В день, когда Марийская республика отмечала свое 20-летие, прямо во время торжественной демонстрации её жителей известили о нападении на Советский Союз фашистской Германии, и праздничные торжества превратились в митинги всенародного гнева. Как вспоминают жители Йошкар-Олы, только за один тот день в горвоенкомате оказались сразу сотни заявлений горожан, пожелавших добровольно уйти на фронт.
Предприятия Союза — в тыл, в Йошкар-Олу!
Обычно республиканские события военных лет описывают примерно так: «Из прифронтовой полосы в Йошкар-Олу эвакуируют десятки заводов и учреждений. Йошкаролинцы помогают им устроиться на новом месте, становятся тружениками этих предприятий, а заодно предоставляют кров тысячам женщин и детей, прибывших с оккупированных территорий...». На самом деле, картина, сложившаяся в Марий Эл в первые годы войны, была далеко не так идеальна, как теперь кажется. Вот только другая сторона медали была известна далеко не всем.
До сегодняшнего дня настоящая история сохранилась в архивах УФСБ республики. Согласно им, эвакуация в 1941 году промышленных предприятий и научно-исследовательских учреждений на территорию Марийской АССР из районов боевых действий на самом деле способствовала созданию ряда крупных оборонных объектов в республике.
Например, на базе эвакуированного Одесского завода «Кинап» и частично переданного казанскими заводами оборудования был создан завод № 297, на базе Московского прожекторного - 298-й. В кратчайшие сроки было организовано производство танковых телескопических и снайперских прицелов, артиллерийских стереотруб и много другого.
Спасенные из Киева и Ленинграда
В учебном корпусе Поволжского Лесотехнического института, который сейчас известен как политех, еще в начале сороковых разместился эвакуированный из Ленинграда Государственный оптический институт, где велись научно-исследовательские работы в области маскировки и демаскировки, аэрофотосъемки, оптических методов контроля и прочего. Там же действовало особое конструкторское бюро № 43, тоже спасенное от блокады, где ленинградские и местные ученые занимались конструированием и изготовлением автоматического стрелкового вооружения.
А Звениговский судоремонтный завод имени Бутякова на время войны стал прибежищем для Киевского судостроительного завода имени Сталина.
Но самое интересное, что все эти предприятия находились в оперативном обеспечении экономического отделения НКВД МАССР, личный состав которого в годы войны насчитывал... всего семь человек!
Под контролем контрразведчиков
Становление оборонной промышленности республики проходило в сложных условиях. Строительство новых корпусов, монтаж 
оборудования, запуск и отладка производства, выпуск продукции – все осуществлялось одновременно и в самые короткие сроки - шла война. Это время требовало от далеко немногочисленных сотрудников НКВД особого внимания. За все четыре года они умудрились действительно установить жесточайший контроль не только за выполнением предприятиями планов по выпуску оборонной продукции, но и повседневными вопросами: слаженности руководства, соблюдением ведомственных инструкций, трудовой дисциплины рабочими, поставками сырья, оборудования и инструментов и даже качеством выпускаемой продукции.
Например, в декабре 1941 года сотрудники НКВД нашли доказательства халатного отношения руководства одного из заводов к выпуску пробной партии корпусов зажигательных авиабомб. Результат того, что эти бомбы попали бы на вооружение, могу быть катастрофическим для нашей страны: продукция была непригодна к использованию в сырую погоду.
Похожая история могла случиться из-за бракованных деталей другого завода, находящегося в Марий Эл — ровно половина продукции одного из литейных цехов была попросту опасна для использования. А в мае 1942 года в ОКБ-43 НКВД МАССР был вскрыт факт уже отправки на военный склад пулеметных установок, отдельные детали которых были изготовлены из некачественной стали.
Военное время не давало права на ошибку. И, благодаря сотрудникам НКВД, этих ошибок удавалось избежать.
