Шел первый, самый трудный год войны. Люди еще только привыкали к ее трудностям и лишениям. Тогда еще никто не знал, что впереди долгих четыре года. И где бы человек ни жил, его судьба уже неразрывно была связана с судьбой миллионов соотечественников, объединенных одной общей бедой - войной.
"15 октября 1941 года нас, студентов Московского юридического института, срочно отправили на строительство оборонительных укреплений в село Крылатское (Подмосковье в то время). Именно в этот день фашисты были в 30 км от столицы. Позже читала в газетах, что в этот период у немцев истощились наступательные резервы, а у наших не было сил обороняться. Так и стояли бок о бок две обескровленные противоборствующие стороны", - вспоминает сегодня йошкаролинка Елена Свинцова. С 31 октября 1941 года она вела дневники. Перечитывая их, с годами пришло желание осмыслить жизнь. Так она осуществила свою давнюю мечту и стала членом республиканского литературного клуба "Патриот". В прошлом году у нее вышел небольшой сборник рассказов и стихотворений "Из Москвы в неведомое". Один из них посвящен событиям ноября 1941 года.
"Нас привезли в Рублево и поселили в местной школе. Никаких, даже самых примитивных условий жизни создано не было. Спали на полу в одежде, в которой ходили на работу: в спортивных костюмах и телогрейках, захваченных из дома. Помещение не отапливалось. Продовольственная группа выдавала нам по буханке хлеба и по двести граммов сыра. Кипяток пили только утром, один раз в день. Поднимали нас до рассвета, а в школу возвращали, когда было совсем темно.
Отдых был чисто символическим, так как налеты немецкой авиации были постоянными. Только в дождь и снег выпадали небольшие периоды относительного покоя. Ночное небо Москвы было освещено прожекторами, как днем. Некоторые немецкие самолеты все же прорывались в столицу, но большинство из них сбрасывало свой смертоносный груз на наши головы.
У нас с подругой появилось неодолимое желание бежать. Бежать домой в Москву. Каждую ночь мы наблюдали за дорогами, ведущими в столицу. Они были хорошо освещены прожекторами. Толпы людей оставляли свою работу и спешили обратно домой. Договорились со знакомым парнем, который обещал пригнать вечером лодку, чтобы перевезти нас на другой берег Москвы-реки. Там ходили автобусы до города.
Стемнело. Лодка причалила к берегу. Подруга вошла в нее и подала мне руку. Я споткнулась, и из моего кармана выпал комсомольский билет. Я быстро поймала его. Вдруг в голове мелькнула мысль: если уйду, родной город сдадут немцам. Я попятилась назад, а потом, не прощаясь, пошла к избе.
5 ноября 1941 года студентов вернули в институт. А вечером 6 ноября мы с друзьями вышли на площадь к метро "Красные ворота". Было тепло, тихо и как-то особенно мирно. Шел снег. Вдруг - море огней! По Ново-Басманской улице от Разгуляя шел отряд летчиков. У каждого в руке был зажженный факел. Я на мгновение замерла в страхе. Но тут же поняла, что налета вражеских самолетов не будет. Погода нелетная - снег. Летчики дружно и громко пели:
Там, где пехота не пройдет
И бронепоезд не промчится,
Могучий танк не проползет, -
Там пролетит стальная птица".
Мы стояли, завороженные зрелищем, безмерно гордые тем, что живем в нашей стране не посторонними. А назавтра узнали, что ночью на Красной площади состоялся парад в честь 25-й годовщины Великого Октября. Вот туда-то и шли летчики с горящими факелами в руках".
