Лютая зима 41-го
Только что мы с подружками закончили 1-й класс, радовались каникулам, играли в лапту. Я вбегаю домой усталая, а из репродуктора слышится незнакомый голос. И вдруг мама со своей подругой в один голос вскрикнули: «Ох, война!».
Тревога передалась и мне. Но, признаться, я тогда не сразу поняла весь страшный смысл этого слова. Осознание приходило постепенно.
Взяли на фронт наших отцов. Ввели продуктовые карточки. Огромные очереди за хлебом, стоят дети да старики. Женщин и подростков почти нет — работают. Исчез керосин, появились коптилки. В сентябре наш класс увеличился вдвое — прибыли ребята из эвакуированных семей. Да и мы в своей двухкомнатной квартире отдали большую комнату ленинградцам, что приехали с летной академией.
Зима 41-го года была особенно лютой. А может, так казалось, потому что мы вечно были голодные, дома и в школе холодно — сидели в пальтишках. От голода болят зубы, живот сводит, кружится голова.
Подвиг Тани потряс до глубины души
Враг подходил к Москве. Именно в эту зиму я поняла истинный смысл слова «война». Для меня вдруг открылось какое-то новое, жуткое, невыносимо страшное его значение. В газете появилась небольшая фотография девушки-партизанки, которую схватили фашисты в селе Петрищево, что под Москвой. Ее пытали. Жгли губы огнем от лампы, избивали, водили босиком по снегу. Она назвалась Таней.
На меня эти снимки произвели настолько сильное впечатление, что я не могла спать: будто я рядом с Таней шла по снегу босая. Холод настолько пронизывал, что даже дышать было тяжело.
Мы, дети, тогда тоже почувствовали какую-то ответственность. В нашей школе разместили госпиталь. И мы с девчонками ходили туда помогать: градусник отнести, письмо написать. А учились в то в конторах, то на дому у кого-нибудь из ребят.
Чуть позже мы узнали настоящее имя той партизанки. Это была Зоя Космодемьянская — ученица московской школы, которая добровольцем ушла в партизаны и стала разведчицей.
Поиск героев
Тогда я и подумать не могла, что в 20-летний юбилей Победы встречусь с мамой Зои — Любовью Тимофеевной Космодемьянской. В 70-х годах с мужем работала в Молдавии в болгарском поселке. Я была завучем и преподавателем литературы и русского языка. Мы с ребятами организовали патриотический клуб «Поиск». Собирали материалы о погибших Героях Советского Союза и их семьях. Конечно, я рассказывала своим ученикам о подвиге Зои, о молодогвардейцах, Лизе Чайкиной, героях-пионерах Зое Портновой, Володе Дубинине и многих других. Мы писали в газеты, журналы. Обратились и в Московский горком комсомола с просьбой передать наше письмо маме Зои Космодемьянской, в котором приглашали ее в гости. Конечно, мы не очень надеялись, что Любовь Тимофеевна сможет ответить, ведь она столько пережила, потеряв обоих детей на фронте. Но вместо письма мы получили телеграмму: «Встречайте. Еду».
Мама Зои говорила, а весь зал рыдал
С каким волнением мы ждали встречу! Какая она, мать героев? Наверно, измученная, худенькая, старенькая, с палочкой... И были буквально в шоке, когда к нам навстречу вышла высокая, статная, представительная женщина. Несколько медленно, но твердой поступью подошла к нам. И сразу подумалось: «Да, именно такой и должна быть мать героев».
А вечером в Доме культуры было не протолкнуться. Казалось, весь поселок пришел увидеть и услышать маму Зои и Шуры.
Любовь Тимофеевна вышла на сцену, встала у кафедры. И начала свой рассказ. О том, какими сын и дочь были в детства, как учились, о чем мечтали. Они были разными по характеру. Когда началась война, Зоя отправилась в горком комсомола, где и получила направление в партизанский отряд. Удержать ее мама не смогла. А потом ушел на фронт и младший сын. Так дети ушли. Ушли навсегда.
Она говорила, а весь зал... рыдал. То тут, то там раздавались всхлипывания, даже стоны. Мне комок в горле не давал дышать, казалось, сердце бьется так сильно, что слышно моим соседям.
Кто теперь помнит имена погибших?
До сих пор, когда вспоминаю о той встрече, спазмы сдавливают горло. Я смотрю на эту фотографию, и слышу голос мужественной женщины, которая считала важным для себя идти к людям и, как бы ни было трудно, снова и снова рассказывать о своих погибших детях. Да, мы учились и учили детей патриотизму не на словах, а на примерах великого служения Родине.
Недавно мне довелось поговорить с одной девушкой. Я спросила ее о Зое. Она ничего не знала. Но высказала предположение: наверное, участница войны? Конечно, коль речь сегодня о юбилее Великой Победы.
Уходят в небытие те, кто с оружием в руках защищал нашу землю. Вот уже и нас — детей войны, становится все меньше. Мы гордимся своим поколением, потому что мы научились не пищать, ничего не просить, терпеть боль, быть справедливым и, невзирая ни на что, жить, радуясь каждому мгновению. Зная, что такое война, мы желаем нашим детям и внукам мира и счастья и никогда не забывать, какими жертвами был завоеван этот мир.
