Пришелец
в наших краях
Кабан - животное не нашей полосы. В марийские леса он пришел после пожаров 1972 года откуда-то из-за Волги или со стороны Нижегородской области. Выжить "гостю" помогало развитое сельское хозяйство: в то время поля частенько убирались не полностью, и для зверя на них всегда находились корма.
А вообще-то кабану в наших краях приходится несладко. Невыживаемыми для него считаются погодные условия, когда высота снежного покрова превышает 40 см. У нас же полуметровые сугробы бывают практически каждый год, и кабану для нормальной жизни нужна дополнительная подкормка.
Дикие свиньи - животные всеядные, они едят все, что находится на земле и в ее верхних слоях. Им годятся любые личинки, жучки, червячки, корешки и стебли многих растений. Как и домашние сородичи, кабаны любят картошку. Клубни они не только подбирают на поле, но и выкапывают из земли. Не позавидуешь тому частнику, на чей огород повадится лесной гость! Незваный "овощевод" идет по борозде, как комбайн. Один зверь, конечно, большого урона не нанесет, а если придет стадо в 25 голов? В странах с благоприятным климатом высокая численность кабанов становится бедствием для сельского хозяйства, и там их, как у нас волков, отстреливают круглый год.
"Санаторий"
на трубе
Самые тяжелые месяцы для кабана - январь, февраль, март. Пока нет снежной корки, звери еще могут что-то выкопать из-под снега, но в марте, с появлением наста, достать естественный корм они могут разве что на болотах. Эти смышленые животные порой находят удивительный выход из сложившейся ситуации.
Через это охотхозяйство проходит нефтепровод "Сургут-Полоцк", и земля над самой трубой не промерзает практически всю зиму. Сотни тысяч тонн нефти, бегущие по трубопроводу, выделяют достаточно тепла, чтобы прогреть почву. Кабаны охотно пользуются подарком людей. Были случаи, когда они целым стадом ложились "на трубу" даже на дневку. Вертолетчики, облетающие трассу, сообщали егерям: "опять ваши свиньи у нас отдыхают". Кабаны не только греются, но и добывают себе на просеке пищу. Вся земля над трубой перепахана ими в поисках корешков и личинок. Животных не пугает даже звук низко летящего вертолета. Прямо какая-то техногенная популяция получается.
Вообще, любимые места у этого зверя - заросли ельника в поймах рек, болота. На зиму кабан готовит лежбище, и если его не беспокоить, может пользоваться своим гайном всю зиму. Без топора и пилы он выкладывает такую постель, что диву даешься. Свинья поросится, когда морозы доходят до 20 градусов, и все "полосатики" выживают благодаря заботливо подготовленной лежке.
Что у зверя на обед?
В охотхозяйстве кабанов подкармливают не один год. Для этого здесь оборудованы четыре площадки, на которых "столуется" от 50 до 70 животных. Они быстро привыкают к подкормке. Если есть еда, они появляются на кормушке каждый день в одно и то же время. По кабанам можно сверять часы. Директор охотхозяйства Николай Жиров считает, что эффективнее открывать "лесные столовые" в октябре, понемногу выкладывая еду на кормушках. Звери запомнят, что, если будет голодно, они всегда могут найти здесь пищу.
Еще до обеда мы привезли на УАЗе в лес за деревней Соловьи полтора десятка мешков с зерном и сухарями. Николай Анатольевич привязал их один за другим к веревке, и "Бураном" одним рейсом утащил весь провиант к кормушке. Так егеря возят корм всю зиму, и кабаны уже привыкли к шуму мотора и запаху бензина. Гул снегохода стал для них своего рода позывным сигналом: корм привезли!
"Идут!.."
Мы ждали в засидке полчаса, час, а кабанов все не было. Снег на полянке мерцал, отражая свет уходящего дня. От непривычного напряжения в глазах деревья за кормушкой двоились, меняли свои очертания. Мороз, подозрительно быстро найдя "прорехи" в одежде, донимал все больше и больше.
Все, кто живет неподалеку, пользуются лесной столовой. Пока кабаны "належивают" аппетит, у кормушки собираются птицы. Вот по стволу сосны сбежал головой вниз поползень. Вот прилетело несколько веселых синиц, потом у кучек с зерном важно заходили три снегиря. Особенно поразил меня дятел. Он примостился на сосне рядышком с едой и как-то нехотя застучал по стволу. Потом, покрутив головой, не видит ли кто его позора, слетел к зерну, быстро клюнул и тут же взлетел обратно. Эту операцию он повторил несколько раз.
Прошло два с половиной часа томительного ожидания. Ноги в унтах окончательно закоченели. В лесу наступила абсолютная тишина. Исковерканные лунным светом тени деревьев едва проглядывались на снегу. Вдруг невдалеке послышались сначала шорохи, а затем хрюкающие звуки. Василий Иванович толкнул меня в бок: "Идут!". Четыре темных силуэта возникли в елочках на краю полянки. Кабанчики постояли немножко, потом один из них вышел к кормушке, огляделся по сторонам и начал есть. Друзья тут же присоединились к нему. Подсвинки кормились минут десять, пока не раздался резкий звук. Зверей как ветром сдуло.
Минут через пять к кормушке вышло большое стадо в 11-12 голов. Привела его большая кабаниха. Сеголетки и кабанчики покрупнее набросились на еду, а "мамка" стояла в стороне и принюхивалась. На поляне остались наши запахи, и она не рискнула выйти вместе со всеми. Выждав, пока "мелочь" поест, она хрюкнула, и семейство, не дожидаясь второго приглашения, быстро растворилось в елочках. Следом за дружной семейкой к кормушке вышел большой секач. Пофыркивая, он в гордом одиночестве потоптался у кучи с зерном и, насытившись, с достоинством удалился.
Стало совсем темно, когда на площадку вышло еще одно крупное стадо - голов около пятнадцати. Эти кабаны вели себя спокойно: подсвинки повизгивали, дрались, отталкивали друг друга от хлеба. Ждать больше не было смысла, и я достал фотоаппарат. Мертвенный в ночи свет вспышки на мгновение заморозил кабанью суету. Свиньи не сразу поняли, что произошло: ведь не было ни чужого запаха, ни шума. Я успел еще пять раз нажать на кнопку, пока кабаны не опомнились. Они бесшумно сыпанули по протоптанным дорожкам в разные стороны.
Валерий Кузьминых.
