Оля становится Катей
В мае в детдоме появилась трехлетняя Оля, и заместитель директора Надежда Северьяновна Петухова предложила Елене заключить договор о патронатном воспитании. Без предоставления пакета необходимых документов был заключен двухсторонний договор на срок с 11 мая по 31 августа, и Олю отдали Елене. Та поинтересовалась, может ли она дать девочке другое имя. Надежда Северьяновна ответила, что при удочерении это разрешается, а раз женщина намерена в будущем ребенка удочерить, то имя можно поменять уже сейчас. Вот так Оля стала Катей.

Три альбома счастья
Все, кто в течение лета наблюдали, как живется девочке в семье, видели, что ребенок буквально расцветает в той ауре любви, которая окружает малышку. Патронатная мама и бабушка уделяли очень много времени здоровью, физическому и эстетическому развитию Катюшки, у нее было много игрушек, ей накупили красивые наряды, ее бесконечно фотографировали, создав целую фотолетопись из трех альбомов. Елена вместе с Катей не раз приходила в детский дом, и до сих пор никто не отрицает, что мама с дочкой выглядели счастливыми.
Между тем в июле был изменен порядок передачи детей на патронатное воспитание, требовалось переоформить все договоры, и персонал детского дома начал искать Елену. Та сообщила, что намерена поехать с Катей в Сызрань, а поскольку срок действия заключенного с ней договора истекал, детский дом оформил новый договор - под тем же номером и от того же числа, что и прежний, только дата его окончания названа другая - не 31 августа 2006 года, а 31 января 2007 года, и размер оплаты труда патронатного воспитателя указан уже не 1200, а 1650 рублей в месяц.
Детдом торопил Елену собрать все необходимые документы, она обещала, но документов все не было, и представители управления образования сами обратились в Информационный центр МВД за получением справки о судимости.

Сюрприз будет!
Ответ, полученный из ИЦ МВД, потряс руководство управления и детдома: оказалось, что Елена была судима шесть раз. Помимо того, в детский дом обратились представители службы судебных приставов, сообщившие, что на принудительном исполнении в отношении Елены находится шесть исполнительных производств о взыскании задолженности на общую сумму более 600 тысяч рублей.
28 декабря домой к Елене приехали представители управления образования и детского дома, заявившие, что хотят забрать ребенка. Семья готовилась к Новому году, чувствовалось, что девочка ждет его с нетерпением, потому, видимо, решили не портить ребенку праздник - созванная в срочном порядке комиссия по защите прав детства управления образования решила оставить девочку у Елены до 15 января.
После праздника Надежда Северьяновна, внимательно изучив весь пакет документов, представленных Еленой, утвердилась во мнении, что многие из них содержат недостоверную информацию о месте работы, доходах, семейном положении, и предупредила: если та решит взять ребенка на усыновление или под опеку, мнение руководства детского дома в связи с открывшимися обстоятельствами будет отрицательным.
15 января комиссия по защите прав детства собралась для рассмотрения заявления Елены с просьбой дать ей разрешение на установление опеки над девочкой Олей, которую она называет Катей. Разговор был трудный и нелицеприятный. Комиссия приняла во внимание мнение представителей детского дома о том, что они не имеют претензий к патронатному воспитателю по воспитанию ребенка и что судимости не могут быть основанием для отказа в установлении опеки, поскольку статья 127 Семейного кодекса запрещает усыновление только тем, кто имел судимость за умышленные преступления против жизни или здоровья граждан, а Елену судили за экономические преступления, в частности, за мошенничество. Но вместе с тем члены комиссии отметили: при установлении опеки закон обязывает учитывать нравственные качества будущего опекуна, а с этой точки зрения Елена, на их взгляд, далеко не безупречна.
Комиссия решила в опеке отказать и девочку Олю вернуть в детдом. Причем решение о возврате выполнили мгновенно: пока в зале беседовали с Еленой, Оля находилась в коридоре, откуда ее и забрали, не дожидаясь, когда из зала выйдет женщина, которую малышка уже называла мамой. Им не только не дали попрощаться, но даже увели ребенка без шапки и шарфа - настолько торопились.
Возврат девочки в детдом расстроил Елену и поверг в шок ее мать, которая привязалась к ребенку за восемь месяцев. В результате пожилая женщина решила сама взять малышку под опеку и срочно начала собирать необходимые документы.
Елена обратилась в Министерство образования, и министр Галина Швецова взяла ситуацию под личный контроль. Лейтмотив беседы с директором детдома и ее заместителем сводился к главному: нельзя играть судьбой ребенка!

От "мамы Лены"
к "тете Лене"
Между тем сюжет закрутился еще круче: в понедельник Олю забрали у "мамы Лены", а уже в четверг ее увезли в Параньгу к "тете Лене", которая давно ждала, когда в детдоме появится маленькая девочка для удочерения. Ей и сообщили: собирай документы, ребенок есть! Та в срочном порядке привезла документы в Минобразования, но их не приняли, поскольку пакет собирался давно, некоторые бумаги устарели, их требовалось обновить.
Тогда Надежда Северьяновна звонит в Параньгинский отдел образования и просит инспектора факсом направить в Йошкар-Олу разрешение органа опеки на то, чтобы Лена могла увезти с собой девочку Олю на выходные. Факс получен, ребенок отправился в Параньгу, откуда через три дня возвращен в детдом.

Меж двух огней
Прекрасно понимаю чувства сотрудников детдома и городского управления образования, узнавших, что они на восемь месяцев отдали ребенка в руки человека с далеко не безупречной репутацией. Их страх вполне объясним еще и потому, что уже случалась в истории детдома ситуация, когда небезызвестный аферист Беседин, про которого наша газета писала не раз, увозил сирот "в путешествие" с благословения руководства детского дома (директором тогда была Петухова, ей пришлось расстаться с должностью).
Но меня пугает поспешность, с которой чиновники и дирекция детдома пытались исправить ситуацию. Лихорадочные попытки побыстрее отдать Олю кому угодно, лишь бы она не оказалась снова у Елены, усугубили ситуацию, толкая ее в тупик. Ведь сотрудники детдома вместе с Олей оказались меж двух огней: с одной стороны, мать Елены срочно готовила необходимые документы, надеясь взять девочку под опеку, с другой стороны, Лена из Параньги тоже "запала" именно на этого ребенка.
Да, меня настораживает прошлое Елены, особенно то, что она не общается со своей родной дочерью-школьницей (не разрешает бывший муж), мне не все ясно по поводу ее теперешней работы и долгов. Но три альбома фотографий счастливой девочки Оли-Катюши, впечатления разных людей о том, что ребенку у патронатной матери было хорошо, заставляют задуматься.
Говорят, Оля вполне спокойно пережила все перипетии и не вспоминает о них. Маленькие, мол, быстро забывают горе. А может, нам, взрослым, это только кажется?
На днях вопрос все-таки решился: Олю передали под опеку матери Елены. Сама Елена в перспективе надеется все-таки удочерить девочку.

Ольга БирюЧева.
(Марий Эл).