Илья Хохлов, исторический журнал «Родина»
Продолжаем публикацию материалов спецпроекта «Наша родина. Страницы истории». Напомним, проект реализуется совместно с «Российской газетой» и историческим научно-популярным журналом «Родина».Из истории пароходного сообщения на озере Ильмень и реке Волхов.
Первопроходцы «пароходные»
Река Волхов и озеро Ильмень одними из первых в России стали пароходными. Паровое судно построили здесь уже в 1819 году для нужд военных поселений. Вскоре появился еще один пароход, а с 1824 года начались регулярные пассажирские перевозки.В середине XIX столетия многое изменилось. В дело включились представители семьи купцов и почетных граждан Ненюковых. В октябре 1849 году совершил первый рейс по Волхову принадлежавший почетной гражданке Прасковье Ненюковой пароход «Петр».
Через два года на Волхове трудились уже три парохода английской постройки, принадлежавших к тому времени почетному гражданину Петру Лукичу Ненюкову: «Петр», «Волга» и «Антрепрейз». Последний получил среди местных крестьян прозвище «Антихрист».
Путешествовавший в 1859 году на борту «Волги» поэт, переводчик и драматург А.Н. Николаев описывал этот пароход как небольшое колесное судно. Все на нем было красиво и уютно, в пути публику развлекал игрой оркестр из семи музыкантов.
В 1851 году открылось движение по железной дороге Москва – Петербург, с 1855 года именовавшейся Николаевской. Отныне жизнь на местных реках не могла оставаться прежней. У столичной публики все большей благосклонностью пользовалась Старая Русса – дачный и курортный городок южнее озера Ильмень. Теперь добираться до нее удобнее было на поезде и пароходе, благо Волховская станция и Соснинская пристань находились в удобном соседстве друг с другом.
Пароходовладельцы осознали грядущую выгоду, и в 1852 году между Соснинской пристанью и Новгородом дважды в день курсировали пароходы «Петр» и «Волга».
Встречали по одежке!
Среди пассажиров было немало «простого народа», особенно весной, когда крестьяне отправлялись трудиться на строительство железной дороги и в Петербург, и осенью, когда они возвращались домой.Цены на пароходах монополиста Ненюкова многие находили непомерно высокими – «едва ли не вчетверо выше цен, существовавших на казенных пароходах». Причем плата определялась приказчиком парохода «по платью»: пассажир в сером армяке и лаптях считался бедным и платил за место на палубе 25 или 30 копеек серебром, а с человека во всякой другой одежде брали рубль двадцать, вне зависимости от того, претендовал ли он на место в каюте или готов был совершить поездку на палубе вместе с «тридцатикопеечниками».
К услугам пассажиров на пароходах имелись буфеты, но какие: «Если бы кто вздумал заглянуть в кухню парохода, то увидел бы, что там на одной и той же маленькой сковороде приготовляются вдруг разные кушанья, и постное, и скоромное – жарится в одно время и рыба, и телятина, и говядина».
Как «зашибли» Ненюка
Однако господствовали в водном бизнесе купцы Ненюковы недолго. Вскоре у них появился серьезный конкурент. В 1857 году был утвержден Устав Волховского легкого буксирного и кабестанного общества «Пароходство по Волхову». Учредителями стали вице-адмирал Павел Антонович фон Моллер и купец 1-й гильдии Эммануил Нобель.Красивые, удобные и быстрые пароходы общества обладали еще одним неоспоримым достоинством – невысокими ценами на билеты. Волей-неволей пришлось снизить цены и Ненюкову. Писатель А. В. Круглов со слов своего попутчика приводит сказание о разразившейся пароходной войне:
«Сразу зашибли Ненюка!.. Потому лучше и быстрее... А плата дешевле. Тут-то и поднялась война. Ненюков со своих сбавил. Компания тоже... И тот опять – «Двадцать копеек до Новгорода!» – заявила компания. «Десять!» – говорит Ненюков. «Даром!» – «Тоже даром!» – Ездили все, и тот ехал, кому и нужды не было... Да ведь дарма, и потчуют еще – лестно оно!»
Но долго этот купеческий раж продолжаться не мог, и в конце концов победа осталась за пароходством.
Изящество «Красотки»
Популярность водного пути в Новгород возрастала. Появились и новые, более комфортабельные пароходы: 10 июля 1858 года начался трудовой путь вновь выстроенного парохода с игривым названием «Красотка». Главное же его достоинство заключалось в том, что он состоял под управлением двух флотских офицеров и ловкой, расторопной команды. В навигацию 1862 года было перевезено 129 414 пассажиров, 80 566 пудов клади и багажа.Бунт на пароходе
В том же году новгородским пароходам довелось выполнить особую миссию. 7 сентября 1862 года «Красотка» и «Кокетка» доставили в Новгород на торжество по случаю открытия памятника Тысячелетию России императорскую семью и ее свиту. Государь и другие члены августейшего семейства прибыли на «Красотке». Благополучное выполнение столь ответственной задачи не осталось без награды: 17 сентября того же года директор-распорядитель общества лейтенант Алексей Племянников был всемилостивейше пожалован орденом Святой Анны 3-й степени и подарком от Высочайшего Двора. Командиры «Красотки» и «Кокетки» Павел Розенмейер и Лавр Козлянинов также удостоились подарков.А вот простым смертным в те дни добираться до места торжеств приходилось едва ли не с боем. Никто не мог понять, почему не везут.
Администрация пароходства не спешила разъяснить ситуацию. Неразбериха породила разные слухи, публика начала волноваться, обстановка накалилась. Среди ожидавших отправления был публицист Лев Камбек, он и возглавил бунт пассажиров.
Полиция попыталась было удержать за собою позицию и дать отпор, но, к стыду своему, должна была уступить натиску толпы. Пассажиры стали прыгать прямо с пристани, бросали вещи на палубу и ничего слушать не хотели.
Ставший жертвой абордажа пароход «Волхов» двинулся в путь: публика, довольная собой и Львом Камбеком, шумела, пароход подвигался. Правда, заплатить за путешествие все же пришлось – дирекция, видя неизбежность «угона», успела пристроить в рейс шкипера с билетами, которые и были розданы в пути.
Проходя мимо деревень, жители которых толпились в ожидании проезда императора, Камбек давал свисток. Восторженные селяне подбрасывали в воздух шапки и бежали вдоль берега с громким «ура», забавляя и без того пребывавших в приподнятом настроении пассажиров. Шалость едва не вышла им боком – власти заподозрили в этой шутке кощунство над верноподданническими чувствами прибрежных жителей к своему монарху. Кстати, среди «пиратов» оказались два генерала, священники, монахини, а также много дам и детей. Впрочем, серьезных последствий участникам этого «рейда» удалось избежать.
Пароходам же предстояла еще долгая служба на Волхове и Ильмене. Последний из них покинул строй в 1958 году.
Ранее мы рассказывали, как сейчас живет отшельница Агафья Лыкова.
