Подружки говорили, что как-то даже неловко, когда она на него так смотрит, прям светится вся. Нельзя так мужиком прям восхищаться. Чего обожать-то? Чего восхищаться-то так?! Не идеальный он у тебя, не идеальный.
Она подружек не слушала и восхищалась. Нет, конечно, не идеальный. Пьяный иногда домой добирался такой - только дверь успевала открыть, как он падал на пороге. Там и спал, пока не протрезвеет. Она только укроет его да подушечку под голову пристроит. А он проснется и сам удивится: "Как это я тут оказался? Я же в другое место шел..." Она знала, как. На ее зов обычно приходил. Выглянет в окно - темнеет уже, а его все нет: "Пашуля, иди домой, любимый, я тебя жду, иди, иди..." И сидит себе спокойно, вяжет, телевизор смотрит. Только он вдруг к ней стал охладевать и тяготиться ее ожиданием...
И соломка утренняя к кофе уже не радовала, и витаминки, и носки, и причесываться стал сам... Она вдруг почувствовала себя не у дел. И домой муж вроде вовремя приходит, только стоит под окнами и с кем-то весело и оживленно по часу, а то и по два разговаривает... А по квартире мрачный ходит, слова не вытянешь. В компьютер воткнется - и нет его.
А однажды она проснулась, а напротив ее лица в стене - иглы воткнуты. Она глазам своим не поверила. Муж не признался ни в чем, иглы достал и в окно выбросил. Она не знала, что и думать.
Жили они в огромной квартире, доставшейся от его заслуженного деда, вместе с его мамой и отчимом. Свекровь ее не любила, не доверяла и переживала, чтобы сын без квартиры не остался... Но не до такой же степени?
Брак у нее на глазах стал рассыпаться, а она ничего поделать с этим не могла. Один раз, пока он спал, решилась заглянуть в его телефон. Сердце колотилось, чувствовала себя гадко. И точно - 69 сообщений от одного и того же женского имени. Она открыла одно... и залилась краской.
А вскоре он ей честно сказал: "Люблю другую. Хочу быть верен ей, уважать себя и никого не обманывать". И в глаза посмотрел ей - пронзительно и грустно. "Пашуля, родной, может, это пройдет?" - робко заикнулась она, чувствуя, как земля уходит из-под ног. "Не пройдет... И не называй меня больше Пашулей. Все. Хватит".
Пока она не переехала к подруге, они все еще спали на одном диване... Но между ними пролегла полоса отчуждения в полметра. Однажды она проснулась и почувствовала, как его раздирало - тянуло к ней, как хотелось преодолеть разделяющее их пространство...Но он сдержался и перевернулся на другой бок.
Полгода она ждала, не соглашаясь на развод и надеясь, что все еще "рассосется", пройдет, и они опять будут вместе... Звала его, выглядывая по обыкновению в окно: "Возвращайся, Пашуля!" Но Пашуля, периодически позванивая, спрашивал только с нетерпением: "Когда, когда развод?.." После этого развода она долго выбиралась из болезни. Подружкам говорила:"У меня пропало желание жить..."

Несколько лет он не звонил ей, не появлялся. Как только его "невеста" тоже рассталась со своим мужем - они поженились... В "Одноклассниках" она нечаянно увидела его свадебные фотографии. На "нее" она даже не взглянула, она ее не волновала. Внимательно разглядывала его, своего Пашулю. По пятнам волнения на лице, по небрежности в прическе, по нескольким деталям в одежде она поняла - "невеста" не любит его так, как она его любила. Не обожает. Не восхищается.
А еще через некоторое время он вдруг позвонил и поздравил ее с днем рождения. Рассказал, что он уже один - только что развелся, что шикарная квартира деда после ухода из жизни мамы продана и поделена между наследниками. Он после развода живет в однокомнатной квартирке на окраине, а "жена" с доставшимися ей метрами вернулась к бывшему мужу...
...Она опять зовет его Пашулей, дарит ему на 23 февраля годовой запас носков, гладит их со стрелками и раскладывает в шкафу, как в магазине. Он больше не ходит на работу самопричесанным и самопостиранным, радуется, как когда-то, утренним витаминкам и соломке с кофе и преданно возвращается домой...
Недавно в их крошечной квартирке на окраине появились коляска, детская кроватка и одежда для мальчика, которого они с нетерпением ожидают... Появилось и счастье. Простое, семейное, за которое они так дорого заплатили, которое теперь очень не хочется потерять...