Около месяца назад обвиняемый получил постановление о прекращении в отношении него уголовного дела. Следственными органами Риму Шагибалову дано право на реабилитацию.

“Хочу лечиться у вас!”
- Естественно, я хорошо помню тот майский день, - говорит Рим Зинатуллович. - Ко мне в кабинет зашел посетитель. Мужчина рассказал, что хочет лечиться в нашей поликлинике, потому что живет в Семеновке, хотя имеет йошкар-олинскую прописку (это было неправдой, о чем я узнал только во время следствия). Я попытался ему объяснить, что по месту его жительства, то есть в поликлинике №2 города, намного лучше ситуация с “узкими” специалистами. Но незнакомец настаивал на желании наблюдаться только у нас. Тогда я подписал ему прикрепительный талон и отправил в регистратуру, завести карточку. После этого мужчина еще не раз появлялся в моем кабинете и искал различные поводы продолжить разговор. Я отвел нашего нового пациента к кабинету терапевта, предполагая, что сам он плохо ориентируется и теряется в незнакомом лечебном заведении. Вскоре участковый доктор его принял, осмотрел и решил положить на лечение в стационар, поставив серьезный диагноз.
В очередной раз пациент появился в кабинете главного врача уже с талоном на получение листка о временной нетрудоспособности (в случае, если больничный выдается человеку, не зарегистрированному на территории обслуживания, этот талон может подписать только председатель врачебной комиссии, коим является Шагибалов. - Авт.). Тут Рим Зинатуллович и вмешался в оказание помощи новому пациенту больницы. Он посоветовал терапевту поставить предварительно диагноз "ОРВИ", на который указывали симптомы пациента, и одновременно серьезно обследовать мужчину, чтобы наверняка убедиться в наличии у него тяжелого заболевания.

Предложили отдать взятку
- После этого я ушел в регистратуру, - продолжает главный врач. - Туда ко мне и прибежал человек, представившийся заместителем начальника УБЭП города. Он сунул мне под нос свою "корочку" и предложил пройти на мое рабочее место. Не понимая, в чем дело, я пошел следом. В коридоре  у кабинета меня уже поджидали человек пять-шесть оперативников, понятые, фотограф и оператор с видеокамерой. Мне предложили добровольно выдать им полученную мной взятку. Я очень удивился, все еще надеясь, что это недоразумение. Тогда стражи порядка потребовали выложить всю имевшуюся у меня наличность. Пришлось подчиниться. Я достал деньги из карманов и портфеля, а они разложили их по столу. Потом замешкались. (Оказалось, никак не могли найти свою меченую купюру). Тогда один из оперов позвонил кому-то по телефону, не обращая внимания на понятых, только камеру выключить попросил. Его вопрос просто обескуражил: "Куда положили купюру?". Получив ответ, он подошел к краю моего стола (возле которого бывают посетители) и достал из-под документов тысячную купюру. После этого меня усадили в машину и увезли в управление по борьбе с экономическими преступлениями Йошкар-Олы. Записывая мои показания, время от времени следователь вежливо вставлял: "Зря отказываетесь. Все равно докажем. Не таких обламывали. Лучше признавайтесь и идите в особом порядке. Вину признаете, тогда и нам меньше работы, и вам мягче наказание". Потом как депутата меня отвезли в Следственный комитет, в сопровождении аж четырех человек!
Здесь был еще один интересный момент психологического давления. Опер, который меня охранял, отошел в туалет и начал громко общаться оттуда с женой по сотовому телефону: "Ты меня не жди, дорогая. Сейчас взяли главного врача Семеновской больницы. Сопровождаем его в Следственный комитет. Потом надо будет съездить к нему в Семеновку, чтобы он машину перегнал на стоянку, домой свозить придется, чтобы взял мыльно-рыльные принадлежности, потом отвезем его в изолятор". Я, конечно, слушал это спокойно, зная, что не виновен. Но факт такого незамысловатого давления, по-моему, даже забавный, думаю, кого-то и может вывести из равновесия.

Понятая и “засланец” сказали правду суду
Домой Рима Зинатулловича отпустили только в полночь (продержав с 16 часов), через пять минут после появления адвоката, когда было возбуждено уголовное дело.
- За эти месяцы меня не меньше десяти раз вызывали на многочасовые допросы, - говорит Шагибалов. - А когда я знакомился с делом, то узнал, что тот пациент приходил ко мне специально, вел видеозапись при помощи камеры, прикрепленной на груди к одежде. Как объяснили милиционеры, это был следственный эксперимент, так как они обладали оперативной информацией, якобы мы с терапевтом торгуем больничными листами. Выяснилось, что засылали "своего человека" они и к терапевту, еще раньше. Тот сумел перед камерой вручить доктору коньяк и торт. Это видео впоследствии помогло операм надавить на моего подчиненного, чтобы он дал против меня показания. Правда, потом терапевта за полученный подарок осудили, хотя и обещали не использовать видео против него.
В суде мы с адвокатом разложили по фразам выдвинутое против меня обвинение: "Депутат городского собрания, главный врач больницы выдал листок нетрудоспособности здоровому человеку за взятку".
Итак, "депутат городского собрания" - какое отношение это имеет к делу? "Главный врач больницы выдал листок нетрудоспособности". Где главврач выдает больничные? Листок нетрудоспособности был выдан терапевтом. "Здоровому человеку". И тут не стыкуется с истиной. У этого "засланца" на самом деле вторая группа инвалидности. А инвалид, по определению Минсоцтруда, это "лицо, имеющее нарушение здоровья, со стойким расстройством функций организма". Поэтому тот человек, которого к нам заслали, заведомо не мог называться здоровым. Его инвалидность подразумевает, что он нуждается в освобождении от работы постоянно. Что касается передачи взятки, этот факт не подтвержден ничем, кроме слов подосланного ко мне больного. И взятка оказалась на моем столе непонятно как. Он заходил в кабинет несколько раз, и когда успел подсунуть деньги, я не могу сказать, видео этого тоже не зафиксировало. Но зато на суде понятая вспомнила, как опер звонил и спрашивал, куда положили деньги. Сам подставной пациент тоже дал в судебном заседании показания в мою пользу. Он сообщил, что во время обыска в моем кабинете он находился в машине силовиков и ему тоже задавали вопрос, куда он положил меченую купюру.

Кому мандат покоя не дает?
Все это время, несмотря на такую сложную ситуацию, Рим Зинатуллович работал, руководил коллективом, исполняя обязанности депутата, встречался с избирателями во время подготовки к выборам. Расследование уголовного дела шло туго, его даже отправляли на доследование. За эти месяцы сменились четыре следователя. В конце концов дело было закрыто за отсутствием состава преступления.
- Пугает, что вот так запросто можно взять и возбудить дело против любого человека, - говорит Рим Зинатуллович. - Больше всего все это время было стыдно смотреть в глаза своим избирателям, ведь они доверили мне свои голоса, и я с большим преимуществом обошел на выборах в горсобрание бывшего главу Семеновской администрации и действующего на тот момент депутата. Думаю, что именно мой депутатский мандат не давал кому-то покоя и стал причиной всех этих неприятностей. Уверен, что против меня ни в коем случае не работала вся система внутренних дел. Ведь найти одного-двух человек, готовых продаться, можно в любой сфере. Огорчает, что многие люди верят оговорам в адрес медицинских работников (к сожалению, подобных моему "врачебных дел" по стране сейчас немало), хотя сами со своей бедой в первую очередь обращаются к врачам.
Приятно, что много людей меня поддерживало в тот непростой период. Я им за это очень благодарен.