- Вы хотите меня фотографировать? - Надежда Николаевна грустно улыбнулась. - Не вовремя! Почему? Да настроение плохое - вчера у нас новорожденный ребенок умер. К этому привыкнуть нельзя. И хотя вины медперсонала в том нет - у малыша не совместимая с жизнью патология, но все равно все очень расстроились.
При необходимости Надежда Николаевна, помимо своей основной работы, исполняет еще и обязанности заместителя главного врача Козьмодемьянской ЦРБ по детству и родовспоможению. Так повелось, что именно ее оставляет зам. главврача за себя на время своего отсутствия - самого опытного и ответственного доктора.
- А я руководить не люблю! - признается Камелина. - Слишком мягкий характер. Нет, отругать за плохую работу могу, но сама потом так переживаю!
Когда ей после окончания Казанского госмедуниверситета предложили пройти интернатуру по фтизиатрии, она не сразу согласилась, а потом как будто приняла решение, но в Минздраве что-то не "срослось", и пришлось Надежде четыре года работать участковым педиатром в Козьмодемьянске.
Правильно говорят - судьбу не обманешь: в 1984 году потребовалось заменить детского фтизиатра, Камелина прошла специализацию, и вот уже почти четверть века она лечит детей от туберкулеза.
Коварство палочек Коха в том и заключается, что могут "прицепиться" где угодно и к кому угодно, но болезнь потому и называется социальной, что гораздо чаще проявляется у неимущих, пьющих, безработных - словом, у тех, кто недоедает и живет в неблагоприятных условиях. С этой точки зрения Надежде Николаевне можно писать трактат об условиях существования людей на "социальном дне" - настолько глубоко она их изучила, посещая жилища туберкулезных больных. Навидалась и наслушалась всего - выше крыши! Зато теперь точно знает, почему мы так безуспешно боремся всем миром против этой заразы и не можем победить ее окончательно.
- Новое время - новые проблемы, - говорит Надежда Николаевна. - Раньше тяжелых детей, бацилловыделителей практически не было, а сейчас - сколько угодно. К тому же дети болеют устойчивыми формами туберкулеза - они от взрослых "цепляют" палочку, на которую привычные лекарства уже не действуют. Больше становится внелегочного туберкулеза. Его во всем мире немало, а в России не диагностировали, и только в последние годы приближаемся к мировой статистике. Шесть лет назад в нашем районе зафиксировали первые два случая внелегочного туберкулеза у детей. Сколько было шуму! Как будто мы виноваты в том, что он есть.
Лет 15 назад в Козьмодемьянске был свой противотуберкулезный диспансер на 55 взрослых и 20 детских коек. Сейчас только 25 взрослых коек, а детей лечат в Йошкар-Оле. Чтобы убедить родителей в необходимости пройти рентгеновское обследование, длительное профилактическое лечение, врачу приходится приложить немало сил, потому что внешне болезнь у ребенка чаще всего не проявляется, и безответственные родители никакой угрозы не чувствуют.
Нередко дети болеют в таких семьях, где элементарно нет денег на поездку из деревни в районную больницу, поэтому доктору Камелиной приходится самой ездить в дальние поселения.
Кстати, многие родители больных ребятишек именно с материальной точки зрения оценили, как им повезло, что в больнице есть детский фтизиатр (кроме Волжска и Медведева их нигде нет): если бы не было Надежды Николаевны, им пришлось бы везти детей в Йошкар-Олу, и каждая поездка (только дорога!) обошлась бы в сумму не менее 500 рублей.
Сейчас на фтизиатрическом диспансерном учете в Козьмодемьянской ЦРБ стоят больше полутысячи детей.
- Лечиться от туберкулеза надо долго, - говорит Надежда Николаевна, - потому ехать не хотят. Иногда семья живет так плохо, что собрать ребенка в стационар Республиканского тубдиспансера или санаторий - целая проблема. Своим кабинетом их обуваем, одеваем да еще и денег с собой даем. А что делать?
К слову сказать, о деньгах. Как-то вскользь, мимоходом Надежда Николаевна обронила, что участковая медсестра, которой она, исполняя обязанности администратора, делает замечание по работе, получает в полтора раза больше нее, врача с 27-летним стажем и опытом работы. Вот так пока получается - и участковой службе хорошо прибавили к зарплате, и врачи узких специальностей в поликлиниках получают по родовым сертификатам, а фтизиатры - в стороне от денежного потока.
Одна надежда - в будущем все выровняется, иначе обидно будет потерять таких специалистов, как доктор Камелина.
Ольга БирюЧева.
(г.Козьмодемьянск).
При необходимости Надежда Николаевна, помимо своей основной работы, исполняет еще и обязанности заместителя главного врача Козьмодемьянской ЦРБ по детству и родовспоможению. Так повелось, что именно ее оставляет зам. главврача за себя на время своего отсутствия - самого опытного и ответственного доктора.
- А я руководить не люблю! - признается Камелина. - Слишком мягкий характер. Нет, отругать за плохую работу могу, но сама потом так переживаю!
Когда ей после окончания Казанского госмедуниверситета предложили пройти интернатуру по фтизиатрии, она не сразу согласилась, а потом как будто приняла решение, но в Минздраве что-то не "срослось", и пришлось Надежде четыре года работать участковым педиатром в Козьмодемьянске.
Правильно говорят - судьбу не обманешь: в 1984 году потребовалось заменить детского фтизиатра, Камелина прошла специализацию, и вот уже почти четверть века она лечит детей от туберкулеза.
Коварство палочек Коха в том и заключается, что могут "прицепиться" где угодно и к кому угодно, но болезнь потому и называется социальной, что гораздо чаще проявляется у неимущих, пьющих, безработных - словом, у тех, кто недоедает и живет в неблагоприятных условиях. С этой точки зрения Надежде Николаевне можно писать трактат об условиях существования людей на "социальном дне" - настолько глубоко она их изучила, посещая жилища туберкулезных больных. Навидалась и наслушалась всего - выше крыши! Зато теперь точно знает, почему мы так безуспешно боремся всем миром против этой заразы и не можем победить ее окончательно.
- Новое время - новые проблемы, - говорит Надежда Николаевна. - Раньше тяжелых детей, бацилловыделителей практически не было, а сейчас - сколько угодно. К тому же дети болеют устойчивыми формами туберкулеза - они от взрослых "цепляют" палочку, на которую привычные лекарства уже не действуют. Больше становится внелегочного туберкулеза. Его во всем мире немало, а в России не диагностировали, и только в последние годы приближаемся к мировой статистике. Шесть лет назад в нашем районе зафиксировали первые два случая внелегочного туберкулеза у детей. Сколько было шуму! Как будто мы виноваты в том, что он есть.
Лет 15 назад в Козьмодемьянске был свой противотуберкулезный диспансер на 55 взрослых и 20 детских коек. Сейчас только 25 взрослых коек, а детей лечат в Йошкар-Оле. Чтобы убедить родителей в необходимости пройти рентгеновское обследование, длительное профилактическое лечение, врачу приходится приложить немало сил, потому что внешне болезнь у ребенка чаще всего не проявляется, и безответственные родители никакой угрозы не чувствуют.
Нередко дети болеют в таких семьях, где элементарно нет денег на поездку из деревни в районную больницу, поэтому доктору Камелиной приходится самой ездить в дальние поселения.
Кстати, многие родители больных ребятишек именно с материальной точки зрения оценили, как им повезло, что в больнице есть детский фтизиатр (кроме Волжска и Медведева их нигде нет): если бы не было Надежды Николаевны, им пришлось бы везти детей в Йошкар-Олу, и каждая поездка (только дорога!) обошлась бы в сумму не менее 500 рублей.
Сейчас на фтизиатрическом диспансерном учете в Козьмодемьянской ЦРБ стоят больше полутысячи детей.
- Лечиться от туберкулеза надо долго, - говорит Надежда Николаевна, - потому ехать не хотят. Иногда семья живет так плохо, что собрать ребенка в стационар Республиканского тубдиспансера или санаторий - целая проблема. Своим кабинетом их обуваем, одеваем да еще и денег с собой даем. А что делать?
К слову сказать, о деньгах. Как-то вскользь, мимоходом Надежда Николаевна обронила, что участковая медсестра, которой она, исполняя обязанности администратора, делает замечание по работе, получает в полтора раза больше нее, врача с 27-летним стажем и опытом работы. Вот так пока получается - и участковой службе хорошо прибавили к зарплате, и врачи узких специальностей в поликлиниках получают по родовым сертификатам, а фтизиатры - в стороне от денежного потока.
Одна надежда - в будущем все выровняется, иначе обидно будет потерять таких специалистов, как доктор Камелина.
Ольга БирюЧева.
(г.Козьмодемьянск).
