Чего скрывать, ощущение, что Россию, а значит, всех нас "обошли", оставив за бортом Европейского союза, испытывают, наверное, многие. В элитный клуб благополучных сытых стран, каким до недавнего времени выглядело это сообщество, было бы очень неплохо попасть. Мало того, что почетно, но и ощутимые материальные дивиденды сулил такой поворот событий. Не сбылось. Что же, бывает. Да, впрочем, стоит ли особо жалеть, что не сбылось? Нынешний Евросоюз это уже не то, что было раньше. (Не сочтите, что от зависти эти строки написаны).
На Родину предков
Вадим Мельский родился в Марий Эл, но уже давно живет за границей, хотя и имеет российское гражданство. А за границу он перебрался в девяностых годах, после того, как закончил Горьковский институт иностранных языков. Впрочем, толкнуло его на этот шаг не только знание немецкого, английского и практически всех славянских языков, но и то, что по отцу Вадим поляк, само собой, не обошлось и без причин материального характера. Работать на родине за мизерную зарплату школьным учителем Вадим не пожелал, зато согласился за жалованье более-менее приличное по тем временам заняться тем же на родине своих предков в Польше. В те годы получать сто-сто пятьдесят долларов в месяц учитель у нас не мог и мечтать, а вот в польском городе Радом, где Вадим до того проходил языковую практику, ему эти деньги предложили, вкупе с бесплатной квартирой. Парень согласился, хотя учительствовать предстояло в...католической школе, а в смысле религиозности Вадим был абсолютно "девственным" человеком.
- Ничего, - сказали "святые отцы". - Учить можно, главное, не проявлять своего атеизма внешне, а там, глядишь, пан учитель и сам привыкнет к мессам в костеле.
К мессам Вадим так и не привык, напротив, стал изредка захаживать не в католический храм, а в православную церковь (в силу, наверное, ностальгии).
- Хоть и есть во мне польская кровь, это не особенно помогло приспособиться, - рассказывал Вадим. - Все равно многие местные считали меня долгое время чужим, косились. Русский, мол, оккупант. С товарами в магазинах тогда было плохо, так именно русских и Советский Союз винили в этом, а значит, и меня. После нескольких конфликтов в автобусе я понял, что говорить о том, что я из России, не обязательно, целее нервы будут (да и внешность, один раз пришлось даже подраться).
"Польский сантехник" страшнее африканского бездельника
Время шло, и на заработок, который когда-то казался большим, стало весьма трудно прожить (в школе жалованье, конечно, прибавили почти до четырехсот долларов, но цены при этом выросли намного больше, хотя и к изобилию в магазинах тоже привыкли).
- Особенно тяжело стало после того, как Польшу приняли в Евросоюз, - рассказывал Вадим. - Это был настоящий шок, некоторые товары (причем первой необходимости) подорожали в одночасье в разы! Я к тому времени уже женился на полячке, хотя мы и не регистрировали брак. Это, кстати, тоже повлияло на мое решение поискать лучшей работы. Начальство католической школы, где к тому времени я стал одним из старожилов, очень не одобряет "жизнь во грехе". О том, что нам с Катариной нужно повенчаться, мне сначала намекали, а потом просто объявили ультиматум. Либо католическое венчание, либо увольнение. Я, как говорится, "выбрал свободу", тем более что после снятия ограничений по движению в Европе очень многие из поляков снялись с мест и отправились за границу на поиски работы.
Поехал вместе с двоюродным братом жены Станиславом. Было это еще до того, как заговорили о свободном рынке труда в Евросоюзе (приехать из Восточной Европы и найти легальную работу было не так-то просто, требовалось обойти множество бумажных барьеров). Уповал Стас на своих знакомых, которые осели за границей, больше всего их было во Франции. Прямо в Париж мы и отправились.
Первое, что узнали, оказавшись на месте: поляки здесь люди второго сорта. Нет, даже третьего. За второй сорт можно принять многочисленных иммигрантов из Азии и Африки, которые успели получить во Франции виды на жительство или гражданство. Не зная броду, мы поначалу сунулись в один из окраинных кварталов и попытались наняться на работу в небольшую мастерскую, принадлежащую старому арабу. Так он на нас посмотрел, как на инопланетян, и сразу отказал, а один из его рабочих, когда мы уже уходили, посоветовал никогда больше не показываться в их районе, он, мол, не для "белых свиней".
Не стоит думать, что коренные французы настроены к "бедным восточным родственникам" по Евросоюзу лучше. Они здорово боятся конкуренции со стороны "новых", готовых работать за меньшие деньги. В нынешней России есть понятие "новый русский": что-то не очень хорошее, вроде человек заработал деньги нечестно, так вот во Франции еще хуже звучит "польский сантехник" - это значит бедняк с востока, готовый недорого браться за любую грязную работу.
Надежды оправдались слабо
Вообще, расширение "единой Европы", по словам Вадима (а он ссылался на мнение своих знакомых - новых и старых граждан Евросоюза), не оправдало многих надежд как среди тех, так и среди других. Западная Европа ожидала после расширения прорыва на новые восточные рынки увеличения своего политического веса, восточные "новички" ждали того же плюс возможности для своих граждан найти работу на Западе и денежных вливаний из бюджета Евросоюза. Увы.
- Польская деревня, конечно, не то, что в России, но и там живется несладко, - считает Вадим. - А в Прибалтике, сам видел, можно встретить такую разруху, что в России не часто увидишь. Так, перед присоединением к ЕС сколько было разговоров, что крестьянам будут выплачивать солидные дотации, как во Франции, например.
И что?
Производство сельхозпродукции на Востоке сокращается, на Западе она не нужна, а о дотациях, как в странах ЕС "первого сорта", уже забыли, получить бы хоть какие-нибудь деньги. Но сейчас уже ясно, что в лучшем случае кинут гроши, которые не покроют даже понесенных убытков. А с ценами что творится - дикий рост!
Ради справедливости скажу, что есть и плюсы - то же свободное передвижение, кое-какие производства перемещают с Запада на Восток, там рабочая сила дешевле. Только как была Восточная Европа вторым сортом, так и осталась. В этот раз в Йошкар-Олу я ехал через Москву, в купе со мной - эстонец и двое наших. Ты бы послушал, как этот эстонец рассказывал о том, что они теперь "настоящие европейцы", как немцы, например. Смех просто, многие простые люди на Западе ЕС до сих пор даже не знают, что это за люди такие - эстонцы, а уж равными себе не признают никогда. Для них негры из соседнего квартала лучше. В общем, был ЕС богатым особняком, а превратился в "коммуналку".
