Сколько себя помнят, Нина и Римма всегда были вместе. У них даже фамилия оказалась одинаковая – Уракова, можно сказать, почти сестренки! Жизнь разделила лучших подружек, и только спустя 66 лет им удалось встретиться.
Маленькие барышни с непростой судьбой
Дома двух подружек в деревне Лопанур стояли рядом, и до 20 лет они ходили друг к другу в гости, играли на улице или гуляли по деревне. Местные делили территорию на три части: горку, середку и тупик; Нина и Римма жили в середке, где чаще всего и собиралась молодежь.
─ Зимой строили «шахты» из сугробов в свой рост, где проходили «прятки», летом играли в «чижика», в мяч, ─ вспоминает Нина. – Годы были трудные. Родителей заставляли покупать облигации, а денег не давали. Тысяча трудодней – а на год 5 килограммов муки дадут и все. Жили на картошке. Осенью выкопают колхозную, останется перемерзлая – ее собирали, сушили и ели сухариками. Называли такую еду «тошнотиками». А в это время нужно было накопить 8 килограммов масла и 8 десятков яиц, чтобы сдать в налог...
Когда приходило время для вечерок, Нина с Риммой обменивались платьями, потому что новые покупать было не на что, а покрасоваться девчатам хотелось. Быстро нашлись и кавалеры, тоже лучшие друзья, и пока парней не забрали в армию, лучшие подружки все время проводили вместе. Первая любовь и для той, и для другой могла бы закончиться свадьбами, но судьба предпочитает интересные повороты…
Нина Уракова
До свидания, отчий дом
Нина окончила медучилище и по распределению уехала в Черновский район, ныне Шабалинский. Римма после 7 классов мечтала пойти учиться дальше, на трактористку, но в послевоенное время с деньгами было туго и она рассудила: идти за 8 километров на учебу, не имея сапог и возможности их купить ‒ прямой путь на работу. Ее отец пришел с фронта раненый, без ноги ‒ и, оставив четырех детей, съехался с другой женщиной, никак в дальнейшем не помогая семье. Обязанности легли на плечи старших ребят.
Римма стала трудиться в колхозе, и все то время, пока Нина ездила в отпуск в деревню, они поддерживали связь.
‒ Как приехала домой – сразу бегу к Римке! Она была очень красивой, хорошей девочкой, даже мой брат дружил с ней! И если бы его не позвали работать в лес, он бы, скорее всего, на ней женился. Когда ее приехали сватать, мать Риммы подошла и спросила: «Что думаете, будете ли брать в снохи мою дочь?». А мама ответила: «С сыном разговора не было, сказать не могу». Так мою подружку сосватал другой жених. И вот после того, как она вышла замуж, встреч у нас с ней не было, ‒ вздыхает Нина Константиновна.
Вскоре замуж вышла и она, а спустя время на свет появился ее сын, который, как окажется спустя десятки лет, и напомнит о сильной детской дружбе между Риммой и Ниной, дав шанс загореться ей с новой силой.
‒ По распределению после техникума Саша уехал на мою родину, в Корляковский (сейчас уже Санчурский) район. Римма, по случайности узнав, что он мой сын, едва в обморок не упала и через знакомую передала ему свой адрес, попросив мои контакты. Я не знаю, общались ли они лично, но однажды мне пришло письмо от моей лучшей подружки, ‒ улыбается Нина.
Римма - справа в верхнем ряду
В письме на шести страницах подруга описала ей всю свою жизнь, рассказала последние деревенские новости и узнавала, как дела у ее товарки. С той поры общение завязалось заново.
‒ Внучки, приехав ко мне в гости, начали уговаривать навестить свою подругу детства. Она живет в поселке Руэм марийской республики, я ‒ в Костромской области. Сама бы ни за что бы не решилась! ‒ смеется Нина. ‒ Все-таки, здоровье уже не девичье, 86 лет как-никак!
Обсудив с сыном и внучками детали путешествия, бабушка пришла к шокирующему выводу: чтобы навестить Римму, нужно будет проехать несколько сотен километров! Сначала – к Саше в Кировскую область, потом, на машине ‒ в Йошкар-Олу и там на автобусе ‒ до Руэма. И хоть уютный деревянный домик в Шарье казался надежным тылом от всех непредвиденных ситуаций, Нина Константиновна приняла серьезное для себя решение ─ исполнить мечту.
Встреча полувека
В ожидании встречи она нервно теребит платок. Однажды по телефону Римма подробно объяснила, где ее дом и какая квартира, но речи о приезде не шло. И только накануне визита Нина рассказала о сюрпризе, чем изрядно поразила подружку.
─ Она даже улицу свою забыла после моего звонка, ─ смеется Нина. ─ Решила не огорошивать, предупредила: мало ли, сердце или давление: «Я не стану писать тебе письмо, а смогу приехать!».
… Гостью Римма встретила со слезами на глазах, повторяя «Даже и не верится!». Сколько было объятий в тот зимний вечер ─ не счесть! Подружки проболтали до полуночи, рассматривая снимки в фотоальбоме, вспоминая нелегкое, но веселое общее прошлое и радуясь, что вновь вместе.
─ Сначала меня трясло: думаю, чудо-то какое, Нина ко мне едет! И не знаю, за что схватиться: то ли готовить ужин, то ли уборку наводить, ─ смеется Римма. ─ И вот ведь что интересно: пока молодыми были, почему не увиделись? Наверное, из-за семей. Я совсем не путешественница, а у Нины вот хватило здоровья и сил!
На вопрос, собираются ли они в дальнейшем видеться, обе теряются: такие нагрузки… Вряд ли. А впрочем, как знать, что ждет впереди? Может, и удастся! Когда настал миг прощания, подружки расплакались и пообещали не терять связи друг с другом.
─ 66 лет… ─ шепчет 85-летняя Римма и держит ладошку Нины, пока звук сообщения о прибывшем такси не напоминает о том, что второй пора торопиться и возвращаться домой. ─ Никто, наверное, не может таким похвастаться!
Вместо послесловия
Если меня спросят, что такое настоящая дружба, я расскажу историю своей бабушки Нины, которая спустя 66 лет встретилась со своей подругой детства Риммой. Как она нервничала и рискнула, как трепетно выбирала подарок для долгожданного визита, как они заливисто хохотали в зале и пили чай с тортиком, как крепко обнимались и расцеловывали друг друга. Кому-то расстояние от Костромской области до маленького поселка Руэм может показаться незначительным, но для них, пожилых женщин, это сродни огромному путешествию, длина которому измеряется не километрами, а годами.
Любовь к матери – одно из самых сильных чувств в жизни человека. Предлагаем вам прочитать воспоминания йошкаролинцев, связанные с их матерями.
