Если спустя 55 лет Михаил Иванович и Антонина Петровна по-прежнему смотрят друг на друга с нежностью, весело подшучивают и заботливо подкладывают на тарелочку любимому человеку самый лакомый кусочек, их брак по праву может называться изумрудным! Подтверждает бесспорность этого факта и еще один очень важный момент: они доверяют друг другу без всяких сомнений, и ни у кого из них ни разу в жизни не возникало мыслей о ревности. Говорят, повода не было. Не зря, значит, Бог дал дожить до такой даты, ведь именно изумруд издавна считается камнем верности и преданности.

 За 55 совместно прожитых лет Лабутины обзавелись тремя детьми (к сожалению, сына уже нет в живых), семерыми внуками и восьмерыми правнуками. А знают они друг друга с самого детства - родились и выросли на соседних улицах, учились в одной школе, ходили на танцы в один клуб. Михаил был гармонистом, потому считался женихом завидным. Много девчонок были не прочь завоевать его внимание. А он выбрал себе одну и на всю жизнь. Повел под венец Антонину. И не просчитался, уверены теперь оба.

- Мы прожили очень хорошую жизнь, - говорит Антонина Петровна. - Никогда не ссорились. Мужа на все свадьбы и юбилеи не только в своей деревне приглашали, но и в Козьмодемьянске желаннее него гостя с гармонью на торжествах не было. Я всегда его отпускала, даже и не думала воспротивиться. Михаил никогда не давал повода для ревности.

- А куда бы я делся от такой доброй жены? - добавляет 84-летний муж, - не многим так, как мне, в жизни повезло. Антонина моя ни одного скандала не устроила за 55 лет. Бывало, подадут стопочку на празднике или на калыме (Михаил Иванович много домов в районе помог построить - от авт.), вернусь домой навеселе, а она мне ужин подогреет, разденет и спать уложит. Только на следующий день поворчит немного. Но разве ж будешь после этого спорить, что неправ был? Вот такая она у меня - мудрая.

Дочь Лабутиных Нина говорит, что и своим уже 32-летним благополучным браком обязана маме. Та смолоду давала обеим дочерям один наказ: “Берегите мужиков! Не ругайте! Трудно без них”. Это убеждение пришло к Антонине Петровне еще в детстве. Она была совсем маленькой девочкой, когда родителей раскулачили, отца сослали в Архангельск, а мать с детишками просто выкинули на улицу. Тогда женщина отважилась ехать вслед за мужем. И выжили все, по мнению Антонины Петровны, только благодаря тому, что отец даже в ссылке сумел обустроить быт семьи и не дать жене и детям умереть с голоду.

- Вернулись обратно мы вместе с папой, - рассказывает она. - Жить было негде, одна старушка отдала нам свой старенький домик, и мы поселились в нем. До сих пор помню, как в дождливую погоду вода текла с потолка по всей избе. Родители подставляли тазики, чугунки, ведра. А спасались мы все дружно в одном углу, где было сухо. Бросали на пол перину. Здесь и спали, и ели, пока ливень в доме не заканчивался. Но зато все были сыты, папа всегда мог заработать на пропитание. А когда через два года он умер, мы с братом в прямом смысле слова пошли по миру. Просили милостыню по соседским дворам. Было очень стыдно, но голод оказывался сильнее.

Тогда же на той же перине в сухом углу дома маленькая Тоня усвоила еще одну премудрость, которую пронесла через всю жизнь: в тесноте, да не в обиде. Поэтому когда в замужестве ей довелось жить под одной крышей со свекровью, братом мужа и снохой, у которых было трое детей, и двумя золовками, этот “муравейник” был не в тягость.

- Надо жить мирно, - мудро замечает она. - Многое зависит от женщины. Она просто обязана быть терпеливой.