Бабка из Марий Эл в Париж ехать совсем не хотела

Бабка купила сыру,
Грамм этак, может, сто.
На улице было сыро,
Плохо грело пальто.

Новой весны начало -
Время любви и грез.
Ветром ворон качало
В капищах старых гнезд.

Лифт скрежетал и ухал,
Лазя по этажам,
И, рассупоня брюхо,
Шумно людей рожал.

Отгородясь от мира,
Взвизгнула дверь свиньей,
И поплыла квартира
Вместе со всей Землей.

В тихий бездонный омут
Пресного бытия,
Где незаметно тонут
Молодость и друзья,

Где до скончания века
Все же возможность есть
Бедному человеку
Сыру кусочек съесть.

Вкусно и очень грустно.
Стынет в стакане чай.
Это почти искусство -
Старость одной встречать.

Не покриветь душою,
Не проклинать себя,
В малом искать большое,
Прошлое теребя.

Радоваться по-детски
Значимым мелочам.
Верить, живя простецки.
Радио и врачам.

Как островок ампира
Гущу худых лачуг,
Вкусный кусочек сыра
Жизнь приукрасил вдруг.

Ела она, как кошка,
Гнулась к земле хребтом,
Жадно ловила крошки
Черным беззубым ртом.

И по бульварной сини,
Остановив свой бег,
Шел, обрусев, в России
Наш двадцать первый век.

Сумерки были зябки
В согнутых спинах крыш,
И не хотелось бабке
Этой весной в Париж.