Инициативу проявили дочь и внучка погибшего минометчика Николая Лукоянова.

Это место на улице Рыбакова в деревне Шой-Шудумарь Марий Эл само по себе необычное, можно сказать, святое. Когда-то здесь находилось кюсото – священная роща марийцев традиционной языческой веры. Об этом напоминают величавые вековые липы.

Люди строились, появлялись новые улицы, и, в конце концов, роща оказалась внутри деревни. Рядом с липами ровными рядами стоят березы – лет 30 тому назад эту аллею Победы посадили ветераны Великой Отечественной войны. Тогда еще живы были некоторые фронтовики, но, увы, давно уже последний здешний солдат второй мировой покоится на Юледурском погосте, где шойшудумарцы хоронят своих усопших. А березы растут, не давая забыть о былом.

Половина призыва не вернулась домой

А летом здесь начались строительные работы – местные жители начали возводить обелиск памяти своих земляков, погибших и вернувшихся живыми с Великой Отечественной войны. Как говорит председатель совета ветеранов поселения и главный инициатор возведения памятника Лидия Никитина, более 90 уроженцев деревни ушли на защиту Родины, половина из них больше никогда не увидели своих родных и близких.

На могилу отца и деда

«Идея увековечения памяти погибших земляков появилась давно, - рассказывает Лидия Николаевна, - еще в колхозные времена был подготовлен проект, зарезервированы деньги, но как-то все не сложилось. И потом эта тема всплывала не единожды, правда дальше намерений дело не шло. Но несколько лет назад мы с мамой Евдокией Николаевной побывали в Тульской области на месте захоронения моего деда. Минометчик Николай Лукоянов был призван в 1942 году, на фронт ушел прямо из леса, где трудился, даже проститься с родными не довелось. Жена, правда, успела навестить его на сборном пункте военкомата, а 22 февраля 1943 года он смертью храбрых погиб в бою».

Покоится солдат в братской могиле под №23, где похоронено 616 бойцов Красной Армии. Весь этот район, вспоминает Лидия Николаевна, как огромное кладбище – 28 массовых захоронений красноармейцев.
Увезли дочь с внучкой солдата на могилку родную землю, поплакали, помянули, а вернувшись домой, стали хлопотать об обелиске. На общем деревенском сходе решено было собрать деньги – кто сколько даст, ну а всеми организационными делами занималась Лидия Николаевна: уточняла списки фронтовиков - важно было кого-то не пропустить, сама готовила проект памятника, искала спонсоров - сборов населения, чтобы все сделать, как хотелось, явно не хватало. С финансами очень помогли отец и сын Казанковы.

Обелиск строили правнуки защитника Брестской крепости

Строительными работами занимались братья Никитины. Нужны были хорошие специалисты, но найти мастеров оказалось непросто - одни на заработках, другие запросили большие деньги. Тогда местный житель и член инициативной группы Николай Никитин мобилизовал своих сыновей. Владимир и Геннадий - профессиональные строители, работают в Йошкар-Оле. Парни специально по выходным приезжали домой, в это время все и сделали.

«Мы должны были увековечить память о фронтовиках, - говорит Николай Иванович,- ведь горе пришло в почти каждый деревенский дом. Например, мой дед Федор Никитин погиб, защищая Брестскую крепость».


Работа продолжается

27 сентября в Шой-Шудумари состоялось долгожданное событие – открытие обелиска. Пришли ветераны, школа чуть не в полном составе, приехал начальник отдела военного комиссариата Сергей Цапков. Ему, а также Лидии Николаевне, Евдокии Николаевне и Николаю Ивановичу (все они Никитины) было предоставлено право открыть обелиск. И вот из-под полотна появляется стела с фамилиями павших на полях сражений и живыми вернувшихся к родному порогу шойшудумарцев, к ней возлагаются цветы. Все здесь очень достойно: кованая оградка, дорожка из плитки, ухоженные клумбы и сделано без привлечения единого бюджетного рубля. За обелиском будет кому присматривать, по словам директора местной школы Сергея Нефонтова, они взяли шефство над этим святым местом.

Но точку в этой истории ставить еще рано, по словам Лидии Никитиной, здесь должна быть увековечена память и о фронтовиках из окрестных деревень, от многих из которых остались только названия. У каждой свой скорбный счет: 58 человек ушли защищать Родину из Ирмари, 62 из Старого Юледура, 55 из Нуръяла, 25 из Казаковки, 22 из Дубровки, 19 из Орловки. Как минимум каждый второй похоронен в чужой земле.