Фарфоровые изделия, найденные поисковиками из отряда «Воскресение» возле уничтоженной фашистами деревни Гайтолово Ленинградской области, вызвали немало вопросов. Как пара хрупких, крошечных чашек могла оказаться в засыпанном землей блиндаже – там, где стояли насмерть защитники города на Неве?
Ключом к разгадке стала информация, которой поделился йошкаролинец Илья Данилов – внук лейтенанта, погибшего под Ленинградом в августе 1941-го.
Мал артефакт, да дорог
На счету СПО «Воскресение», созданного в 2013 году на базе историко-филологичекого факультета МарГУ, десятки экспедиций в разные регионы страны. За это время бойцы отряда под руководством Петра Бусыгина подняли из раскопов и с воинскими почестями предали земле более трехсот красноармейцев. Из небытия возвращены имена защитников Отечества, которые долгое время считались пропавшими без вести. Узнать о судьбах и фронтовом быте этих солдат помогают предметы, обнаруженные на месте былых сражений – кружки, котелки, стреляные гильзы, ложки, фрагменты оружия и обмундирования.
Прошлой осенью во время экспедиции в урочище Гайтолово Ленинградской области наши поисковики обнаружили загадочные артефакты – две миниатюрные чашки, которые изначально сочли за кофейные. Загвоздка заключалась в том, что чашечки были слишком малы для предметов настоящего кофейного сервиза.
Единственной подсказкой для бойцов поискового отряда стало заводское клеймо на дне изделий – «Красный фарфорист». Выяснили, что до 1921 года предприятие носило другое название – «Грузинская фарфорово-фаянсовая фабрика». Сначала предположили, что у найденных чашек южное происхождение. Углубившись в тему, установили подлинное место и время изготовления посуды – поселок Краснофарфорный, распложенный в 12 километрах от города Чудово Новгородской области, 1930-е годы.
Оказалось, крошечные чашечки были когда-то частью детского игрушечного набора. Но как они попали в зону боевых действий, и какое у них было предназначение на войне? Вопросов накопилось больше чем ответов. О таинственной находке рассказали в одной из радиопередач, а на следующий день в редакцию «Марийской правды» обратился местный житель Илья Данилов. Наш читатель поделился важной информацией о судьбе работников фарфорового завода и тех изделий, которые оказались вместе с бойцами на фронте.
В память о доме родном
– Корнями я из поселка имени Коминтерна Чудовского района Новгородской области, – рассказывает Илья Игоревич. – Многие жители ближайших населенных пунктов трудились на предприятии «Красный фарфорист», основанном в 1898 году в местечке Батановка близ села Грузино. Никакого отношения к солнечной Грузии оно не имеет: название происходит от слова «груз» или «грузить», поскольку здесь жили рыбаки и находилась переправа через реку Волхов. До национализации фабрику называли Грузинской, с ударением на первый слог, а ее продукция обрела мировую известность, как грузинский фарфор.
Йошкаролинец пояснил, что в рабочем поселке имени Коминтерна вырос его отец Игорь Николаевич, которому довелось пережить ужасы войны. А на фарфорово-фаянсовом заводе трудилась бабушка по отцовской линии Антонина Ивановна.
– Бабушка Тоня рассказывала, что сельчане дарили уходившим на фронт мужьям, отцам и братьям миниатюрные фарфоровые чашечки местного производства, – вспоминает Илья Данилов. – Получил такой подарок и мой дедушка по отцовской линии Николай, который отправился защищать Ленинград. Это был не просто сувенир, а память о малой родине, доме и близких людях – о том, чего так не хватает на войне.
Летом 1941-го Чудовский район, откуда родом отец йошкаролинца, стал театром ожесточенных боевых действий. Отборные части вермахта были брошены на захват райцентра и села Грузино. Противник стремился во что бы то ни стало перерезать железнодорожную линию Ленинград – Москва и расчистить путь для дальнейшего наступления на Тихвин и Волховстрой. На этих рубежах стойко сражались многие жители Новгородских земель, входивших ранее в состав Ленинградской области. Бились с врагом на подступах к городу трех революций и уроженцы рабочих поселков, расположенных неподалеку от завода «Красный фарфорист». Уже в первые дни войны на фронт ушли тысячи местных добровольцев – дома остались старики, женщины и дети.
Огненные рубежи
Как сложились судьбы воинов, бережно хранивших памятные изделия из фарфора? Илья Данилов, собиравший информацию о земляках отца, отмечает, что все мужчины из поселка Коминтерн и села Грузино погибли, сражаясь с гитлеровскими захватчиками. К сожалению, о многих бойцах, павших смертью храбрых в боях на подступах к Ленинграду, до сих пор ничего не известно. Нет официально подтвержденной информации и о гибели Николая Данилова, который уходил на фронт с трогательным фаянсовым сувениром.
– Много лет назад мне довелось беседовать с сослуживцами дедушки Николая: они рассказали, как он выходил с группой разведки и погиб, попав под огонь артиллерии, – говорит Илья Игоревич. – А вот о гибели лейтенанта Владимира Политова, моего деда по материнской линии, семью известили «похоронкой». Лейтенант Политов командовал стрелковой ротой, пал смертью храбрых 27 августа 1941 года под Ленинградом в боях за деревню Ксенофонтово. Перезахоронен в братской могиле села Слутка, Савинского района Новгородской области. На последнем фото, которое пришло в солдатском треугольнике, у него старшинские петлицы – молодой офицер не успел сменить их после сборов выпускного курса.
Не вернулись с войны и братья моего деда – Иван, моряк-подводник Краснознаменного Балтийского флота, и Александр, курсант Подольского пехотного училища: погибли в огненном 1941-м.
Лабиринты судьбы
С 16 августа 1941-го начались массированные бомбардировки города Чудово, населенных пунктов и сооружений на берегах реки Волхов. Вражеские самолеты методично обстреливали мирных людей, которые эвакуировались из окрестных сел.
Отец Ильи был малолетним ребенком, когда фашисты стерли с лица земли его родной поселок. Во время эвакуации пешая колонна «коминтерновцев» стала мишенью для немецких бомбардировщиков. Многие погибли, шестилетний Игорь Данилов получил осколочные ранения и лишился кисти правой руки. Истекавшего кровью мальчика передали военным медикам и доставили в Марийскую АССР – лечили в Савинском госпитале, о котором, к сожалению, не осталось архивных данных.
Антонину Ивановну с двумя детьми эвакуировали в Ленинград, и до снятия блокады она не знала, что Игорь жив: в тот страшный августовский день, когда на мирных людей обрушились авиабомбы, ей сказали, что ребенок не выживет.
Годы спустя судьба вновь привела Игоря Николаевича в нашу республику. Несмотря на полученные в результате бомбежки увечья, он успешно окончил Ленинградский университет, попал по распределению на Алтай, где преподавал в школе историю, затем вернулся вместе с женой и старшей сыном на малую родину. Но разрушенный до основания поселок имени Коминтерна прекратил свое существование. Даниловы какое-то время жили в Краснофарфорном, который отстраивался заново вместе с заводом, а в середине 1960-х годов переехали по приглашению родственников в столицу нашей республики.
– Видимо, это знак судьбы: отчима мамы, техника ВВС, перевели служить в Марийскую АССР, где близ деревни Савино построили военный аэродром,– продолжает собеседник. – Перебрались в Йошкар-Олу и мои родители. Первое время жили на улице Конакова в бараке с земляными полами, затем в «однушке» на Машиностроителей. В 1970 году наша семья поселилась в доме на улице Рабочей, ныне Анциферова. Живем здесь до сих пор, поддерживаем связь с родными из поселка Краснофарфорный.
Новая страница в летописи поиска
Выбирая профессию, Илья Данилов пошел по стопам погибшего на фронте двоюродного деда – был одним из тех отважных водолазов-глубоководников Военно-морского флота, которые работали в тяжелом снаряжении ГкС-3М на глубине 300 метров. Провел под водой более 6000 часов, что привело к серьезным проблемам со здоровьем еще в 1990-е годы.
Несмотря на тяжелый недуг, Илья Игоревич по-прежнему живо интересуется происходящим, не пропускает радиопередачи, связанные с военной тематикой. Эфир с участием поисковиков, рассказавших о таинственных находках в местах боев под Ленинградом, не оставил его равнодушным. Информация, которой поделился йошкаролинец, встретила отклик у бойцов поискового отряда: теперь она стала достоянием музея СПО «Воскресение» и стимулом продолжить интенсивную работу в местах легендарных сражений за северную столицу в годы Великой Отечественной войны.
Ранее мы рассказывали, как судебный пристав из Марий Эл отправился в поисковую экспедицию под Смоленск вместе с сыном.
Фото предоставлены Анастасией Ивановой (СПО «Воскресение») и Ильей Даниловым.
