособление. Опять стало удобнее. А заказчиков все прибывает: увидят кого-нибудь на рынке с моими санками и спрашивают: где такие взяли? И - прямиком ко мне: уважь, сделай! Кому с рынка мешки с мукой или сахаром возить, кому - воду в баню, кому - дрова, кому - детишек. Мне уж теперь записывать приходится - иначе очередность забываю.
- А вы погладьте-ка саночки, - просит Нина Николаевна. - Чувствуете, как гладенько? Он аккуратно все шкурит, никто никогда руки не занозит.
- За материалом на острова ездим с одним мужиком, - в глазах у Александра Константиновича прыгают лукавые чертики. - Я как приеду, к липе подойду и начинаю с ней разговаривать: мол, хороша ли ты для саночек, можно ли тебя взять с собой, ну и разные другие слова. Мужик удивляется. Теперь, как увидимся, он смеется: “Айда, свожу на остров с липой поговорить!”. А как же без разговора, без внимательного осмотра - дерево нужно выбрать без единого сучка, иначе попробуй его согнуть!
“Правильное” дерево заготовить - главная забота. Но на своем горбу не потащишь, а с транспортом проблема - угнали в прошлом году у Колесникова его мотоцикл “ИЖ”. Сегодня у него осталось дуба - всего на двое санок. Правда, еще полозья на трое санок сохнут. Осенью, говорит, уже поедут эти саночки. Но очередь желающих их приобрести точно не убавится - появляются все новые заказчики.
Кстати, за свои замечательные изделия Александр Константинович берет с заказчиков просто смешную цену. Не для денег, говорит, стараюсь - ради интереса и чтобы время занять. Но уж до чего цена низка, даже сами заказчики признаются: дешево! За магазинные железные санки берут 1000 рублей, а он за свои долговечные и половину брать стесняется - нет, говорит, у народа денег.
Есть у мастера мысль съездить к другому умельцу в Куженерский район. “Марийская правда” писала как-то про него. Колесников снимки рассмотрел и пришел к выводу, что тот делает санки совсем по-другому. Вот, мечтает, и обменяемся опытом: я-то сам до всего доходил, учебников не изучал, ремеслу ни у кого не учился.
- Сейчас нам стали еще и приносить на реставрацию старые сани, - говорит Нина Николаевна. - Вон у стеночки стоят - чувствуется, давным-давно сделаны, поломались.
- А что, тоже интересное занятие, - отзывается мастер. - Все лучше, чем бездельничать.
- Да вы еще вот сюда взгляните, - говорит Нина Николаевна. - Видите, какие он “царапки” сделал? В магазине они продаются с короткими черешками, а бабушкам сорняки полоть внаклонку тяжело. Вот он и смастерил “царапки” с длинным черешком, соседок-старушек обрадовал. Да что говорить - все он умеет. Знаете, как его моя мама любила? За сына считала. Он к ней в деревню приедет, так бабушке и говорить не надо, что ему делать - сам все знает. А тут и соседки уж мчатся - одной чайник починить, другой - плитку. Что правда, то правда - повезло мне с мужем.
Александр Константинович давно на инвалидности - два инфаркта перенес. Но по всему видать - для его усталого сердца нужен не столько покой, сколько особое “лекарство” - искренняя благодарность людей, которым он делает добро.