- Как бу­де­те от­ме­чать юби­лей, Ма­рия Ива­нов­на?
- Так я еще пер­во­го чис­ла по­луч­ку не по­лу­чу. Вот уж седь­мо­го пен­сию при­не­сут - при­хо­ди­те, по­ка­ля­ка­ем!
Го­во­рить с ба­бой Ма­шей - од­но удо­воль­с­т­вие. Она, прав­да, пло­хо слы­шит, но за­то у нее свет­лая го­ло­ва, пот­ря­са­ю­щее чув­с­т­во юмо­ра и та­кая под­виж­ность в ее го­ды, что мож­но по­за­ви­до­вать. Ле­тать не ле­та­ет, но каж­дый день са­мос­то­я­тель­но спус­ка­ет­ся с треть­е­го эта­жа на про­гул­ку, в ап­те­ку или ма­га­зин­чик, а под нас­т­ро­ение еще и хо­дит по сту­пень­кам вверх-вниз - но­ги тре­ни­ру­ет.

Родилась она в Оршанском районе в очень порядочной и не самой бедной семье. Дед, рассказывает, делал отличные кирпичи, вот деревенская голытьба и позавидовала - назначили семейство раскулачивать. Маше подсказали: чтоб не выслали в дальние края, надо замуж выйти за бедного парня, которого и привезли к ней свататься из другой деревни. И хоть женихов у девушки хватало, пришлось идти за бедного Ивана.
Он оказался неплохим мужем. По крайней мере, гордится баба Маша, "тукмашек" от него не получала -  выпивал, но не дрался. До войны родилась у них дочка Валя, а Мишенька появился на свет в июле 41-го. Потом Иван Николаевич ушел на фронт, и Машин отец взял ее с ребятишками к себе - все ж полегче будет. Вернулась домой она за три дня до Победы, а тут и письмо от Ваниного командира: лежит ваш муж, сильно раненный, в госпитале.
- Он приехал уже летом, когда траву косили, - вспоминает баба Маша. - Чуть живого привезли. Но мы еще двоих детей народили - Колю в 48-м да Раю в 50-м. А когда муж умер, продала я дом в деревне и поехала в Йошкар-Олу. 13 лет жила в общежитии, потом Коля женился, нам на троих дали квартиру.
Больше четверти века Мария Ивановна живет с сыном и снохой Галиной Петровной, которая для них двоих и нянька, и кухарка, и лекарка. Сто лет - не шутка: иногда бабулю так прихватит, что она помирать собирается, а Галина Петровна то сама полечит, то позовет участкового врача из четвертой поликлиники Любовь Сергеевну Никитичеву. Глядишь - бабка опять на ногах.
- Знаешь, я ведь ниже стала на целую голову, - сокрушается баба Маша. - Как узнала? Да до шкафа за чашкой теперь не дотягиваюсь. Вообще-то и руки отвалились - вот так только подымаются, и на улицу с палочкой хожу. Смотри, какая клюшка у меня - все интересуются, где такую добыла. А я когда техничкой работала, полы палкой мыла, потом взяла ее, укоротила, старый зонт нашла, ручку кривую от него к палке приделала. Вот вам и клюшка.
- Она у нас настоящий Кулибин, - смеется Галина Петровна. - Все что-нибудь придумывает, приколачивает, как будто мужчины в доме нет. На ножной машинке до последнего времени лихо шила. Не такие уж модные наряды, но себя обшивала. Мы вон с Николаем говорим, что если бы у нее было грамотности побольше, так она бы или швеей стала, или следователем. Почему следователем? А все примечает, на любую мелочь обратит внимание. Раньше в сад приедем, я чем-нибудь занимаюсь, а она все обойдет, проверит, потом мне докладывает, что, где и как.
Про секрет долголетия говорит одно: не надо пить вино! И признается: ничего специально не делала, видать, наследственность такая - отец  не пил, не курил, дожил до 95 лет, мама - до 80. А Галина Петровна со значением, но без особых комментариев  добавляет: чтоб дожить до таких лет, надо очень себя любить.
Под конец нашей беседы позвонила по телефону Сима - главная подружка бабы Маши  со второго этажа, с которой они вместе  гуляют.
- Сима-то меня на 17 лет моложе, - сообщила Мария Ивановна, - а ходит плохо, слышит плохо, говорит немо - вот тут чего-то повредилось, - бабушка показала на нижнюю челюсть. - Иной раз она три раза скажет, а я в ответ ни уха, ни рыла! Две тетерки! А все ж вместе не скучно. Ну, до свиданьица! Вина не пейте и проживете до ста лет, как я.
И баба Маша на удивление звонко и молодо рассмеялась, как будто и не прожила целый век.