В прошедшее воскресенье, 21 августа минуло сорок дней со дня смерти заслуженной артистки РФ, народной артистки Марийской АССР Нины Шведовой. Актрисы, всю свою жизнь отдавшей Его Величеству Театру. Сегодня рассказ о ней. Про нее. Для нее…
Так случилось, что последние 11 лет своей жизни Нина Васильевна Шведова уже не могла выходить на любимую ею сцену Академического русского театра драмы им. Г. Константинова, которой отдала почти полвека, но среди заядлых театралов и теперь осталось немало ее преданных поклонников. Им посчастливилось видеть эту великолепную актрису в совершенно разных образах. В 70-х, 80-х, 90-х и даже начале 2000-х зрители специально выбирали спектакли, где играла Шведова. И было совсем не важно, что «давали» в тот вечер, современную пьесу на производственную тему или английскую классику, потому что знали, если на сцене появится она, значит, неинтересно точно не будет. Актерский дар от природы, аристократическая внешность, сильный характер, невероятный темперамент, профессиональное чутье не могли не привести Нину Шведову на театральную сцену. Но и без «перста Судьбы» здесь тоже не обошлось.
Норильск-Ленинабад-Йошкар-Ола
Будущая артистка родилась в городе Мончегорске Мурманской области за полгода до начала Великой Отечественной войны. Отец работал инженером-механиком, строил подводные лодки, мама была взрывником на шахте. Когда началась война, семью эвакуировали в Норильск, где и прошло все детство маленькой Нины. В 15 лет девочка пошла заниматься в драматическую студию, которую организовал бывший политзаключенный, живущий в Норильске уже на поселении, артист Борис Москаленко. Он первый разглядел в юной ученице актерский потенциал и начал серьезно готовить ее к будущей профессии.
Несмотря на то, что Борис Петрович был на 30 лет старше своей «Галатеи», через некоторое время они поженились. Вместе с мужем Нина Шведова объездила полстраны, работала во многих драматических театрах, окончила театральную студию при музыкальном театре драмы Тувинской АССР, успела пожить в Ленинабаде Таджикской ССР и родить там единственную дочь Евгению.
Правда, долгой совместной жизни у супругов не получилось, и в 1972 году молодую актрису на ежегодной Московской актерской бирже увидел Георгий Константинов и пригласил в театр, где был главным режиссером. Так Нина Шведова оказалась в Йошкар-Оле, а Йошкар-Ола на 50 лет стала местом ее творческого подъема, местом силы и последнего приюта…
«Золотая» эпоха русского театра
Самые лучшие свои годы Нина Васильевна провела в окружении потрясающей команды актеров-единомышленников под руководством талантливого, неординарного, мудрого и тонкого режиссера Георгия Викторовича Константинова. Это была «золотая» эпоха нашего русского театра! Они творили! Они созидали! Они писали историю!
«На Шведову» Константинов ставил спектакли, у нее никогда и ни в каком возрасте не было недостатка в работе. Ее органика, высочайший профессионализм и отсутствие «звездной» чопорности позволяли любую роль сделать незабываемой и для зрителей, и для коллег по цеху.
– Мама не была слишком покладистой и могла сказать в лицо то, что думала, – рассказывает Евгения Москаленко, народная артистка РМЭ, дочь Нины Васильевны. – Бывали и несостыковки с режиссером, которые могли бы перерасти в большой скандал, но чем артист универсальней, тем меньше шансов поссориться. Шведова была универсальной актрисой, она могла работать с любым режиссером, потому что слышала их, понимала и делала то, что они хотят. Она – из думающих, предлагающих актрис.
«Настоящий боец!»
Как ни странно, дочь не жаждала продолжать актерскую династию, но именно Нина Васильевна порекомендовала ей попробовать поступить в театральный вуз. Попытка была первая и удачная. Чтобы не расстраивать маму, девушка прилежно отучилась в институте, пришла в театр поработать буквально пару месяцев, но задержалась на всю жизнь. Евгения Москаленко стала прекрасной актрисой, со своей индивидуальностью и почерком. Дуэт «Шведова-Москаленко» не один раз блистал на сцене театра им. Г. Константинова.
– Нам вместе работать на сцене было очень легко, – продолжает Евгения. – Мне так вообще все было ясно и понятно, никаких неожиданностей не случалось. Хотя мама была юмористкой и могла во время спектакля «расколоть» партнеров. Я тоже могла попасться (смеется – прим.авт.). Мне нравилось, когда мы были партнершами в спектакле, но дома никогда не работали над ролью одновременно. Я даже не знаю, как она это делала.
«Гарольд и Мод», «Собака на сене», «Эдит Пиаф», «Саркофаг», «Деревья умирают стоя», «Корсиканка», «Восемь любящих женщин» - это только малая толика спектаклей разных лет, которые украшала своей игрой неповторимая Шведова. Но последний в ее творческой биографии спектакль «Ах, как бы нам пришить старушку» все же стоит особняком. Его успех у зрителей был оглушителен в основном благодаря Нине Васильевне, хотя актерский состав был великолепный. Старушка Памелла и актриса Шведова – это, конечно, не одно и то же. Но, как и ее героиня, она верила в победу добра и никогда не пеняла на жизнь.
– Маме уныние было не знакомо. Даже потеряв 11 лет назад зрение, она ни разу не пожаловалась на свое состояние, – поделилась со мной Евгения. – Декламировала стихи, пела песни, до последних дней говорила, что счастлива и благодарила Господа, что подарил ей такую яркую жизнь. Она была настоящий боец!Прямая речь
Наиля Сулейманова, заслуженная артистка РФ, актриса АРТД им. Г. Константинова:
- Нина Васильевна была неповторима! Она удивляла и восхищала всех своим мастерством перевоплощения. В памяти навсегда остался момент, как она за кулисами готовилась к выходу на сцену в спектакле «Гарольд и Мод». Как сейчас стоит перед глазами, эта эффектная, подтянутая, красавица в шляпке. Надо сказать, что Шведова всегда органично чувствовала себя в любом сценическом костюме. Присущее ей чувство вкуса и стильность восхищали нас, тогда еще молодых актеров. Она с легкостью могла преобразиться в надоедливую мамашу в спектакле «Самоубийца», не боясь выглядеть нелепой и смешной, могла и «похулиганить» в хорошем смысле этого слова, что говорило о ее великолепном чувстве юмора. Так, однажды на спектакле «8 любящих женщин» Нине Васильевне удалось «расколоть», рассмешить нас, своих партнеров, а самой остаться при этом совершенно невозмутимой. Работать с ней было одно удовольствие, но и планку она всегда держала очень высоко.
Юрий Синьковский, заслуженный артист РФ, зам.директора АРТД им. Г. Константинова:
– Мой первый ввод в русском театре был в спектакль «Гарольд и Мод», где Нина Васильевна играла мою маму. С тех пор она стала не просто моей «сценической» мамой (я часто играл в разных постановках сына героинь Нины Шведовой), но и «мамой» по жизни. У нее было какое-то потрясающее чутье, она как будто могла видеть, получится ли из человека хороший артист или с театром ему не по пути. Зрители ее очень любили и ходили специально «на Шведову». При этом она не была «белой и пушистой»: о сильном характере Шведовой в театре знали все. Нина Васильевна никогда не просила за себя, а вот за других вступалась часто. Она относится к тем людям, которые складывали историю нашего театра. Я убежден, что пройдет много времени, а мы по-прежнему будем вспоминать эту невероятную женщину и неповторимую актрису.
Надежда Репьева, народная артистка РМЭ, режиссер театра оперы и балета им. Э. Сапаева:
– Никогда не забуду нашу самую первую встречу с Ниной Васильевной. В 1981 году мы с мужем (народным артистом РМЭ Дмитрием Репьевым) начали работать в русском театре, и на каком-то собрании коллектива я увидела Ее. Передо мной сидела безумно красивая женщина в модном тогда кримпленовом костюме синего цвета и белом берете! Потом началась работа, и я, молодая актриса, часто наблюдала за ней. Она была человеком, абсолютно преданным своему делу. Казалось, что природа ее создала специально для театра. Внешность, темперамент, внутренняя наполненность – все было при ней! Нина Васильевна в любом образе чувствовала себя органично и естественно. Будучи ведущей актрисой театра, никогда не кичилась этим и могла, как говорится, «пропустить вперед».
Со мной был такой случай. Готовился к сдаче спектакль «Диоген», в котором Шведова и я работали над одной ролью, но в разных составах. Мне так хотелось выйти на премьеру, но понимала, что приоритет, конечно, будет у Нины Васильевны. И вдруг за несколько дней до премьеры она будто почувствовала мое состояние и, ссылаясь на якобы недостаточно подготовленную сценическую обувь, предложила режиссеру меня вместо себя в первый состав. Нина Васильевна была очень открытым, светлым человеком с сильным характером. Умела дружить и всегда могла прийти на помощь.
Владислав Константинов, заслуженный деятель искусств РМЭ и Республики Калмыкия, художественный руководитель АРТД им. Г. Константинова:
– Мы тогда открывали малую сцену и открывали ее «Корсиканкой» (премьера первой редакции спектакля состоялась в 1996 году). Главную роль играла Нина Васильевна. Она была потрясающая! Я тогда влюбился в нее как режиссер, потому что именно ее вера не только в себя, но и в меня принесла тогда большую удачу. Через несколько лет ставил «Самоубийцу» Эрдмана, где роль мамы жены главного героя тоже исполняла Шведова. Другой жанр, совершенно другой образ, но вновь великолепная работа. Она была актриса разноплановая, ей удавались с равным успехом абсолютно диаметрально противоположные роли. Нина Васильевна была из той старой актерской гвардии, которая давала режиссерам пищу для размышлений и возможность реализовывать замысел автора. Шведова – это очень вдумчивый, глубокий человек. Личность! Я как режиссер формировался рядом с ней! Я и теперь преклоняюсь перед ней! Счастлив, что мог работать с этой, не побоюсь сказать, великой актрисой!
